Дочь царя

Жи­ли-бы­ли два ца­ря. У од­но­го ца­ря бы­ло два сы­на: стар­ший – ду­рачок, а млад­ший сын – ум­ный. Отец их умер, и ос­та­лись они од­ни. Ум­ник ос­та­вил дом ма­тери и ду­рач­ку и по­шел ра­ботать; ду­рачок ра­зорил весь дом, и они ста­ли очень бед­ны­ми.

Прош­ло де­сять лет, ум­ник стал слу­гой од­но­го ца­ря, ко­торый очень его по­любил. Он усы­новил маль­чи­ка и до­верил ему свое царс­тво.

В один прек­расный день маль­чик по­шел на ба­зар и уви­дел, что один че­ловек про­да­ет ящик и при­гова­рива­ет: «Кто ку­пит этот ящик, по­жале­ет; кто не ку­пит, то­же по­жале­ет».

При­шел он к ца­рю и ска­зал: «О царь, да бу­дешь ты здо­ров! Один че­ловек про­да­ет ящик и кри­чит: «Кто ку­пит, по­жале­ет, кто не ку­пит, по­жале­ет». Я хо­чу его ку­пить». Царь сна­чала не раз­ре­шил ему по­купать ящик, а по­том ска­зал: «Иди ку­пи, пусть бу­дет по-тво­ему».

Маль­чик ку­пил ящик, при­нес до­мой, но еще не смот­рел, что внут­ри.

Од­нажды к не­му при­шел че­ловек из его стра­ны и при­нес пись­мо от ма­тери и бра­та.

«Твоя мать и брат здо­ровы, но жи­вут бед­но, – ска­зал он. – Я че­рез три дня пой­ду к тво­ему бра­ту и тво­ей ма­тери. Ес­ли ты хо­чешь им что-ни­будь пос­лать, то я от­не­су». Маль­чик дал ему ящик и двес­ти зо­лотых.

Тот от­нес и от­дал ма­тери. Она очень об­ра­дова­лась пись­му и по­сыл­ке.

А в том ящи­ке бы­ла ца­рев­на. Но ста­руш­ка-мать то­же не зна­ла, что в ящи­ке, и пос­та­вила его в угол.

Ког­да ста­руш­ка ухо­дила ра­ботать, ца­рев­на вы­леза­ла из ящи­ка, под­ме­тала пол и го­тови­ла обед. Так про­дол­жа­лось де­сять дней.

Од­нажды ста­руш­ка спря­талась и ре­шила пос­мотреть, кто это под­ме­та­ет пол и го­товит обед. Ка­ра­ули­ла час-два, по­ка ца­рев­на не выш­ла из ящи­ка. Ста­руш­ка очень об­ра­дова­лась, взя­ла ее за ру­ку, по­цело­вала и ска­зала; «Ты бу­дешь мне до­черью, а я те­бе ма­терью!» Ца­рев­на при­нес­ла с со­бой мно­го зо­лота и ска­зала: «Приг­ла­си ка­мен­щи­ков, и мы пос­тро­им но­вый дом». Ста­руш­ка пош­ла и при­вела трех ка­мен­щи­ков.

Они пос­тро­или дом, как дом ца­ря. В этом до­ме бы­ло мно­го ком­нат. Ду­рач­ку ца­рев­на вы­дели­ла от­дель­ную ком­на­ту, ста­руш­ке от­дель­ную и се­бе от­дель­ную. Ста­ли хо­рошо жить, на­няли слуг и слу­жанок.

Од­нажды ду­рачок ска­зал ца­рев­не: «Я пой­ду в твою ком­на­ту спать». Она от­кры­ла ок­но, поз­ва­ла слуг: «Брось­те его в тюрь­му!» Свя­зали его слу­ги и уве­ли. А он пок­лялся за это убить ца­рев­ну.

Прош­ло два го­да. Ца­рев­на ус­лы­шала, что ее же­них, ко­торый ког­да-то ку­пил ящик, едет сю­да. У нее за­щеми­ло сер­дце, ей ста­ло стыд­но за то, что она бро­сила ду­рач­ка в тюрь­му. Она ве­лела при­вес­ти его из тюрь­мы, вы­купать в ба­не, поб­рить и на­деть ему хо­рошую одеж­ду. Ду­рачок уз­нал, что дол­жен при­ехать его брат, по­шел и сел у до­роги.

