Рустан, Караман и Барзога

Жил-был царь. Был он ве­ликим ца­рем. Ник­то не ре­шал­ся во­евать с ним.

Все его под­данные пла­тили ему на­логи. А од­ну он ста­руш­ку об­ло­жил на­логом в од­но яй­цо. Пош­ла та ста­руш­ка к ца­рю и го­ворит: «Царь, да бу­дешь ты здо­ров. Ты об­ло­жил ме­ня на­логом в од­но яй­цо. Как я мо­гу вып­ла­тить та­кой на­лог – ведь у ме­ня нет кур, у ме­ня толь­ко один ви­ног­радник. Да и ту­да по­вадил­ся вор». Выс­лу­шал ее царь и при­казал сол­да­там ид­ти ох­ра­нять ви­ног­радник ста­рухи. Пош­ли сто сол­дат на ви­ног­радник ста­рухи.

Нас­ту­пила пол­ночь. Уви­дели сол­да­ты прип­лы­ло чер­ное об­ла­ко, вош­ло в ви­ног­радник и дош­ло до се­реди­ны ви­ног­радни­ка. Пос­мотре­ли сол­да­ты на об­ла­ко вни­матель­но, а об­ла­ко вов­се не об­ла­ко, а лев. Лев ог­ля­дел­ся и ви­дит: сто сол­дат ох­ра­ня­ют ви­ног­радник. Схва­тил лев од­но­го за го­лову, дру­гому сло­мал но­гу, треть­ему вы­колол гла­за. Лев ска­зал: «Это – зав­трак, ска­жите ва­шему ца­рю, со­баке, что зав­трак он прис­лал, те­перь пусть ско­рее при­сыла­ет обед».

Царь нак­ри­чал на сол­дат и ска­зал: «Я – царь, ко­торо­го ник­то не смог по­бедить. Пусть те­перь из се­ми во­рот вый­дет вой­ско про­тив это­го во­ра».

Уви­дела ста­руха, что столь­ко сол­дат соб­ра­лось у нее в са­ду, и го­ворит: «Ес­ли вор один, то вас – сто че­ловек. Вы весь мой сад вы­топ­че­те».

Ког­да нас­ту­пила пол­ночь, ста­руха уви­дела, как по­яви­лось чер­ное об­ла­ко. Сол­да­ты спро­сили: «По­чему так ста­ло тем­но?»

Лев спус­тился и, ког­да уви­дел в са­ду столь­ко сол­дат, стал ры­чать на них. А сол­да­ты ста­ли бро­сать в гла­за ль­ву зем­лей. Тог­да лев рас­сви­репел и наб­ро­сил­ся на них. Те, кто ус­пел убе­жать, спас­лись от лап ль­ва. Все сол­да­ты раз­бе­жались. Ос­та­лись толь­ко двое. Пош­ли они и со­об­щи­ли ца­рю, что вой­ско, ко­торое он пос­лал к ста­рухе ох­ра­нять ее сад, раз­бе­жалось и толь­ко они ос­та­лись. А лев при­казал ца­рю, что­бы тот ско­рее при­сылал ему ужин.

Царь ска­зал: «Я пос­лал сто сол­дат к ста­рухе, что­бы они сто­рожи­ли ее сад. Из них ос­та­лись толь­ко два че­лове­ка» – и до­бавил: «Пусть все сол­да­ты, что у ме­ня есть, пой­дут во­евать с тем во­ром».

Тог­да пош­ли к ста­рухе в сад все сол­да­ты, и хро­мой и сле­пой – все пош­ли на вой­ну. Но лев рас­пра­вил­ся со всем вой­ском ца­ря. Ос­та­лись в го­роде од­ни ста­рики.

Пош­ла ста­руш­ка к ца­рю и ска­зала: «Царь, да бу­дешь ты здо­ров. Я при­нес­ла те­бе свой долг – од­но яй­цо». На что царь от­ве­тил: «Ста­руха, со­бачья дочь, я те­бя об­ло­жил на­логом в од­но яй­цо. За­чем мне нуж­но это яй­цо, ес­ли все мои сол­да­ты по­гиб­ли из-за те­бя. Что мне те­перь де­лать с то­бой?» Ста­руш­ка ис­пу­галась и рас­пла­калась: «Царь, да бу­дешь ты здо­ров, как же мне те­перь быть?»

