Король Оттер и Рупрехтова Дыра на горе Оттерберг

В Зем­ме­ринг­ской об­ласти на вы­сокой го­ре От­терберг сто­ял в глу­бокой древ­ности ог­ромный рос­кошный за­мок, в ко­тором жил со сво­им дво­ром мо­гущес­твен­ный ко­роль От­тер. Все зем­ли в этих кра­ях при­над­ле­жали ему, а еще имел он силь­ное вой­ско, сос­то­яв­шее из ры­царей и кон­ных кнех­тов. Ког­да по­седе­ли его во­лосы и приб­ли­жа­юща­яся ста­рость ос­ла­била его си­лы, зем­ное вла­дычес­тво нас­ку­чило ему. Он раз­ру­шил свой за­мок на От­те­ре и спус­тился со всей сво­ею сви­тою в нед­ра го­ры, где ве­лел выс­тро­ить се­бе ве­лико­леп­ный дво­рец, и жи­вет там се­бе с тех са­мых пор в ми­ре и спо­кой­ствии. Си­дит он в сво­их си­яющих чер­то­гах на зо­лотом тро­не и вку­ша­ет мир­ный сон. На го­лове у не­го зо­лотая ко­рона, а пе­ред ним на мра­мор­ном сто­ле ле­жит усы­пан­ный дра­гоцен­ны­ми ка­мень­ями ски­петр. Вок­руг зас­ты­ли вель­мо­жи и слу­ги, так же, как и ко­роль, пог­ру­жен­ные в глу­бокий вол­шебный сон.

Вход в под­земный дво­рец сте­регут гно­мы, ко­торые слу­жат ко­ролю в те ред­кие ча­сы, ког­да он про­буж­да­ет­ся от дол­го­го сна вмес­те со все­ми ца­ред­ворца­ми. Тог­да ве­лит ко­роль ус­тра­ивать буй­ные пир­шес­тва, и в ти­хие но­чи мож­но слы­шать до­нося­щий­ся из го­ры шум мно­жес­тва ве­селых го­лосов и за­дор­ную му­зыку. По­рою же слы­шат­ся от­ту­да как бы рас­ка­ты да­леко­го гро­ма. Это гре­мят кег­ли, ко­торы­ми так лю­бят за­бав­лять­ся гно­мы. Но иног­да ко­роль вдруг изъ­яв­ля­ет же­лание по­кинуть под­земный дво­рец и вый­ти со сви­тою на во­лю. Слов­но ура­ган, ле­тит ка­валь­ка­да по ле­сам, пок­ры­ва­ющим От­терберг, за­тем по­вора­чива­ет у Зон­нвенд­штай­на об­ратно и воз­вра­ща­ет­ся че­рез Руп­рехто­ву Ды­ру в за­мок.

Ре­шил как-то раз один бед­ный кресть­ян­ский па­рень пос­мотреть, что де­ла­ет­ся в Руп­рехто­вой Ды­ре, прав­ду ли го­ворят, буд­то с по­тол­ка и со стен пе­щеры сви­са­ют со­суль­ки. Он поп­ро­сил двух при­яте­лей спус­тить его на ве­рев­ке вглубь пе­щеры, и ког­да его объ­яла ть­ма, ста­ло ему вдруг не по се­бе, и он крик­нул то­вари­щам, что­бы они пос­ко­рее вы­тащи­ли его на­верх. Звук его го­лоса, мно­гок­ратно пре­ломив­шись о выс­ту­пы ска­лис­тых сво­дов и уси­лив­шись эхом, по­казал­ся им так стра­шен, что они вы­пус­ти­ли из рук ве­рев­ку и убе­жали прочь. Кресть­янин сор­вался вниз, на дно пе­щеры, изод­рал в кровь ру­ки, но ос­тался жив. Пре­воз­мо­гая боль в ушиб­ленных чле­нах, под­нялся он на но­ги и при­нял­ся ис­кать вы­ход из мрач­ной пе­щеры. Дол­го блуж­дал он во ть­ме, од­на­ко его ок­ру­жали од­ни лишь от­весные ка­мен­ные сте­ны, и не бы­ло да­же то­нень­ко­го лу­чика све­та, ко­торый ука­зал бы ему путь на сво­боду. Ког­да он уже по­терял пос­леднюю на­деж­ду на спа­сение, то уви­дел вдруг пе­ред со­бою ма­лень­ко­го че­ловеч­ка, ко­торый спро­сил, что он здесь де­ла­ет.

