Как Шауей поехал на состязание нартов

Жи­вя в до­ме от­ца, Ша­уей как-то ус­лы­шал, что нар­ты ус­тра­ива­ют сос­тя­зания на­ез­дни­ков и со­бира­ют­ся для это­го у ста­рого У­азыр­ме­са. Ша­уей стал про­сить от­ца, что­бы от­пустил его на скач­ки. Дол­го не сог­ла­шал­ся Канж. Он ду­мал, что сы­ну его еще ра­но сос­тя­зать­ся с луч­ши­ми на­ез­дни­ками, он опа­сал­ся, что тот лишь ос­ра­мит­ся пе­ред нар­та­ми. Но Ша­уей про­сил так нас­той­чи­во, что в кон­це кон­цов Канж раз­ре­шил ему по­ехать.

На­дев ни­щен­ские лох­мотья, Ша­уей вско­чил на ко­ня и ве­село крик­нул:

— Мой Джа­мидеж, я еду по важ­но­му де­лу, ска­чи быс­трее!

— Хоть на край све­та, мой Ша­уей! — звон­ко отоз­вался Джа­мидеж.

То вскачь, то ино­ходью нес­ся Джа­мидеж по го­рам и до­линам и, дос­тигнув ши­рокой ре­ки, ос­та­новил­ся. Как ни по­нукал его Ша­уей, конь не тро­гал­ся с мес­та. Ша­уей хлес­тнул его плетью, но Джа­мидеж не ше­лох­нулся. Ша­уей уда­рил силь­нее, но Джа­мидеж слов­но врос в зем­лю. Рас­сердив­шись, Ша­уей из­бил ко­ня в кровь, но Джа­мидеж и ухом не по­вел. Он лишь спро­сил Ша­уея:

— За что ты бь­ешь ме­ня?

— За то, что ты не хо­чешь пе­рей­ти ре­ку. Еще не бы­ло слу­чая, что­бы ты стру­сил. По­чему же те­перь сто­ишь, как вко­пан­ный?

— По­ка ты не ска­жешь, ку­да мы нап­равля­ем­ся, я не сде­лаю ни ша­гу.

— Джа­мидеж! Я знаю те­бе це­ну, но ты ведь все­го лишь конь и я не обя­зан го­ворить те­бе о мо­их на ме­рени­ях! — гнев­но зак­ри­чал Ша­уей. Пе­рене­си ме­ня на тот бе­рег, не то поп­ла­тишь­ся го­ловою! Ты еще не зна­ешь, ка­ков Ша­уей, сын Кан­жа!

— Не хо­чешь — не го­вори, но и я с мес­та не тро нусь. Рас­прав­ляй­ся со мною, как те­бе угод­но. Ты мо­жешь убить ме­ня, но зас­тра­щать не мо­жешь. А ка ков Ша­уей, сын Кан­жа, я хо­рошо знаю, — от­ве­тил Джа­мидеж.

Ша­уей в гне­ве хлес­тал его, по­ка не вы­бил­ся из сил, а Джа­мидеж так и не тро­нул­ся с мес­та. Тог­да Ша­уей ска­зал крот­ко:

— Джа­мидеж, бесс­траш­ный нарт­ский конь! Я не ста­ну та­ить­ся от те­бя. Мы едем к ста­рику У­азыр­ме­су, где всад­ни­ки со­бира­ют­ся на скач­ки. Там мы с то­бою ис­пы­та­ем ис­кусс­тво нарт­ских на­ез­дни­ков и си­лу их ко­ней.

— Я по­тому и стою на мес­те, что знаю, ку­да ты нап­равля­ешь­ся. Нам нель­зя ту­да ехать, по­куда нет у ме­ня трех же­лез­ных под­пруг, ско­ван­ных куз­не­цом Да­бечем. Мне при­дет­ся ле­теть по воз­ду­ху, а не бе жать по зем­ле. В по­лете ко­жаные под­пру­ги лоп­нут и ве­тер сбро­сит те­бя на зем­лю. Ес­ли хо­чешь, чтоб я учас­тво­вал в скач­ках, за­едем спер­ва к Да­бечу.

Ша­уей пос­лу­шал­ся.

Ког­да к две­рям куз­ни подъ­ехал обор­ва­нец на кол­че­ногой кля­че, Да­беч не уз­нал сво­его вну­ка.

— Доб­ро­го ог­ня, де­душ­ка Да­беч! — при­ветс­тво вал куз­не­ца Ша­уей.

Да­беч с удив­ле­ни­ем взгля­нул на не­го и, от­вернув­шись, про­дол­жал ра­ботать.