Ве­зир по­сове­товал ца­рю: «Не­дале­ко от на­шего го­рода есть ма­лень­кий го­родок. Там жи­вут од­ни ис­по­лины. Их пред­во­дите­ля зо­вут За­ал. На­пиши пись­мо За­алу и пе­редай ста­рухе, пусть она от­не­сет его За­алу и ска­жет, что­бы За­ал по­мог ей рас­пра­вить­ся с этим во­ром».

Ста­руш­ка взя­ла пись­мо и по­нес­ла его За­алу.

За­ал про­читал пись­мо ца­ря, ух­мыль­нул­ся и ска­зал ста­руш­ке, что­бы она при­нес­ла для всей ком­па­нии ви­на, мя­са и хле­ба, а сам соб­рал ис­по­линов на пир.

Пош­ла ста­руш­ка к ца­рю и поп­ро­сила для это­го пи­ра пять­сот кув­ши­нов ви­на, пять­сот го­лов ско­та, да что­бы они бы­ли жир­ны­ми, и ты­сячу пу­дов хле­ба.

«Ста­руха, сколь­ко убыт­ка при­нес­ла ты мне!» – рас­сердил­ся царь.

Но ве­зир по­сове­товал ца­рю дать все, что про­сят ис­по­лины, пусть толь­ко убь­ют во­ра в ви­ног­радни­ке. Тог­да царь ска­зал сво­им слу­гам: «Иди­те и зап­ря­гите ты­сячу арб и от­ве­зите хле­ба, ви­на и мя­са За­алу».

От­несли пи­щу За­алу. За­ал сва­рил мя­со и ве­чером ис­по­лины ста­ли пи­ровать. За­ал ска­зал: «Пер­вый тост я выпью за здо­ровье юно­ши, ко­торый за­кон­но ро­дил­ся от сво­их от­ца и ма­тери. Сей­час он пой­дет вмес­те со ста­рухой и убь­ет во­ра. Я пью за сво­его сы­на».

Ис­пу­гались ис­по­лины и пить не ста­ли: «Ты с ума со­шел! Вор ведь пе­ребил всех сол­дат та­кого ве­лико­го ца­ря, а ты по­сыла­ешь ту­да сво­его сы­на», – ска­зали они.

Рус­тан, сын За­ала, иг­рал в это вре­мя в кос­ти с ма­лень­ки­ми деть­ми. Ста­руш­ка пош­ла за ним и при­вела к от­цу. Ког­да Рус­тан при­шел, то уви­дел, что его отец пь­ет. Он то­же поп­ро­сил ви­на. «Ты еще ма­лень­кий, сын мой», – ска­зал За­ал. Но Рус­тан взял боль­шую ча­шу ви­на и вы­пил, по­том по­шел к ста­руш­ке и спро­сил, где на­ходит­ся ее сад. Ста­руш­ка об­ру­гала Рус­та­на: «Су­мас­шедшее от­родье, лев схва­тит те­бя за но­ги и ра­зобь­ет те­бе го­лову о стен­ку».

Но Рус­тан стал кри­чать на нее, и тог­да ста­руш­ка по­каза­ла ему сад. По­шел Рус­тан в сад, ви­дит, а ви­ног­рад соз­рел. Стал он есть ви­ног­рад.

На­ел­ся Рус­тан ви­ног­ра­да и стал гу­лять по са­ду. До­шел он до се­реди­ны са­да, ви­дит, а пол­ночь уже прош­ла. Рус­та­на ста­ло кло­нить ко сну. Тог­да раз­ре­зал он се­бе па­лец и по­сыпал ра­ну солью, что­бы не зас­нуть.

Под ут­ро спус­ти­лось в сад чер­ное об­ла­ко. Рус­тан не знал, что это об­ла­ко и есть вор, и спро­сил: «О гос­по­ди, что это та­кое?» Тог­да об­ла­ко прев­ра­тилось в ль­ва. «Что сде­лать мне, что­бы ра­зоз­лить ль­ва и сра­зить­ся с ним?» – по­думал Рус­тан и ре­шил взять горсть зем­ли и бро­сить ею в гла­за ль­ву.

