Как Мазлоу и Жакур стали сыновьями Каурбея

В одном селе жили два брата. Они разделили наследство отца и стали жить порознь. Младший брат был холостой, а старший — женат.

Старший брат был до того глуп, что, если ему говорили: «Река течет вверх», он этому верил. А младший был большой проныра, хитрый и заносчивый. При людях братья говорили между собой, но на самом деле друг друга недолюбливали.

Как-то раз старший брат услышал, что у кого-то в селе есть такая курица, что если поесть ее мяса, то раз в три дня изо рта будет сыпаться золото.
Старший брат выменял хорошую бурку на курицу, принес домой и сказал жене:
— Зажарь эту курицу и спрячь для меня, да смотри никому не давай пробовать!
Женщина зарезала курицу и стала жарить на вертеле. Вдруг куриный желудок соскользнул с вертела и упал в золу. Женщина подняла его, разделила пополам и дала съесть двум своим детям. Потом она зарезала одну из своих кур, поджарила ее, желудок из нее положила к курице мужа. Свою же курицу она съела вместе с детьми.

В это время пришел муж. Он сам съел всю курицу, что выменял на бурку. Всю ночь он не мог заснуть: он ждал, что из его рта посыплется золото. Утром пошарил в постели, но ничего не нашел. «Кто знает, может быть, хозяйка дала попробовать курицу детям»,— подумал он и подошел к их постели. Смотрит — дети сидят в золоте. Рассердился он и стал упрекать жену.

В это время в дом вошел младший брат. Увидел он, что у детей старшего брата изо рта сыплется золото, притворился огорченным и сказал:
— В нашей семье произошло что-то небывалое. Этих детей нельзя держать в доме, им надо найти другое место!
Глупый брат поверил его словам. Они вдвоем сплели большую корзину, посадили туда детей, отнесли далеко за село, поставили на полянке большого леса и вернулись обратно.
Когда детей уносили, мать плакала и кричала, но кто же ее послушает?
В том лесу, где братья оставили детей, часто бывал охотник из другого села — Каурбей, сын Хапара. Каурбей был тверд и бесстрашен. В лесу он оставался два, три дня.

Одпажды вечером Каурбей, вооруженный как всегда, пришел в лес со своими собаками. Он оставил пищу в шалаше, взял собак и пошел за белками. Вернулся Каурбей поздно ночью и принес пойманных белок. На другое утро он поел, покормил собак, взял ружье и пошел по крутым склонам к северу от шалаша. Собаки погнались за дикой козой. Каурбей убил ее, перевязал ей ноги полоской кожи и спустился к шалашу. Там он разделал козу, поел сам и дал собакам. Немного погодя Каурбей услышал вой.
«Где это слыхано, чтобы собаки так выли?» — подумал КаУроей и опять стал прислушиваться. До него донесся плач. Каурбей подбежал к тому месту, откуда раздавался этот плач, и видит: стоит корзина, полная золота, а в золоте — два плачущих ребенка. Они были еле живы. Каурбей забрал мальчиков в шалаш, усадил на разостланной бурке и накормил. Потом вместе с детьми, золотом и дичью вернулся домой.
Когда он рассказал о случившемся, все очень удивились.
КаУроей и его жена усыновили этих детей. Старшего назвали Мазлоу, а младшего — Жакур.

Шли дни, шли ночи, дети росли и росли. Они уже научились разбираться, что хорошо и что плохо.
Каурбей охотился, как и раньше, приучая к этому и своих детей. Одних сыновей он никогда не пускал на охоту, а если и пускал, то недалеко.
Однажды Мазлоу и Жакур попросили родителей отпустить их поохотиться на три дня. Родители не отказали. Отец приготовил им оружие, а мать еду на дорогу.
Когда все было готово, братья пошли на охоту. Шли, шли, спустились в ущелье и увидели двух зайцев. Они сидели рядом.
— Убъем по одному,— решили братья и только навели ружья, как зайцы закричали:
— Не убивайте нас, мы всю жизнь служить вам будем! Братья пожалели зайцев и вместе с ними пошли дальше. Вдруг видят: сидят рядом две лисицы.
«Убьем по одной»,— подумали братья и только навели свои ружья, как лисицы закричали:
— Не убивайте нас, пока мы живы будем — от вас не уйдем!
Не тронули братья и лисиц. Идут дальше вместе с зайцами и лисицами и видят: под большим буком сидят рядом два медведя.
«Убьем по одному»,— подумали братья и только навели на них свои ружья, как медведи закричали:
— Не убивайте нас, пока мы живы — будем жить для вас! Братья не тронули и медведей.
Так с зайцами, лисицами и медведями братья подошли к тому месту, где скрещивались две дороги. Отсюда Мазлоу и Жакур решили идти порознь.
На перекрестке рос граб. Братья воткнули в него нож. По этому ножу каждый из них мог узнать о несчастье другого: лезвие, обращенное в сторону того брата, с которым случилось несчастье, ржавело.

Старший брат, Мазлоу, взял зайца, лису и медведя и пошел по одной дороге. Младший брат, Жакур, тоже взял зайца, лису и медведя и пошел по другой дороге.

Жакур шел, шел и пришел в какую-то деревню. В этой деревне люди жили далеко друг от друга. Жакур увидел хижину. Под навесом валялось немало человеческих костей. Там жила старуха — жена адауы. Жакур не доверился старухе, прошел мимо и спустился в какую-то лощину. Там он увидел много камней и какую-то старуху с кнутом. Кого она ударит этим кнутом, тот сейчас же превращается в камень. Вот почему в той лощине было так много камней. Старуха ударила Жакура, его зайца, лесу и медведя и всех превратила в камни.

