Как Уазырмес спас нартов от голода

Один из прос­лавлен­ных нар­тов — У­азыр­мес, сын Пид­га­ша, с ма­лых лет зас­лу­жил проз­ви­ще нас­то­яще­го нар­та.

Еще под­рос­тком уви­дел он од­нажды, что жи­тели его се­ления нес­ли ку­да-то да­ры: кто коп­че­ное мя­со, кто кув­шин са­но, а од­на бед­ная жен­щи­на нес­ла в гли­няной мис­ке нем­но­го до­маш­ней еды и со сле­зами на гла­зах от­ка­зыва­ла бе­гущим за ней де­тиш­кам. А де­ти жа­лоб­но про­сили:

— Мать, дай нам по­есть, мы го­лод­ны.

По­кинув сверс­тни­ков, У­азыр­мес спро­сил иду­щих:

— Ко­му не­сете вы пос­ледние кро­хи?

— Это да­ры бо­горав­но­му Па­ко, — от­ве­чали ему нар­ты.

У­азыр­мес при­заду­мал­ся. С то­го дня ни на иг­ри­щах во вре­мя Ха­сы, ни в дру­гое вре­мя, ког­да де­ти иг­ра­ли в аль­чи­ки, не бы­ло сре­ди них У­азыр­ме­са. А ведь преж­де он был пер­вым во всех сос­тя­зани­ях, са­мым ве­селым из сверс­тни­ков.

— Не слу­чилось ли с то­бой что, не за­болел ли ты? — спро­сили его нар­ты.

— Нет, я не бо­лен те­лом, но ду­ша у ме­ня бо­лит о нар­тах, — от­ве­чал У­азыр­мес. — Горь­ко мне, что нар­ты, са­ми во мно­гом ис­пы­тыва­ющие нуж­ду, но­сят да­ры коз­ло­боро­дому трус­ли­вому Па­ко, во­зом­нивше­му се­бя бо­гом. Я не най­ду по­коя, по­ка не ос­во­божу свой на­род от это­го по­зора.

Нар­ты ис­пу­гались и ста­ли про­сить У­азыр­ме­са не пе­речить бо­горав­но­му Па­ко, а то им житья не бу­дет от мсти­тель­но­го влас­те­лина. Од­на­ко У­азыр­мес и слу­шать не хо­тел их просьб и твер­до ре­шил ос­во­бодить нар­тов от этих жертв.

— Не дос­то­ин я име­ни нар­та, ес­ли не от­рублю го­лову это­му жад­но­му коз­ло­боро­дому, — ска­зал он соб­равшим­ся нар­там.

Он при­шел к сво­ей ма­тери, Ми­газеш, и ска­зал ей:

— Мать, бла­гос­ло­ви ме­ня на борь­бу с Па­ко. Я не от­ступ­люсь от сво­его ре­шения, но у ме­ня нет ни ко­ня, ни ору­жия.

— Ес­ли твое ре­шение не­из­менно, не ста­ну удер жи­вать те­бя. Вы­веди из под­зе­мелья пе­гого ко­ня, на ко­тором ез­дил твой отец, возь­ми сед­ло, по­вяжи от­цов ский меч и сту­пай на под­виг, — так от­ве­тила сы­ну да ро­вав­шая ему жизнь.

От пер­во­го же уда­ра плетью пе­гий конь взмет­нулся под об­ла­ка, но У­азыр­мес спус­тился и по­ехал по той до­роге, по ко­торой нар­ты но­сили Па­ко свои да­ры. У­азыр­мес скрыл­ся в за­саде и не про­пус­кал нар­тов, не­сущих да­яния; он от­ни­мал то, что они нес­ли, и от­сы­лал их на­зад в нарт­ское се­ление. Тог­да бо­яз­ли­вые нар­ты ста­ли хо­дить к Па­ко околь­ны­ми пу­тями и из­вести­ли бо­горав­но­го о том, что У­азыр­мес вос­стал про­тив не­го.

А Па­ко хоть и гне­вал­ся, но не шел на бит­ву с храб­рым нар­том.

— Ес­ли Па­ко не идет ко мне, — при­дет­ся мне пой­ти к не­му, — ре­шил У­азыр­мес и от­пра­вил­ся к коз­ло­боро­дому.

— Эй! — зак­ри­чал он, ос­та­новясь пе­ред его жи ли­щем. — Ес­ли ты не трус, — вы­ходи, бо­горав­ный, по бо­рем­ся!

Од­на­ко тот не по­яв­лялся, а выс­лал слу­гу ска­зать, что его гос­по­дин зах­во­рал.

— Ес­ли он бо­лен, то я здо­ров! — воз­ра­зил У­азыр­мес и во­шел к Па­ко: — Доб­рый день, Па­ко!