Так он и сде­лал. Лев ра­зоз­лился и бро­сил­ся на Рус­та­на. Уда­рил лев Рус­та­на так, что весь мир зад­ро­жал, и вог­нал его на­поло­вину в зем­лю. Рус­тан воз­му­тил­ся и зак­ри­чал: «Что я, сын За­ала Рус­тан, ис­пу­гал­ся ль­ва?» – схва­тил он ль­ва за шею, взва­лил его на пле­чо и от­нес к до­му ста­руш­ки. Ста­руш­ка толь­ко ру­ками всплес­ну­ла: «Да раз­ру­шит гос­подь твой дом. Как ты сов­ла­дал со ль­вом?» Рус­тан ни­чего не ска­зал ей, взял ль­ва за шею и по­нес его к сво­ему от­цу.

Ис­по­лины уви­дели, что Рус­тан по­бедил ль­ва, и ста­ли его поз­драв­лять с по­бедой: «Пусть прос­ла­вит­ся имя Рус­та­на сре­ди всех ис­по­линов», – го­вори­ли они. Но меж­ду со­бой ис­по­лины по­дума­ли, что с ни­ми те­перь счи­тать­ся не бу­дут, и ре­шили по­губить Рус­та­на; ре­шили они его об­ма­нуть и от­вести на чер­ную го­ру. Пош­ли ис­по­лины к Рус­та­ну и ска­зали ему: «Пой­дем Рус­тан на охо­ту».

Взял Рус­тан лук, сел на ко­ня и все тро­нулись в го­ры. «Мы те­бе по­кажем од­но мес­то, но ты про не­го не го­вори от­цу», – ска­зали ис­по­лины Рус­та­ну. Дош­ли они до то­го мес­та, и там им по­палась навс­тре­чу га­зель. Рус­тан ска­зал, что ес­ли га­зель прос­ко­чит у не­го меж­ду ног, то он не за­режет ее. Ок­ру­жили ис­по­лины га­зель, и она ста­ла ме­тать­ся меж­ду ни­ми и ре­шила: «Ес­ли я прос­ко­чу меж­ду ног ко­го-ни­будь из ис­по­линов, то они за­режут ме­ня. Луч­ше, ес­ли я по­пыта­юсь прос­ко­чить меж­ду ног Рус­та­на».

Прос­ко­чила она меж­ду ног Рус­та­на и убе­жала. Рус­тан по­думал: «Вот бы пой­мать ее». Сел он на ко­ня и пом­чался за га­зелью. Зас­ко­чила га­зель в трос­тник, и Рус­тан сра­зу по­терял ее из ви­ду. Слез он с ко­ня и на­чал ис­кать ее, пов­то­ряя: «Ку­да эта нес­час­тная скры­лась?»

До­шел Рус­тан до до­ма, где жил див по име­ни Сак­лав.

В это вре­мя же­на ди­ва уви­дела его из ок­на и спро­сила: «Эй, маль­чик, что ты здесь де­ла­ешь?» Рус­тан от­ве­тил, что он ищет га­зель. Же­на ди­ва ска­зала: «Эй, маль­чик, та га­зель, ко­торую ты ищешь, моя сес­тра. Ес­ли ты го­лоден, возь­ми хле­ба. Ес­ли хо­чешь пить, – по­пей во­ды и ухо­ди от­сю­да, а то при­дет мой муж, див Сак­лав, и прев­ра­тит те­бя в прах зем­ной». Рус­тан ска­зал: «Мо­жет ли сын За­ала ис­пу­гать­ся ди­ва? Я при­шел сю­да, что­бы вы­колоть ему гла­за». Но же­на ди­ва не уни­малась: «Он при­дет, по­чу­ет твой за­пах и съ­ест те­бя».

Рус­тан все же поп­ро­сил спря­тать его за на­рами. Толь­ко Рус­тан спря­тал­ся, как при­шел див Сак­лав и го­ворит же­не: «Я слы­шу че­лове­чес­кий за­пах». А же­на ему от­ве­ча­ет: «Я же – че­ловек». «Твой за­пах осо­бый, – го­ворит Сак­лав. – Здесь кто-то есть». Тог­да же­на ему го­ворит: «Да бу­дет раз­ру­шен твой дом. Ес­ли это мой брат, ты съ­ешь его?» – «Ну что ж, раз это твой брат, пусть вы­ходит, я его не съ­ем, – по­обе­щал див. – А ес­ли он не вый­дет, я его все рав­но най­ду и съ­ем».

