Король и крестьянин лекарь

Жи­ли-бы­ли ко­роль с ко­роле­вой, и бы­ла у ко­роле­вы слу­жан­ка, вред­ная и хит­рая ба­ба. Слу­жан­ка ко­роле­вы очень не лю­била сво­его му­жа и всег­да ста­ралась при­чинить ему зло.

Ког­да же­на ко­роля бы­ла на сно­сях, ко­ролю за­хоте­лось уз­нать, кто у них ро­дит­ся, сын или дочь. Соб­рал он ле­карей со всей стра­ны и при­казал им:

— Уз­най­те, кто ро­дит­ся у нас с ко­роле­вой, маль­чик или де­воч­ка. Я хо­чу знать это за­ранее.

Бед­ня­ги-ле­кари при­киды­вали и так и эдак, но оп­ре­делить ни­чего не смог­ли. Они от­ве­тили ко­ролю:

— Не зна­ем мы, ва­ше ве­личес­тво, кто ро­дит­ся у ко­роле­вы, маль­чик или де­воч­ка.

Ко­роль рас­сердил­ся:

— Вы очень пло­хие ле­кари! Мне не нуж­ны та­кие ле­кари! И ни­кому в мо­ем ко­ролевс­тве не нуж­ны та­кие пло­хие ле­кари!

И он ве­лел бро­сить их всех в тем­ни­цу.

Злов­редная слу­жан­ка ко­роле­вы, уз­нав, ка­кая участь пос­тигла нес­час­тных ле­карей, при­бежа­ла к ко­ролю и ска­зала:

— Ах, ва­ше ве­личес­тво, я хо­чу со­об­щить вам при­ят­ную но­вость: мой муж ле­карь и во­об­ще че­ловек очень све­дущий, но очень уж скром­ный и по­тому скры­ва­ет свои зна­ния и уме­ние. Уж он-то неп­ре­мен­но оп­ре­делит, ко­го ро­дит ко­роле­ва, маль­чи­ка или де­воч­ку. При­кажи­те его поз­вать.

Ко­роль ве­лел не­мед­ленно при­вес­ти во дво­рец му­жа слу­жан­ки. А тот был кресть­яни­ном, умел об­ра­баты­вать зем­лю и се­ять хлеб, но ни­чего не по­нимал во вра­чева­нии. В от­ли­чие от сво­ей же­ны он был че­лове­ком спра­вед­ли­вым и доб­ро­жела­тель­ным. Он прек­расно по­нимал, что это коз­ни его же­ны, и очень бо­ял­ся ид­ти во дво­рец, но де­лать не­чего, раз ко­роль ве­лел явить­ся, приш­лось явить­ся.

Во двор­це ко­роль при­вел кресть­яни­на к ко­роле­ве и при­казал:

— Оп­ре­дели, ко­го ро­дит ко­роле­ва, сы­на или дочь.

Кресть­янин пе­репу­гал­ся еще боль­ше и по­думал, что те­перь ему не из­бе­жать ви­сели­цы. Он не знал, как вый­ти из по­ложе­ния, но все же ска­зал:

— Ва­ше ве­личес­тво! Это ведь как ска­зать и как пос­мотреть на де­ло, но, по мо­ему мне­нию, как мне ка­жет­ся, ес­ли взгля­нуть на ко­роле­ву с од­ной сто­роны, то бу­дет сын, а ес­ли пос­мотреть с дру­гой сто­роны, то сов­сем нап­ро­тив то­го, бу­дет дочь. Ко­роче го­воря, двое де­тей бу­дет, мне ка­жет­ся.

Хо­рошим лю­дям по­мога­ет бог. Прош­ло де­сять дней, и ко­роле­ва ро­дила дво­их де­тей, сы­на и дочь. Счас­тли­вый ко­роль поз­вал му­жа слу­жан­ки и на ра­дос­тях ска­зал ему:

— Что ты хо­чешь в наг­ра­ду? Про­си, я все дам.

Кресть­янин от­ве­тил:

— Ни­чего мне не на­до, но про­шу те­бя, ос­во­боди из тем­ни­цы ле­карей.

Ко­роль ска­зал:

— Это­го не бу­дет. Та­кие пло­хие ле­кари ни­кому не нуж­ны. А де­нег про­си у ме­ня, сколь­ко хо­чешь.

Но кресть­янин от­ка­зал­ся взять день­ги, а ко­ролю ска­зал:

— По­бесе­дуй об этом де­ле с ко­роле­вой, ва­ше ве­личес­тво, а я тем вре­менем пос­тою здесь и по­дож­ду.

Ко­роль от­пра­вил­ся в по­кои ко­роле­вы, и та уго­вори­ла его вы­пол­нить прось­бу кресть­яни­на и от­пустить на во­лю ле­карей. Ко­роль так и сде­лал, а са­мого кресть­яни­на щед­ро наг­ра­дил.

