Как Батараз привез нарта Уазырмеса домой

Ког­да Ба­тараз был еще юно­шей, в Стра­не Нар­тов жил муд­рый ста­рый нарт У­азыр­мес. У У­азыр­ме­са бы­ла дочь кра­сави­ца, ко­торая по­люби­лась Ба­тара­зу. И У­азыр­мес неп­рочь был иметь зя­тем та­кого храб­ре­ца, как Ба­тараз.

Од­ногла­зые ве­лика­ны, жив­шие за гор­ны­ми це­пями, по­хити­ли од­нажды ночью У­азыр­ме­са и уве­ли с со­бой в го­ры. По­гоня вер­ну­лась ни с чем.

В это вре­мя Ба­тараз же­нил­ся на до­чери У­азыр­ме­са. Шум­но праз­дно­валась свадь­ба Ба­тара­за: нар­ты пи­рова­ли, пля­сали и джи­гито­вали. Но мо­лодая же­на Ба­тара­за, доб­рая и при­вет­ли­вая, бы­ла мол­ча­лива и пе­чаль­на.

— Что с то­бой? — спро­сил ее Ба­тараз. — О чем ты пе­чалишь­ся?

— Ты бы и сам мог до­гадать­ся о при­чине мо­ей пе­чали, — от­ве­чала мо­лодая же­на. — Как мне не то ско­вать, ког­да лю­бимый отец мой в пле­ну у од­ногла зых. Ес­ли хо­чешь ви­деть ме­ня ра­дос­тной, — по­ез­жай, выз­во­ли от­ца мо­его У­азыр­ме­са!

Мол­ча вы­шел Ба­тараз и от­пра­вил­ся за со­ветом к сво­ей при­ем­ной ма­тери Вак­ве.

— Труд­ное де­ло, — ска­зала Вак­ва. — Да­леко, за гор­ны­ми це­пями, жи­вут ины­жи, по­хитив­шие У­азыр­ме­са. На сво­ем ко­не те­бе ту­да не доб­рать­ся. Че­рез эти го­ры пе­рене­сет те­бя толь­ко конь са­мого У­азыр­ме­са, но он от тос­ки по хо­зя­ину скрыл­ся в пе ще­ру и вы­ходит от­ту­да лишь по но­чам; да­же сол­нце не ви­дит это­го ко­ня.

«Лад­но…» — по­думал Ба­тараз и, взва­лив на пле­чо сед­ло ко­ня У­азыр­ме­са и зат­кнув за по­яс уз­дечку, по­шел ис­кать пе­щеру, в ко­торой скры­вал­ся конь. За­метив ди­кую тро­пу, ви­тязь дол­го шел по ней, не сво­рачи­вая с пу­ти. На­конец он уви­дел пе­щеру, но не за­шел в нее, а влез не­пода­леку на вы­сокое вет­вистое де­рево и стал ждать но­чи. Ров­но в пол­ночь вы­бежал из пе­щеры стат­ный конь и нап­ра­вил­ся к озе­ру, и в то мгно­венье, ког­да он про­бегал под де­ревом, Ба­тараз спрыг­нул пря­мо на ко­ня. Как ни про­тивил­ся, ни упи­рал­ся конь, Ба­тараз обуз­дал его, осед­лал и пус­тился в путь.

Стра­на ины­жей на­ходи­лась за семью го­рами. Пре­одо­лев шесть гор­ных це­пей, Ба­тараз въ­ехал в ши­рокую до­лину, где встре­тил дрях­ло­го ста­рика-та­бун­щи­ка. Ког­да ста­рик уви­дел ко­ня, на ко­тором ехал Ба­тараз, он горь­ко зап­ла­кал, а конь дви­нул­ся к не­му и при­пал го­ловой к его пле­чу.

«Не­уже­ли это хо­зя­ин ко­ня — У­азыр­мес? — по­думал ви­тязь; очень дрях­лым и из­можден­ным по­казал­ся ему ста­рик. — У­азыр­мес был не та­ким, ког­да жил в Стра­не Нар­тов!»

— О чем ты пла­чешь, дед? — спро­сил Ба­тараз.

— Мой вер­ный конь под то­бой, юно­ша. Не­мало мы с ним со­вер­ши­ли слав­ных дел. Уви­дел я его, вспом­нил свою ро­дину, близ­ких сво­их, и тяж­ко мне ста­ло.

— Так, зна­чит, ты и есть У­азыр­мес? В по­ис­ках те­бя я пе­ресек гор­ные це­пи. Утешь­ся, я от­ве­зу те­бя до­мой.

— Эх, доб­рый ви­тязь, — воз­ра­зил У­азыр­мес, — од­ногла­зые за­губят те­бя, они так силь­ны, что ник­то их не мо­жет одо­леть, — ес­ли мы убе­жим, они тот­час на­гонят нас.

— Пос­мотрим, кто ко­го одо­ле­ет, я и не со­би ра­юсь убе­гать от них, — я хо­чу от­кры­то сра­зить­ся с ни­ми и от­пла­тить им за все твои стра­данья. Не пе­чаль­ся, а ска­жи луч­ше: как мне доб­рать­ся до них.