Сер­дце юно­ши бе­шено за­коло­тилось от стра­ха, но он соб­рал все свое му­жес­тво и по­ведал гно­му свою го­рес­тную ис­то­рию.

— Умо­ляю те­бя, по­моги мне выб­рать­ся от­сю­да! — вос­клик­нул он, за­кон­чив рас­сказ.

Гном улыб­нулся и от­ве­чал ему при­вет­ли­во:

— Я по­могу те­бе. Иди за мною след в след, да смот­ри не ос­ту­пись.

Юно­ша пос­лу­шал­ся, и они дол­го шли сквозь го­ру, по­ка не приш­ли к пло­щад­ке, на ко­торой гно­мы иг­ра­ли в кег­ли. Кег­ли все бы­ли из се­реб­ра, а шар — из чис­то­го зо­лота. Гно­мы си­дели ря­дом с пло­щад­кою и пи­ли ви­но из зо­лотых куб­ков.

— Рас­ставь-ка нам кег­ли, — об­ра­тил­ся к юно­ше один из них, — а за это мо­жешь по­том взять од­ну кег­лю се­бе.

Тот сог­ла­сил­ся, и ког­да гно­мы за­кон­чи­ли иг­ру, он взял се­бе од­ну кег­лю. За­тем про­вожа­тый по­вел юно­шу даль­ше, че­рез за­лы и пе­рехо­ды, к во­ротам на вос­точном скло­не го­ры. Здесь юно­ша прос­тился с гно­мом и поб­ла­года­рил его за доб­ро­ту.

— Ес­ли ты и вправ­ду хо­чешь от­бла­года­рить ме­ня, — ска­зал гном, — при­неси мне по­дарок из ва­шего над­земно­го ми­ра.

— А че­го бы те­бе хо­телось? — спро­сил юно­ша.

— Боль­ше все­го люб­лю я ви­ног­рад и изюм, — от­ве­чал гном и, за­метив изум­ле­ние юно­ши, улыб­нулся. — Для нас, гно­мов, это та­кая же ди­кови­на, как для те­бя зо­лото и дра­гоцен­ные кам­ни.

На сле­ду­ющее ут­ро от­пра­вил­ся юно­ша, наб­рав ме­шок ви­ног­ра­да и изю­ма, на От­тер. Ког­да же при­шел он к зна­комым во­ротам в ска­ле, то на­шел их наг­лу­хо за­пер­ты­ми. Пос­то­яв нем­но­го в рас­те­рян­ности и так ни­чего и не дож­давшись, он по­ложил свой по­дарок на ка­мень у во­рот и пус­тился в об­ратный путь.

Меж­ду тем не­бо ом­ра­чилось, под­нялся ту­ман. Хо­тя дож­дя не бы­ло, юно­ше по­каза­лось, буд­то платье его ста­новит­ся все тя­желее и тя­желее, так что ско­ро он уже ед­ва пе­рес­тавлял но­ги под бре­менем это­го пан­ци­ря. До­ма же об­на­ружил он к ве­ликой сво­ей ра­дос­ти, что и кур­тка, и шта­ны, и шля­па сплошь пок­ры­ты ма­лень­ки­ми зо­лоты­ми кап­ля­ми. Вот как щед­ро от­пла­тил гном с го­ры От­терберг за по­дарен­ный ви­ног­рад и изюм бед­но­му кресть­ян­ско­му юно­ше, ко­торый с тех пор ни­ког­да боль­ше не ис­пы­тывал нуж­ды ис­кать зо­лота в Руп­рехто­вой Ды­ре.