Тог­да Рус­тан вы­шел из сво­его убе­жища и го­ворит: «Раз­ве сын За­ала ис­пу­га­ет­ся ди­ва Сак­ла­ва?» Уви­дел див, что это вов­се не брат его же­ны, и го­ворит Рус­та­ну: «Как бу­дем сра­жать­ся?» «Как ты хо­чешь, – от­ве­тил ему юно­ша. – Хо­чешь по­борем­ся, не хо­чешь, – бу­дем сра­жать­ся на саб­лях. Ес­ли нет, – бу­дем драть­ся гюр­за­ми». Сак­лав сог­ла­сил­ся драть­ся гюр­за­ми, но ска­зал при этом: «Я всег­да даю про­тив­ни­ку пра­во на­нес­ти удар пер­вым». Рус­тан от­ве­тил: «В ле­топи­си ска­зано, что­бы мы да­вали вра­гу пра­во всег­да пер­вым на­носить удар гюр­зой».

«Ну, тог­да дер­жись, – зак­ри­чал див, – Я на­ношу по те­бе удар гюр­зой».

В тот же мо­мент див Сак­лав об­ру­шил гюр­зу на го­лову Рус­та­на. «Да­же вшей мо­их и то не убил, – ска­зал Рус­тан. – Ну, а те­перь ты дер­жись. Бью я сво­ей гюр­зой». И уда­рил сво­ей гюр­зой ди­ва Сак­ла­ва и убил его.

Пос­ле это­го Рус­тан ска­зал же­не ди­ва Сак­ла­ва: «Мы с то­бой схо­жи умом. Я дол­жен же­нить­ся на те­бе». Она сог­ла­силась.

Про­жил у нее Рус­тан поч­ти три ме­сяца и она за­бере­мене­ла от не­го. Од­нажды Рус­тан ска­зал сво­ей же­не: «Ког­да у ме­ня ро­дит­ся сын, то ты сде­лай по­мет­ку ему на пра­вой ру­ке. А я ухо­жу. Ме­ня не бу­дет семь лет». По­цело­вал он свою же­ну и ушел к се­бе до­мой.

Ро­дила же­на Рус­та­на сы­на и наз­ва­ла его Ка­раман и сде­лала мет­ку на пра­вой ру­ке, как при­казал Рус­тан. Ког­да он вы­рос и ис­полни­лось ему семь лет, он ска­зал ма­тери: «Прош­ло семь лет, а отец не при­шел. Он за­был нас». Прош­ло сем­надцать лет, а Рус­тан все еще не при­ходил. Ка­раман тем вре­менем стал в свои сем­надцать лет прек­расным юно­шей.

Раз Ка­раман гу­лял по са­ду. Повс­тре­чалась ему ста­руш­ка. За­мети­ла она мет­ку на пра­вой ру­ке Ка­рама­на и го­ворит ему: «Сын мой, пе­рене­си мет­ку с пра­вой ру­ки на ле­вую». Ка­раман так и пос­ту­пил.

В это вре­мя по са­ду про­ходил Рус­тан. Уви­дел он Ка­рама­на, ко­торый си­дел у род­ни­ка, по­дошел к не­му и уви­дел, что у юно­ши нет мет­ки на пра­вой ру­ке. «Это, на­вер­но, лю­бов­ник мо­ей же­ны», – по­думал Рус­тан. По­дошел он к Ка­рама­ну и ска­зал, что­бы тот уби­рал­ся от­сю­да. Тог­да Ка­раман схва­тил­ся с ним и бро­сил Рус­та­на на зем­лю. Рус­тан же вы­тащил нож и уда­рил им в жи­вот Ка­рама­на и убил его. Же­на Рус­та­на ви­дела все это из ок­на и зак­ри­чала: «Да бу­дет твой дом раз­ру­шен, это же был твой сын. За­чем ты убил его?» Рус­тан от­ве­тил: «У не­го не бы­ло мет­ки на пра­вой ру­ке». «А где же она бы­ла?» – уди­вилась же­на. «Мет­ка у не­го бы­ла на ле­вой ру­ке, – ска­зал Рус­тан. – Это слу­чилось по во­ле божь­ей».