Слу­жан­ка ко­роле­вы ло­палась от до­сады: хо­тела нав­ре­дить му­жу, а по­лучи­лось на­обо­рот.

Ко­роль со­дер­жал не­дале­ко от двор­ца боль­ни­цу для сво­их под­данных. На­роду там наб­ра­лось столь­ко, что боль­ни­ца уже не вме­щала всех страж­ду­щих, а вы­лечить их ник­то не мог, не бы­ло та­кого ле­карс­тва. Что им ни да­вали: нас­той­ки раз­ных трав и ко­рень­ев, по­рош­ки, кап­ли, они лишь оха­ли да сто­нали, но не поп­равля­лись. Ко­роль из­му­чил­ся с эти­ми боль­ны­ми, ведь их на­до бы­ло не толь­ко ле­чить, но еще со­дер­жать и кор­мить.

Од­нажды слу­жан­ка ко­роле­вы, хит­рая ведь­ма, ска­зала ко­ролю:

— Ва­ше ве­личес­тво! По­зови мо­его му­жа, он ми­гом их вы­лечит.

Ко­роль вспом­нил му­жа слу­жан­ки, очень об­ра­довал­ся и ве­лел его не­мед­ленно поз­вать. Ког­да кресть­яни­на пря­мо с по­ля, где он па­хал и се­ял, при­вели к не­му, ко­роль ве­лел пе­ре­одеть его в бо­гатый кос­тюм прид­ворно­го ле­каря и по­шел с ним в боль­ни­цу.

По до­роге кресть­янин, дро­жа от стра­ха, пов­то­рял про се­бя:

— Ах, же­на, же­на, что ты на­дела­ла! Как же мне те­перь быть, как спас­тись от этой на­пас­ти?!

Вош­ли они в боль­ни­цу, ко­роль по­казал кресть­яни­ну всех боль­ных и спро­сил:

— Ка­кое ле­карс­тво дать им, что­бы они вы­лечи­лись?

Кресть­янин, бо­гато оде­тый, на­пус­тил на се­бя важ­ный вид и гром­ко от­ве­тил:

— Ва­ше ве­личес­тво, для то­го, что­бы их вы­лечить, нуж­но за­резать де­сять че­ловек из тех, кто поз­до­ровей, и мя­сом их на­кор­мить ос­таль­ных, тог­да они все поп­ра­вят­ся.

— Хо­рошо, — ска­зал ко­роль, — вы­бери из них де­сять че­ловек, ко­торые поз­до­ровей, и я при­кажу их за­резать.

Кресть­янин об­ра­тил­ся к то­му боль­но­му, ко­торый ле­жал к ним бли­же всех, и ска­зал:

— Ты мне ка­жешь­ся поз­до­ровей ос­таль­ных. Нач­нем с те­бя. За­режь­те его.

— Я не толь­ко поз­до­ровей ос­таль­ных, я во­об­ще здо­ров, — от­ве­тил боль­ной, вска­кивая с пос­те­ли. — Мне здесь де­лать боль­ше не­чего.

Он быс­тро одел­ся и бе­гом нап­ра­вил­ся к вы­ходу.

Тог­да кресть­янин об­ра­тил­ся к сле­ду­юще­му боль­но­му:

— Ты мне то­же ка­жешь­ся поз­до­ровее ос­таль­ных. Сей­час мы те­бя за­режем.

— Что ты, что ты! — зак­ри­чал боль­ной, спрыг­нул с пос­те­ли и, схва­тив одеж­ду, пом­чался на ули­цу.

— И ты выг­ля­дишь нам­но­го луч­ше дру­гих, — об­ра­тил­ся кресть­янин к треть­ему боль­но­му. — При­дет­ся те­бя за­резать.

Но боль­ной уже со­бирал свои ве­щи и, да­же не одев­шись как сле­ду­ет, по­бежал к вы­ходу.

В боль­ни­це под­ня­лась су­мато­ха, все пов­ска­кали с пос­те­лей, кое-как оде­вались и бе­жали прочь, а ко­роль с кресть­яни­ном об­хо­дили ря­ды кро­ватей и выс­матри­вали тех, кто поз­до­ровей. Не прош­ло и по­луча­са, как боль­ни­ца опус­те­ла. Ос­та­лось в ней лишь нес­коль­ко че­ловек, ко­торые не мог­ли уже ни встать, ни по­шеве­лить­ся, так как на­ходи­лись на по­роге смер­ти.

Ко­роль был в вос­торге от но­вого ле­каря, та­кого мно­го­опыт­но­го и све­дуще­го. С тех пор он по­селил его во двор­це и об­хо­дил­ся с ним не ху­же, чем с прин­ца­ми кро­ви.