— Доб­рый, да не для те­бя! — вос­клик­нул Па­ко.

И не ус­пел нарт вых­ва­тить меч из но­жен, как коз­ло­боро­дый выс­ко­чил из сво­его жи­лища и убе­жал от по­гони: он знал, что на зем­ле ему не спас­тись от храб­ро­го нар­та, а по­тому взвил­ся на не­бо, сде­лал се­бе жи­лище из па­ути­ны и скрыл­ся в нем.

Пло­хо приш­лось нар­там от его гне­ва: Па­ко нас­лал на них за­суху, хле­ба пе­рес­та­ли рас­ти, де­ревья — зе­ленеть, скот стал бес­плод­ным. Труд­ные вре­мена нас­ту­пили для нар­тов, и они уп­ре­кали У­азыр­ме­са:

— Это ты раз­гне­вал мо­гущес­твен­но­го Па­ко, вмес­то доб­ра при­нес нам зло, — ви­дишь, ка­ково нам те­перь.

Уд­ру­чен­ный У­азыр­мес дол­го ду­мал, что ему де­лать, и ре­шил по­сове­товать­ся с муд­рой Са­таней. Са­таней выс­лу­шала У­азыр­ме­са, пос­мотре­ла на его ко­ня и ска­зала:

— Твой ста­рый ска­кун из по­роды аль­пов, ему ни по­чем вы­сота, на ко­торую заб­рался Па­ко, — ударь триж­ды плетью сво­его ко­ня и пом­чись.

У­азыр­мес пос­лу­шал­ся Са­таней, и конь быс­тро по­нес его к жи­лищу Па­ко.

— Доб­рый день, Па­ко! — при­ветс­тво­вал нарт бо го­рав­но­го.

— Доб­рый день, да не для те­бя! — опять от­ве­тил ему Па­ко. — Не да­вал ты мне по­коя на зем­ле, нет и на не­бе мне от те­бя по­коя.

— Не вор­чи по­пус­ту — я при­шел рас­ска­зать те­бе о бедс­тви­ях нар­тов.

Па­ко прит­во­рил­ся не­веда­ющим и стал расс­пра­шивать, — что же слу­чилось в Стра­не Нар­тов?

— Ты не­нави­дишь ме­ня, а мстишь всем, — ска зал У­азыр­мес, — ты ли­ша­ешь нар­тов хле­ба и ско­та. Лю­ди го­лода­ют и счи­та­ют ме­ня ви­нов­ни­ком сво­его го­ря.

— Это так и есть, — ты во всем ви­новат: ты ли шил ме­ня обыч­ных да­ров, ты ли­шил ме­ня по­коя! — сви­репо крик­нул Па­ко.

— Не гне­вай­ся, бо­горав­ный! Я при­шел к те­бе пос­ланцем от нар­тов: они го­ворят, что у них глот­ка во­ды не ста­ло.

— Вот и хо­рошо! Бу­дешь знать, как вос­ста­вать про­тив бо­горав­но­го! — зло­рад­но ска­зал коз­ло­бо ро­дый.

— Пусть я ви­новат, — го­ворил У­азыр­мес, — но за что же му­чить­ся всем? Взгля­ни на на­шу бед­ную зем­лю: ста­рики, жен­щи­ны и де­ти соб­ра­лись на го­ре Ха­рама и с на­деж­дой смот­рят на не­бо, про­сят у те­бя дож­дя.

Но жес­то­кий Па­ко был неп­рекло­нен. Тог­да У­азыр­мес ска­зал:

— Взгля­ни, взгля­ни, бо­горав­ный! Там, на го­ре Ха­рама, сто­ят нар­ты; они при­нес­ли те­бе да­ры, они про­тяги­ва­ют их те­бе, взгля­ни на зем­лю! — вскри­чал У­азыр­мес.

И Па­ко вы­сунул го­лову из сво­его па­утин­но­го жилья и, скло­нив­шись, стал смот­реть вниз, а У­азыр­мес, мгно­вен­но вых­ва­тив меч, от­сек ему го­лову.

Семь дней с не­ба лил дождь, слов­но то па­дала кровь Па­ко, семь дней по­ливал дождь ис­сохшую зем­лю и зем­ля сно­ва ста­ла пло­дород­ной, под­ня­лись хле­ба, за­зеле­нели де­ревья, скот стал да­вать бо­гатый прип­лод, нар­ты ожи­ли и по­весе­лели.

С той по­ры нар­там еще боль­ше по­любил­ся храб­рый ви­тязь.

Поз­ва­ли нар­ты У­азыр­ме­са на свою Ха­су и про­воз­гла­сили здра­вицу в честь У­азыр­ме­са, из­ба­вите­ля от бед, по­беди­теля зло­го бо­га Па­ко.