Семь дней и но­чей оп­ла­кива­ли они Ка­рама­на, ни с кем не раз­го­вари­вали и ни­чего не ели. Че­рез семь дней от­несли они Ка­рама­на к род­ни­ку и там по­хоро­нили. В это вре­мя приш­ла ту­да ста­руш­ка, при­нес­ла шерсть и ста­ла сти­рать в род­ни­ке, при­гова­ривая: «По­чему ты не бе­ле­ешь?» Ви­дит Рус­тан, что здесь что-то не так, и го­ворит: «Со­бака, дочь со­баки, раз­ве чер­ная шерсть ста­нет бе­лой?»

По­нял тог­да Рус­тан, что ста­руха ви­нов­на в смер­ти его сы­на. Схва­тил он ее и раз­ру­бил, а сам опять ушел.

У Ка­рама­на был ма­лень­кий сын и зва­ли его Бар­зо­га. Ос­та­лись же­на Рус­та­на, ее не­вес­тка и ма­лень­кий Бар­зо­га од­ни.

Как-то раз го­ворит же­на Рус­та­на сво­ей не­вес­тке: «Дочь моя, ес­ли хо­чешь, ос­та­вай­ся с на­ми, а не хо­чешь, мо­жешь ухо­дить».

А же­на Ка­рама­на бы­ла до­черью ца­ря. Са­ма она не пош­ла к сво­ему от­цу, а ре­шила ид­ти в слу­жан­ки к его ве­зиру. Ста­ла она жить у ве­зира и вы­рас­ти­ла сво­его сы­на. Ис­полни­лось ему двад­цать лет.

Как-то раз Бар­зо­га го­ворит ве­зиру: «Пой­ду я на го­ру и раз­ве­ду ого­род. Бу­ду са­жать огур­цы, ды­ни, ар­бу­зы». Ве­зир спро­сил: «Как ты бу­дешь тас­кать во­ду на та­кую го­ру?» Бар­зо­га от­ве­тил: «Ты при­кажи сде­лать мне ло­пату, что­бы я смог ко­пать и во­ду под­ни­мать на го­ру и по­ливать ого­род».

Дал Бар­зо­ге од­ну из сво­их ло­пат ве­зир, Бар­зо­га уда­рил но­гой по ло­пате, и она сло­малась. «За­кажи для ме­ня ло­пату ве­сом око­ло пя­ти ты­сяч пу­дов», – поп­ро­сил Бар­зо­га.

Ве­зир за­казал та­кую ло­пату. При­казал при­ковать к этой ло­пате все плу­ги, ка­кие у не­го бы­ли.

Куз­нец стал де­лать ло­пату, не мог пе­ревер­нуть ее и поп­ро­сил при­вес­ти Бар­зо­гу на по­мощь. Ког­да ло­пату сде­лали, по­тащил Бар­зо­га ее по ули­це, раз­ру­шая все. Лю­ди со­об­щи­ли ве­зиру: «Ло­пата Бар­зо­ги раз­ру­шила все на­ши до­ма». А ве­зир толь­ко ру­ками раз­вел: «Что же сде­лать? Ло­пата боль­шая!» По­шел за­тем Бар­зо­га на го­ру, раз­ру­шил кре­пость, а кам­ни бро­сил в Ку­ру и зап­ру­дил ее. Под­ня­лась во­да до са­мого ого­рода, и Бар­зо­га стал по­ливать этой во­дой ар­бу­зы, ды­ни и огур­цы.

За­метил как-то раз Бар­зо­га, что сол­да­ты ца­ря ста­ли хо­дить на по­ля ве­зира и во­ровать. Бар­зо­га под­сте­рег их и, как толь­ко уви­дел, что сол­да­ты приш­ли, как зак­ри­чит: «Эй вы, за­чем приш­ли?»

«Мы приш­ли вы­колоть гла­за ве­зиру», – от­ве­тили сол­да­ты. Рас­сви­репел Бар­зо­га: «Сей­час я возь­му свою ло­пату, и от од­но­го уда­ра от вас ос­та­нет­ся все­го два че­лове­ка». Раз­махнул­ся он ло­патой и уда­рил. Ос­та­лось все­го два сол­да­та: один хро­мой, дру­гой с вы­битым гла­зом. Бар­зо­га по­садил хро­мого на спи­ну кри­вому и ска­зал: «Иди­те и ска­жите ва­шему со­баке-ца­рю, что это был зав­трак. Пусть приш­лет мне обед».