Брат при­ехал в ка­рете, а за ним нес­коль­ко те­лег с его то­вара­ми. Он ока­зал­ся ум­ным, кра­сивым юно­шей. Сна­чала он про­шел ми­мо бра­та, но по­том вер­нулся и вос­клик­нул: «Да это брат мой! Как жи­вете?» Ду­рачок от­ве­тил: «Ца­рев­на очень рас­путная». Брат очень огор­чился.

Ког­да он при­ехал, до­ма бы­ло мно­го ра­дос­ти. Мать очень ра­дова­лась и жи­тели се­ла ра­дова­лись. Все соб­ра­лись у не­го. Ца­рев­на бы­ла прек­расна. Все ве­сели­лись, а юно­ша был пе­чален. Ве­селье про­дол­жа­лось до двух ча­сов но­чи. По­том ца­рев­на ска­зала: «По­ра рас­хо­дить­ся. Сей­час он грус­тит. При­ходи­те зав­тра». Все уш­ли. Ос­та­лись юно­ша и ца­рев­на вдво­ем. Что бы она ни го­вори­ла, как бы ни сме­ялась, он с ней не раз­го­вари­вал. До че­тырех ча­сов жен­щи­на го­вори­ла, а юно­ша мол­чал. По­том она вста­ла и пош­ла спать. А он вых­ва­тил кин­жал и со­рок раз уда­рил ее, но она не умер­ла. От­крыл он ок­но и поз­вал слуг и при­казал выб­ро­сить рас­путни­цу. Слу­ги от­несли ее на дру­гую сто­рону се­ла и бро­сили.

Шли по до­роге ку­пец и ца­ревич, се­ли они от­дохнуть и по­есть и вдруг слы­шат стон. Ца­ревич ска­зал: «Кто это сто­нет?» Пос­лал он слуг. Они уви­дели кра­сивую де­вуш­ку всю в ра­нах и при­нес­ли к ца­реви­чу. Ког­да он ее уви­дел, то ска­зал: «Ду­шу от­дам, но вы­лечу эту де­вуш­ку». Ца­ревич при­казал сде­лать но­сил­ки, по­ложить их на двух вер­блю­дов, ос­то­рож­но по­вез ее к се­бе, а по до­роге изо дня в день» уха­живал за ней.

Еха­ли они це­лый ме­сяц, и вот уже приб­ли­жались к до­му ца­реви­ча. Се­ли они от­дохнуть. Ца­рев­на сов­сем выз­до­рове­ла.

Они очень по­люби­ли друг дру­га и ста­ли го­ворить как же­них и не­вес­та. Он ска­зал ей: «Ты – дочь ца­ря, а я – сын ца­ря. Та­кого, как я, ты не най­дешь, а я та­кую, как ты, не най­ду». Она ска­зала: «За­чем ты го­воришь это в пу­ти? Ты же зна­ешь, я твоя, а ты мой. При­дем до­мой, там и ска­жешь мне это». Он из­ви­нил­ся. Че­рез не­делю они доб­ра­лись до до­ма ра­дос­тные и ве­селые.

Его отец и мать очень об­ра­дова­лись. «Как она кра­сива и как вы под­хо­дите друг дру­гу», – ска­зали они. «Дай­те мне одеж­ду и мо­ей не­вес­те, мы пой­дем в ба­ню. По­том я рас­ска­жу все, что со мной про­изош­ло», – ска­зал он.

Они пош­ли мыть­ся. Юно­ша во­шел в ба­ню, а она ста­ла ждать. Она спро­сила про­хожих: «Как мне уй­ти от­сю­да?» Ей по­каза­ли до­рогу, и она уш­ла. Ког­да юно­ша вы­шел из ба­ни, то уви­дел, что де­вуш­ки нет. Он очень огор­чился. Взял в ру­ки же­лез­ный по­сох и по­шел за ней.

Два дня де­вуш­ка шла по до­роге и уви­дела пас­ту­ха в по­ле. «Здравс­твуй, бра­тец», – при­ветс­тво­вала она его и при­села по­гово­рить.

А он вос­клик­нул: «Как ты кра­сива! Я те­бя ис­кал ночью, а ты днем по­палась мне в ру­ки».

«Я очень го­лод­на. Ес­ли у те­бя есть хлеб, то дай мне по­есть, а по­том по­гово­рим», – ска­зала она ему.

Он дос­тал хлеб из ко­жаной сум­ки и дал ей. Она ста­ла есть, а он скло­нил го­лову и зад­ре­мал. Тог­да ца­рев­на вста­ла и уш­ла.