— Пе­ресе­ки еще од­ну гор­ную цепь, а за нею боль­шую до­лину, — там ты уви­дишь вы­сокую баш­ню од­ногла­зых, — от­ве­тил У­азыр­мес, ди­вясь храб­рости всад­ни­ка и не ве­ря в свое спа­сение.

— Про­дол­жай пас­ти ло­шадей, а я ско­ро вер­нусь к те­бе, — бод­ро ска­зал Ба­тараз и по­ехал по пу­ти, ука­зан­но­му У­азыр­ме­сом. Он пе­ресек еще од­ну гор ную цепь, очу­тил­ся в ши­рокой зе­леной до­лине и, об­на­жив меч и от­пустив по­водья, в раз­думье нап­ра вил­ся к баш­не. У вхо­да в баш­ню Ба­тараз уви­дел спя щее се­миго­ловое чу­дови­ще и ря­дом де­вуш­ку, от­го няв­шую от не­го мух. Ба­тараз за­мах­нулся ме­чом на се­миго­лово­го ве­лика­на, но де­вуш­ка вста­ла меж­ду ве ли­каном и ви­тязем. Ба­тараз опус­тил меч, — он не мог уда­рить жен­щи­ну.

— Храб­рый при­шелец! — мол­ви­ла де­вуш­ка, — сво­им ме­чом ты не мо­жешь сра­зить ины­жа, — вот ви­сит его меч, возь­ми и убей се­миго­лово­го.

Ба­тараз взял тя­желый меч и од­ним взма­хом от­сек чу­дови­щу шесть го­лов.

Ве­ликан прос­нулся и ска­зал:

— Ну, что же, ударь еще раз.

— Один мой удар ра­вен мно­гим, — от­ве­чал ему ви­тязь.

— Эх ты, храб­рый нарт, на­пал на спя­щего. Ты бы раз­бу­дил ме­ня, тог­да и ру­бил бы ме­чом.

— Я ни­ког­да не на­падал на спя­щего, — ска­зал Ба­тараз, — но вы, пле­мя од­ногла­зых, так жес­то­ки и ко­вар­ны, что я ре­шил от­ве­тить ко­варс­твом на ко варс­тво. А пред­смертную прось­бу твою я ис­полню. — И нарт уда­рил ме­чом по седь­мой го­лове чу­дови­ща, но седь­мая го­лова ос­та­лась це­лой, а шесть го­лов вдруг от рос­ли сно­ва.

С гром­ким ре­вом иныж наб­ро­сил­ся на ви­тязя, и меж­ду ни­ми на­чалась жес­то­кая схват­ка. Звон двух ме­чей, по­доб­но рас­ка­там гро­ма, раз­да­вал­ся в до­лине; ис­кры от уда­ров, по­доб­но гро­зовым мол­ни­ям, ос­ве­щали ее. В стра­хе де­вуш­ка сле­дила за по­един­ком. На­конец меч ины­жа раз­ле­тел­ся на кус­ки от уда­ров нар­та. Юно­ша, как охап­ку се­на, от­бро­сил вра­га в сто­рону и за­нес над упав­шим ос­трый нож. Он вон­зил его в сер­дце ины­жа, и се­миго­ловый ис­пустил дух.

Ба­тараз по­садил де­вуш­ку на ко­ня и пос­ка­кал. Вер­нувши­еся из по­хода од­ногла­зые не ре­шились пог­нать­ся за храб­рым по­беди­телем чу­дови­ща.

— От­ку­да ты ро­дом? — спро­сил в до­роге Ба­та раз спа­сен­ную им плен­ни­цу.

Де­вуш­ка рас­ска­зала:

— Моя семья жи­ла мир­но на бе­регу мо­ря, но од­ногла­зые уби­ли мо­их ро­дите­лей и унес­ли ме­ня. Мно­го де­вушек по­губи­ли сви­репые ины­жи, а тот, ко то­рого ты убил, ос­та­вил ме­ня в жи­вых, что­бы я от го­няла мух от его се­ми го­лов.

Вско­ре они встре­тили У­азыр­ме­са. Ста­рец сел на ко­ня, и всад­ни­ки по­еха­ли в Стра­ну Нар­тов. До­рогой Ба­тараз спро­сил У­азыр­ме­са:

— Что бы ты сде­лал, ес­ли бы твоя дочь выш­ла за­муж без тво­его сог­ла­сия?

— Я от­нял бы ее у му­жа и вы­дал бы за храб рей­ше­го из храб­рых, со­вер­шивше­го то, че­го до сих пор ник­то не мог со­вер­шить, — от­ве­тил У­азыр­мес.

Ба­тараз про­мол­чал и по­думал: «На­вер­ное те­перь У­азыр­мес не бу­дет гне­вать­ся на то, что я же­нил­ся на его до­чери».

Ког­да они при­еха­ли во вла­дения нар­тов, сва­деб­ный пир стал еще ве­селее, еще шум­нее. А в честь воз­вра­щения У­азыр­ме­са нар­ты ус­тро­или са­нопи­тие, про­дол­жавше­еся мно­го дней и мно­го но­чей.