Сол­да­ты уш­ли. Кри­вой шел по пря­мой до­роге, но нат­кнул­ся на кус­ты. Хро­мой сол­дат рас­сердил­ся и уда­рил кри­вого по ли­цу: «Со­бака, со­бачий сын, иди по пря­мой до­роге». Кри­вой то­же ра­зоз­лился и сбро­сил хро­мого на зем­лю. Тог­да хро­мой ска­зал: «Я – хро­мой и смо­гу пол­зком доб­рать­ся до до­му. А ты как пой­дешь? Ты же все вре­мя бу­дешь на­тыкать­ся на что-ни­будь». Тог­да кри­вой ре­шил сно­ва по­садить хро­мого се­бе на спи­ну.

Так они доб­ра­лись до цар­ско­го двор­ца. Ког­да хро­мой ска­зал кри­вому, что они приш­ли ко двор­цу ца­ря, то кри­вой сбро­сил хро­мого на зем­лю с та­кой си­лой, что зем­ля зад­ро­жала.

Царь спро­сил: «Что это там про­ис­хо­дит?» Ве­зир от­ве­тил: «Хро­мой и кри­вой де­рут­ся друг с дру­гом». При­вели их обо­их к ца­рю, и царь спро­сил: «Что вы хо­тите?» Хро­мой от­ве­тил: «Царь, да бу­дешь ты в здра­вии! Тот че­ловек, про­тив ко­торо­го ты нас пос­лал, про­сил пе­редать те­бе: «Это – зав­трак, быс­тро при­сылай обед». Тог­да царь при­казал: «Вы­ходи­те все вой­ска из се­ми во­рот. Вы­ходи­те с ба­раба­нами, тру­бами пе­ред вой­ском и иди­те про­тив не­го, унич­тожь­те его ого­род». Так и сде­лали.

Ког­да вой­ско по­дош­ло к мос­ту, Бар­зо­га ска­зал: «Как мно­го при­лете­ло во­робь­ев». А сол­да­там крик­нул, что­бы они и ша­гу не сде­лали че­рез мост. Взял он ло­пату, по­шел и сел пе­ред мос­том, что­бы ни один сол­дат не пе­решел че­рез мост. Ре­шили тог­да сол­да­ты сра­жать­ся с Бар­зо­гой.

А Бар­зо­га уда­рил ло­патой во­семь раз по вой­ску. Кто ус­пел убе­жать от не­го, тот спас­ся. Пош­ли они к ца­рю и со­об­щи­ли: «Царь, да бу­дешь ты здо­ров! Бар­зо­га ло­патой все вой­ско раз­гро­мил». «Сколь­ко есть еще сол­дат в го­роде, все дол­жны ид­ти во­евать, да­же ста­рики», – от­дал царь при­каз.

Те, кто уже по­бывал на том ого­роде, бо­ялись ид­ти сно­ва. Они го­вори­ли: «Мы впе­ред не пой­дем». Но при­каз есть при­каз, и все от­пра­вились на вой­ну.

Пос­мотрел Бар­зо­га и ви­дит, что идут сол­да­ты, как стаи птиц. Взял он свою ло­пату и ска­зал: «Пой­ду и ста­ну на мос­ту и там встре­чу цар­ское вой­ско».

В это вре­мя вой­ско по­дош­ло к мос­ту. «Ну, дер­жи­тесь, – крик­нул им Бар­зо­га. – На­чалась вой­на». Уда­рил он по вой­ску во­семь раз. Те, кто убе­жал от не­го и спас­ся, пош­ли к ца­рю и до­ложи­ли: «Бар­зо­га ска­зал, что обед прис­лал царь, быс­тро при­сылай ужин». Тог­да ве­зир ска­зал ца­рю: «Царь, да бу­дешь ты в здра­вии. Сколь­ко бы­ло у нас вой­ска, пос­лал я на вой­ну. Те­перь у нас нет боль­ше вой­ск». «Ве­зир, да бу­дешь ты в здра­вии. Что же нам те­перь де­лать?» – спро­сил царь, но тот­час же сам при­нял ре­шение и при­казал: «Вста­вай­те и вой­дем». И пош­ли ве­зир, ва­киль и царь. Дош­ли они до мос­та и ви­дят, все вой­ско по­гиб­ло. Ов­ра­ги и ре­ки пол­ны уби­тыми. Они крик­ну­ли: «Эй, маль­чик, мож­но по­дой­ти к те­бе?» Бар­зо­га по­думал: «На­вер­но, это хо­рошие лю­ди, раз спра­шива­ют раз­ре­шения вой­ти в мой ого­род».