Ког­да пас­тух прос­нулся, то ца­рев­ны и след прос­тыл. «О бо­же, это был сон или нет?» – вос­клик­нул он и по­шел ее ис­кать. Ему бы­ло жал­ко упус­кать та­кую кра­сави­цу.

Те­перь за ней сле­дом идут двое. Шла она два дня и уви­дела дру­гого пас­ту­ха. «Здравс­твуй, брат мой», – при­ветс­тво­вала она его. Он от­ве­тил: «С ми­ром, сес­тра моя!» Она поп­ро­сила у не­го хле­ба. Он по­до­ил ко­рову и при­нес ей в мер­ке мо­лока и хле­ба. Она поп­ро­сила: «За­режь од­но­го яг­ненка, а тре­буху от­дай мне». Се­ли они у род­ни­ка, по­ели, по­том она поп­ро­щалась с пас­ту­хом, взя­ла тре­буху и уш­ла. Он по­жалел, что не ос­та­вил ее, и по­шел ее ис­кать.

Опять шла ца­рев­на два или три дня. По до­роге повс­тре­чались ей со­рок раз­бой­ни­ков и схва­тили ее. Один го­ворит: «Ты моя», и дру­гой го­ворит: «Ты моя». «Братья мои, – я од­на, а вас со­рок. Ес­ли я прев­ра­щусь в ле­карс­тво, и то­го вам не хва­тит», – ска­зала она. Они опять ста­ли драть­ся, спо­рить из-за нее. «Не ссорь­тесь. Кто рань­ше ус­пе­ет доб­рать­ся до до­ма и при­нес­ти мне та­кую же кра­сивую одеж­ду, как я са­ма, то­му я бу­ду при­над­ле­жать», – пред­ло­жила она. Все по­бежа­ли по до­мам, а она уш­ла в дру­гую стра­ну.

Ког­да со­рок раз­бой­ни­ков вер­ну­лись об­ратно с одеж­дой, то ее уже не бы­ло. Ста­ли они спо­рить меж­ду со­бой, а по­том пом­ча­лись за ней.

А ца­рев­на тем вре­менем приш­ла в один го­род, та­кой же боль­шой, как Тби­лиси, и ос­та­лась там жить. Пе­ре­оде­лась маль­чи­ком, тре­бухой пок­ры­ла го­лову и ста­ла по­хожа на бед­ня­ка.

А в том го­роде умер царь, и на­до бы­ло но­вого выб­рать. Соб­рался на пло­щади на­род, вы­пус­ти­ли пти­цу: на чью го­лову ся­дет, тот и бу­дет ца­рем. Пти­ца три ра­за са­дилась ца­рев­не на го­лову. Лю­ди рас­серди­лись: «Да как бу­дет царс­тво­вать этот пле­шивый маль­чик!» Но все же сде­лали ее ца­рем, по­вели в ба­ню, на­дели хо­рошую одеж­ду.

Со­рок лет она царс­тво­вала. Ею все бы­ли до­воль­ны. «Ес­ли бы на де­сять лет рань­ше тот маль­чик сел на прес­тол», – го­ворил на­род.

У до­роги при­каза­ла она вы­рыть род­ник. За­каза­ла она свой пор­трет у ху­дож­ни­ка и, ког­да пор­трет был го­тов, при­каза­ла при­бить его у род­ни­ка. Прис­та­вила сто­рожа и ска­зала: «Каж­до­го, кто, пос­мотрев на пор­трет, вздох­нет, при­веди ко мне». Пер­вым при­шел и вздох­нул, гля­дя на пор­трет, тот, кто уда­рил ее кин­жа­лом, по­том при­шел ку­пец, за­тем – пер­вый пас­тух, по­том – вто­рой, пос­ледни­ми – со­рок раз­бой­ни­ков. Всех по­сади­ли в тюрь­му. По­том ус­тро­или суд. Спер­ва она спро­сила то­го, ко­торый ее кин­жа­лом уда­рил: «За­чем ты при­шел в этот го­род?» Куп­ца спро­сила: «Че­го ты хо­чешь в этом го­роде?» И так всем доп­рос учи­нила, а по­том всех от­пусти­ла. Толь­ко юно­шу, ко­торый прис­лал ее в ящи­ке, за­дер­жа­ла и спро­сила его: «Ес­ли ты уви­дишь ту ца­рев­ну, то уз­на­ешь ее?». «Ко­неч­но, уз­наю», – от­ве­тил он. Она отош­ла в сто­рону, пе­ре­оде­лась и по­дош­ла к не­му. Они об­ра­дова­лись друг дру­гу, и мы то­же об­ра­дова­лись друг дру­гу.