— Я про­шу те­бя, де­душ­ка Да­беч, сде­лать для мо­его ко­ня три под­пру­ги, — ска­зал Ша­уей, скры­вая оби­ду.

— Под­пру­ги де­ла­ют из ко­жи, а я не шор­ник, — хму­ро от­ве­тил Да­беч, не по­дымая го­ловы.

— Мне нуж­ны под­пру­ги не ко­жаные, а же­лез ные, по­тому я и об­ра­тил­ся к те­бе, — воз­ра­зил Ша­уей.

Да­беч ис­подлобья ог­ля­дел обор­ванца.

«Ес­ли его ко­ню нуж­ны же­лез­ные под­пру­ги, зна­чит всад­ник — мо­гучий бо­гатырь, хо­тя по ви­ду это­го не ска­жешь. На­до его ис­пы­тать», — по­думал Да­беч.

— Хо­рошо, — ска­зал он, — я сде­лаю три же­лез ных под­пру­ги, толь­ко по­моги мне раз­дуть огонь, ес­ли смо­жешь.

— Не знаю, смо­гу ли, но поп­ро­бую, — от­ве­тил Ша­уей, буд­то сом­не­вал­ся в сво­ей си­ле.

Да­беч по­ложил на тле­ющие уг­ли длин­ный бру­сок же­леза, а Ша­уей взял ме­хи.

— На­чинай! — при­казал Да­беч.

Как на­чал Ша­уей раз­ду­вать ме­хи — зат­ре­щали сте­ны куз­ни, рас­сы­пались в щеп­ки и раз­ме­тал их ве­тер, а са­мого Да­беча швы­ряло то вверх, то вниз, вмес­те с об­ломка­ми же­леза, зо­лой и ко­потью.

— Пе­рес­тань! — во­пил Да­беч, — я сде­лаю те­бе сколь­ко хо­чешь же­лез­ных под­пруг, толь­ко уй­мись!

Ша­уей от­ло­жил ме­хи, и Да­беч, весь чер­ный от са­жи, по­дошел к гор­ну. Он ско­вал под­пру­ги и прик­ле­пал их к сед­лу Джа­миде­жа.

Ша­уей прос­тился с куз­не­цом, сел на ко­ня и от­пра­вил­ся на скач­ки.

Быс­тро прим­чался он к У­азыр­ме­су и все-та­ки опоз­дал: учас­тни­ков сос­тя­зания уже не бы­ло. У­азыр­мес, уви­дев мо­лодо­го обор­ванца на жал­кой кля­че, спро­сил нас­мешли­во:

— Что те­бе нуж­но, всад­ник?

— Я бу­ду сос­тя­зать­ся с на­ез­дни­ками, ес­ли ты, доб­рый У­азыр­мес, мне раз­ре­шишь, — от­ве­тил Ша­уей.

— Ты сме­ешь­ся, что ли! — рас­сердил­ся У­азыр мес. — На­ез­дни­ки ус­ка­кали вче­ра, им вре­мя вер­нуть­ся. Где те­бе дог­нать их, да еще на этой по­лужи­вой кля­че! По­ка до­берешь­ся до мес­та ска­чек, все уже бу­дут здесь.

— Хоть я и опоз­дал, но ты раз­ре­ши мне по­ехать к нар­там. Быть мо­жет, я до­гоню их, а ес­ли и не до­гоню, то встре­чу в пу­ти и по­любу­юсь на их ис­кусс­тво, — нас­та­ивал Ша­уей.

— Раз­ре­ши ему, пусть едет, — со­вето­вали стоя щие поб­ли­зос­ти нар­ты. — Раз­ве жал­ко те­бе, ес­ли его ля­дащая кля­ча сва­лит­ся по до­роге, а сам он пеш­ком вер­нется до­мой!

У­азыр­мес зас­ме­ял­ся и поз­во­лил Ша­уею по­ехать на скач­ки.

Нах­лесты­вая хво­рос­ти­ной то­щие бо­ка Джа­миде­жа, ко­лотя его пят­ка­ми, Ша­уей вы­ехал со дво­ра, По­ка не выб­ра­лись из нарт­ско­го се­ления, Джа­мидеж при­падал на все че­тыре ко­пыта и ка­чал­ся из сто­роны в сто­рону. Гля­дя ему вслед, нар­ты хо­хота­ли.

Но как толь­ко се­ление скры­лось из ви­ду, Джа­мидеж встрях­нулся и по­летел. Ког­да он опус­тился в до­лине, где дол­жны бы­ли на­чать­ся скач­ки, нар­тов там еще не бы­ло.

— Мой Джа­мидеж, — ска­зал Ша­уей, — по бро­ди-ка по све­жему лу­гу, по­щип­ли трав­ку, а я до при­бытия нар­тов сос­ну.