Вот­кнул Бар­зо­га ло­пату пос­ре­ди ого­рода и по­шел к ним навс­тре­чу, приг­ла­шая: «Про­ходи­те, по­жалуй­ста». Царь, ве­зир и Бар­зо­га ста­ли раз­го­вари­вать. Мать Бар­зо­ги при­нес­ла обед, на­лила ви­на и поз­ва­ла сы­на обе­дать. Она еще не зна­ла, что приш­ли ее отец-царь, ве­зир и ва­киль.

Царь не уз­нал свою дочь, но ве­зир ска­зал ему, что это его дочь, по­доз­вал ее и ска­зал: «Ца­рев­на, твой отец здесь. Пос­мотри вок­руг. Твой сын унич­то­жил все вой­ско тво­его от­ца. Нель­зя прой­ти из-за тру­пов». Дочь ца­ря от­ве­тила: «Кля­нусь силь­ны­ми клят­ва­ми, что мой сын Бар­зо­га та­ких дел не де­лал».

Но ве­зир поз­вал ца­рев­ну пос­мотреть, как Бар­зо­га унич­то­жил все вой­ско ца­ря. Пош­ла ца­рев­на и уви­дела, что в са­мом де­ле Бар­зо­га унич­то­жил вой­ско ее от­ца.

«Бар­зо­га, за­чем ты это сде­лал?» – спро­сила она Бар­зо­гу. Сын ей от­ве­тил: «Мать моя, я по­ливал ого­род и уви­дел, что приш­ли сол­да­ты и вош­ли в ого­род. «Эй, – ска­зал я, – за­чем вы топ­че­те мой ого­род?» И тог­да я уда­рил ло­патой во­семь раз и всех их унич­то­жил».

Мать очень рас­серди­лась на не­го за то, что он унич­то­жил столь­ко сол­дат.

Бар­зо­га воз­му­тил­ся: «Пусть не вхо­дят в ого­род». Тог­да ве­зир ус­по­ко­ил ца­рев­ну: «Ни­чего, возь­ми сво­его сы­на и пой­дем к тво­ему от­цу».

Пош­ла она к ве­зиру, у ко­торо­го жи­ла, и тот ска­зал: «Дочь ца­ря, я от те­бя не хо­чу ни­чего, ты толь­ко ска­жи от­цу, пусть он не при­чиня­ет мне вре­да».

«Не бой­тесь, я бу­ду там», – по­обе­щала ца­рев­на. Взя­ла она Бар­зо­гу с со­бой и ска­зала ему: «Сын мой, Бар­зо­га, пой­дем к мо­ему от­цу». «Кто твой отец?» – стал спра­шивать Бар­зо­га. Она от­ве­тила: «Тот, чье вой­ско ты унич­то­жил». Тог­да Бар­зо­га ска­зал: «Я не пой­ду». Мать спро­сила: «Как не пой­дешь?» «Мне стыд­но», – от­ве­тил он.

Ве­зир мах­нул ру­кой и ска­зал ему: «Черт с ним, с этим вой­ском. Пой­дем к тво­ему де­ду». Они пош­ли к ца­рю.

Бар­зо­га пок­ло­нил­ся ца­рю и ска­зал ему: «Де­душ­ка, со­зови все вой­ско, пос­мотри, сколь­ко не хва­та­ет». Тог­да царь при­казал, сколь­ко есть сол­дат в го­роде, соб­рать и поз­вать на пир.

Приш­ли все сол­да­ты, сколь­ко бы­ло, и спро­сили: «Царь, да бу­дешь ты в здра­вии, что те­бе на­доб­но?» «Я спра­шиваю, сколь­ко вас ос­та­лось и сколь­ко по­гиб­ло?» – ска­зал царь. И ког­да Бар­зо­га. уз­нал, что мно­го сол­дат по­гиб­ло, то он ска­зал: «Пусть у ме­ня ру­ки сло­ма­ют­ся за то, что я ва­ших то­вари­щей убил».