В то же время Мазлоу шел по своей дороге и нашел красиво оправленную шашку. Он поднял ее и повесил через плечо. Так  пришел в какое-то село. В этом селе все были в трауре.
— Что случилось? — спрашивал Мазлоу каждого встречного.
— Вот что случилось,— ответил один из них.— В этом селе есть большая церковь, а в ней живет агулшап. Ежедневно ему приводят по одной девушке из нашего села. Сегодня очередь княжеской дочери. Вот почему все в трауре.
Мазлоу поблагодарил и пошел в церковь, где жил агулшап. Агулшап заметил его, но не тронул, ведь он ел только девушек.
Мазлоу остался в церкви. Заяц, лиса и медведь расселись вокруг него.

Вечером люди с плачем и рыданием привели дочь князя, втолкнули в церковь, а сами ушли. Она сразу заметила Мазлоу и бросилась к нему. Когда же агулшап кинулся на девушку, Мазлоу выхватил шашку, одним ударом снес ему голову и разрубил на куски.
— Ты спас мою душу,— благодарила дочь князя своего избавителя, крутясь вокруг него.
— Теперь я буду жить только для тебя! — Она сняла свое кольцо и надела на палец Мазлоу.
Я очень устал,— сказал Мазлоу,— и хочу спать. Мне нужно немного отдохнуть.— Он лег на скамью и тут же в церкви заснул.

Все это видел княжеский конюх — он сидел на дереве около церкви. Когда Мазлоу заснул, он слез с дерева, вошел в церковь, взял шашку Мазлоу и отрубил ему голову, а дочери князя приказал, чтобы она сказала отцу: «Агулшапа убил твой конюх».
Девушка металась и плакала, но что ей оставалось делать! Услышал народ, что княжеский конюх убил агулшапа и спас княжну, очень обрадовался. А князь назначил день свадьбы конюха со своей дочерью.

В то время, когда конюх напал на Мазлоу, заяц, лиса и медведь были во дворе. Вошли они в церковь и видят: лежит мертвыи Мазлоу.
Заплакали звери, а потом начали думать, как оживить Мазлоу- Медведь сказал:
— Я могу приставить ему голову.
— Если ты приставишь голову, я оближу шею и приращу ее,— сказала лиса.
— Все это трудно сделать,— сказал заяц,— но если вы сделаете, то я дуну в рот Мазлоу и оживлю его.
Они сделали то, что сказали, и Мазлоу ожил.

Ох, и сладко же я спал! — сказал он и вскочил на ноги. Но тут он заметил окровавленную шашку и понял, что был кем-то убит. Мазлоу взял свое оружие и вместе с зайцем, лисой и медведем пришел во двор князя. Как только княжна увидела его, она вскрикнула, бросилась к нему и повисла на шее.
Кто это? Что это значит? — спрашивал парод.
Этот человек спас мне жизнь! А конюх убил его сонного, напугал меня и заставил сказать, что это он убил агулшапа.
Услышал это князь, повесил конюха, а свою дочь выдал за Мозлоу — он ведь спас ее от смерти. Свадьба была богатая.
Когда Мазлоу сказал князю, что он очень спешит, князь не стал его задерживать, дал дочери большое приданое и отпустил их.

Шли они, шли и дошли до того перекрестка, где Мазлоу расстался с братом Жакуром. Тут Мазлоу увидел, что лезвие ножа, обращенное в сторону брата, заржавело. Мазлоу рассказал, что это значит, оставил жену и провожатых, а сам с зайцем, лисой и медведем пустился в дорогу.

Так он подошел к хижине старухи — жены адауы. Старуха спала с раскрытой грудью. Мазлоу прикоснулся к ее груди. Старуха проснулась и была очень огорчена.
Ты знаешь силу молочного родства,— сказал Мазлоу.— Ради него скажи, где погиб мой брат— он, должно быть, проходил здесь.
Да,— сказала старуха,— здесь проходил кто-то, похожий на тебя, с зайцем, лисой и медведем. Если этот человек погиб, его, наверное, погубила моя старшая сестра: кого она ударит своим кнутом, тот превращается в камень. Если ты сумеешь взять у нее этот кнут, то ударом его всех оживишь.

Мазлоу, заяц, лиса и медведь стали советоваться, как отнять у старухи кнут. Медведь сказал:
— Я сверху обойду то место, где сидит старуха, и не дам ей покоя, кидая в нее камни и бревна.
— А я,— сказала лиса,— воем изведу ее.
— Тогда я сумею взять у нее кнут и передам Мазлоу,— сказал заяц.

Каяхдый из них сделал так, как сказал. Мазлоу получил кнут и начал бить им по камням. Один за другим камни превращались в людей и вскакивали, но среди них не было брата. Тогда Мазлоу спросил старуху:
— Скажи, где мои брат?
Видит старуха, что он не отстанет, и говорит ему так:
— Пойди в ту сторону. Там лежат камни. Посмотри, может бить твой брат среди тех камней.
Как только Мазлоу ударил кнутом по этим камням, Жакур зайцем, лисой и медведем ожили и поднялись. Весе они в один голос сказали:
— Пусть теперь старуха станет камнем!
Мазлоу ударил старуху кнутом, и она окаменела. Тогда все, кого оживил Мазлоу, стали спрашивать его:
— Как нам отблагодарить тебя?
— Я даже не знал, что с вами случилось, и не искал вас,— ответил Мазлоу.— Я искал брата и нашел. Ваше счастье вам помогло, и я от вас ничего не хочу.

После этого братья пошли туда, где поджидала жена Мазлоу, и все вместе вернулись домой.
Отец и мать были уверены, что их дети погибли, и очень горевали. Когда же сыновья вернулись домой, они очень обрадовались и устроили большой пир.