И Ша­уей при­лег на бу­гор­ке.

Нар­ты при­были к мес­ту ска­чек че­рез пол­то­ра дня пос­ле Ша­уея. Уви­дев спя­щего, они рас­сме­ялись:

— Этот ви­тязь, как вид­но, то­же явил­ся на скач­ки! Толь­ко пусть уж луч­ше спит, это ему боль­ше под­хо­дит!

Не раз­бу­див Ша­уея, нар­ты вста­ли в ряд и пос­ка­кали об­ратно.

В это вре­мя У­азыр­мес, гля­дя с хол­ма вдаль и не ви­дя ни­чего, кро­ме об­ла­ка пы­ли, кри­чал сто­ящим ря­дом нар­там:

— Го­ворил я вам, чей конь прис­ка­чет пер­вым! Ну, ко­неч­но, мой пе­гий! Вон он, впе­реди всех, — мой не­уто­мимый Ку­ланиж! Гля­дите нар­ты, гля­дите!

А Ша­уей, прос­нувшись и уви­дев, что нар­ты уже ус­ка­кали, вско­чил на Джа­миде­жа и пе­реле­тел в нарт­ское се­ление. Он прим­чался к У­азыр­ме­су, ког­да нарт­ских на­ез­дни­ков не бы­ло и в по­мине.

У­азыр­мес, уви­дев, что пер­вым при­шел не его рез­вый Ку­ланиж, а кол­че­ногий конь Ша­уея, чуть не зап­ла­кал от до­сады.

— Ты, вид­но, тре­вожишь­ся о судь­бе на­ез­дни ков, доб­рый У­азыр­мес! С ни­ми ни­чего не слу­чилось. они толь­ко очень ус­та­ли. Я сей­час по­еду им навс­тре­чу и дос­тавлю их це­лыми и нев­ре­димы­ми!

По­вер­нув ко­ня, Ша­уей пом­чался навс­тре­чу нар­там. Он зас­тал их на пол­пу­ти, пос­ни­мал с ко­ней и при­вязал к бо­кам Джа­миде­жа так, что го­ловы и но­ги нар­тов тор­ча­ли во все сто­роны. Взва­лив и Ку­лани­жа на спи­ну сво­его ко­ня, Ша­уей пос­ка­кал к У­азыр­ме­су, го­ня впе­реди нарт­ских ко­ней, свя­зан­ных уз­дечка­ми.

Что бы­ло ска­зать тем нар­там, ко­торые выш­ли навс­тре­чу на­ез­дни­кам!

Джи­гиты бол­та­лись на бо­ках Джа­миде­жа жал­кие и бес­по­мощ­ные. Гля­дя на них, все при­мол­кли в не­воль­ном стра­хе пе­ред Ша­уеем.

Ве­чером У­азыр­мес ус­тро­ил пир­шес­тво в честь нарт­ских ска­чек. Нар­ты, при­вязав ко­ней, соб­ра­лись в до­ме. При­шел и Ша­уей, ос­та­вив Джа­миде­жа с нарт­ски­ми ко­нями. Че­рез не­кото­рое вре­мя к пи­ру­ющим вбе­жала же­на У­азыр­ме­са:

— Нар­ты, конь гос­тя ис­ку­сал ва­ших ко­ней!

У­азыр­мес вы­шел и уви­дел, что все ко­ни ис­ку­саны. Он хо­тел бы­ло от­вести Джа­миде­жа в сто­рону, но тот его от­швыр­нул.

У­азыр­мес вер­нулся к пи­ру­ющим и поп­ро­сил Ша­уея пос­та­вить сво­его ко­ня от­дель­но, что­бы он не заг­рыз нарт­ских ко­ней нас­мерть.

Ша­уей от­вел Джа­миде­жа к дру­гой ко­новя­зи и вер­нулся на пир­шес­тво.

Про­воз­гла­сив в честь не­из­вес­тно­го на­ез­дни­ка бо­гатыр­скую здра­вицу, нар­ты по­ложи­ли пе­ред Ша­уеем по­дар­ки, пред­назна­чен­ные по­беди­телю.

Но Ша­уей, к удив­ле­нию всех, от­ка­зал­ся от наг­ра­ды.

— Я при­был сю­да не за­тем, что­бы по­лучать по­дар­ки. От­дай­те их жен­щи­нам и де­тям. Я хо­тел лишь по­любо­вать­ся ис­кусс­твом на­ез­дни­ков и вы­уч­кой ска­кунов. Те­перь я знаю все, что мне нуж­но, — ска­зал Ша­уей.

Не наз­вав се­бя, он прос­тился с нар­та­ми, вско­чил на Джа­миде­жа и уле­тел, как пти­ца.