В это вре­мя при­ехал Рус­тан. Он пот­ре­бовал у ца­ря воз­местить ему рас­хо­ды за семь лет. Царь опе­чалил­ся. Бар­зо­га спро­сил: «От­ку­да дать? Мне са­мому не хва­та­ет то­го, что есть у ца­ря». И тог­да ре­шили они, что ут­ром бу­дут драть­ся.

В наз­на­чен­ное вре­мя Рус­тан при­ехал на ко­не и крик­нул: «Вы­ходи, бу­дем сра­жать­ся». Взял Бар­зо­га ло­пату и вон­зил ее в зем­лю пос­ре­ди ого­рода. А Рус­тан ему уже кри­чит: «Эй, дер­жись, бью гюр­зой». Бар­зо­га вы­тащил ло­пату, уда­рил ею по спи­не Рус­та­на и пе­рело­мал ему кос­ти. «От­ло­жим борь­бу до зав­тра», – взмо­лил­ся Рус­тан, а сам со сто­нами доб­рался до сво­его от­ца За­ала и ска­зал ему: «Ско­рее по­моги. Бар­зо­га пе­рело­мал мне все реб­ра».

На дру­гой день Рус­тан соб­рал всех ис­по­линов и ска­зал им: «Одень­те мою одеж­ду, возь­ми­те мою ло­шадь и ар­кан и сту­пай­те драть­ся с Бар­зо­гой,

Но ес­ли вы чес­тно бу­дете драть­ся с ним, то не по­беди­те его. Ска­жите ему, что­бы он ог­ля­нул­ся на пти­цу. И ког­да он ог­ля­нет­ся, схва­тите его».

Се­ли ис­по­лины на ко­ней и пос­ка­кали к Бар­зо­ге. Бар­зо­га уви­дел их и ска­зал: «Одеж­да – вче­раш­няя, конь – вче­раш­ний, а че­ловек – не вче­раш­ний».

По­доз­вал он од­но­го из ис­по­линов. А тот ему го­ворит: «Я – Мир­за-Ма­мед, дер­жись. По­дой­ду и уда­рю те­бя гюр­зой». «Дер­жись, я те­бя ло­патой ог­рею», – приг­ро­зил Бар­зо­га. Тог­да Мир­за-Ма­мед ска­зал: «Эй, маль­чик, ог­ля­нись, пос­мотри, сколь­ко птиц». И, ког­да Бар­зо­га ог­ля­нул­ся, ис­по­лины тот­час же наб­ро­сили ему на шею ар­кан и по­вели к Рус­та­ну.

Рус­тан при­казал бро­сить Бар­зо­гу в ко­лодец и зак­рыть от­вер­стие кам­нем. Мир­за-Ма­мед так и сде­лал.

А ца­рев­на тем вре­менем как су­мас­шедшая ис­ка­ла Бар­зо­гу, но не мог­ла ниг­де най­ти.

Пош­ла она по его сле­дам и дош­ла до ко­лод­ца и уви­дела Пан­ха­са, ко­торый си­дел на кам­не. «Эй, Пан­хас, что ты здесь си­дишь?» – спро­сила она его. Пан­хас зас­ме­ял­ся и ска­зал: «Кля­нусь бо­гом, я ка­ра­улю сы­на тво­его Бар­зо­гу, ко­торо­го бро­сили в ко­лодец».

Бар­зо­га ус­лы­шал раз­го­вор на­вер­ху и спра­шива­ет: «Пан­хас, с кем ты раз­го­вари­ва­ешь?» Пан­хас ска­зал, что приш­ла его мать. Схва­тила мать Бар­зо­ги Пан­ха­са и ста­ла его умо­лять: «Про­шу те­бя, Пан­хас, вы­тащи мо­его сы­на». А Бар­зо­га сни­зу: «Вый­ти бы мне толь­ко от­сю­да, я зас­та­вил бы его мать поп­ла­кать». На­конец с по­мощью ма­тери Бар­зо­га выб­рался из ко­лод­ца и пош­ли они до­мой. Бар­зо­га при­вел к се­бе дочь ве­зира и же­нил­ся на ней.

Он от­праздно­вал свадь­бу. Дли­лась она семь дней и семь но­чей. Упа­ли три яб­ло­ка: од­но мне, од­но те­бе, од­но тво­ему то­вари­щу.