Подкидыш из Вильдона

У под­ножья го­ры, на ко­торой сто­ит за­мок Виль­дон, в зе­леных лу­гах бе­рет на­чало ис­точник, проз­ванный в на­роде Ведь­ми­ным ручь­ем. Не­ког­да вся­кая не­жить — ведь­мы, гно­мы, до­мовые — тво­рили здесь свои бес­чинс­тва. Дол­гое вре­мя у ис­точни­ка лю­била си­живать злая кол­дунья с ма­лень­ким тол­стым, мер­зким урод­цем.

Од­нажды яс­ной лун­ной ночью ры­царь фон Виль­дон ехал вер­хом по до­роге из зам­ка. Он так глу­боко за­думал­ся, что да­же не за­мечал, ку­да сту­па­ет конь, — пус­тил его мед­ленной рысью и не смот­рел ни нап­ра­во, ни на­лево. По­тому он и не за­метил бе­зоб­разную жен­щи­ну, си­дев­шую на кор­точках на краю до­роги у Ведь­ми­ного ручья. Ста­руха прис­таль­но смот­ре­ла пус­ты­ми гла­зами в ис­точник, му­тила пал­кой во­ду, об­ры­вала цве­ты и бро­сала их на зем­лю. Ры­царь не­мину­емо сбил бы ее, ес­ли бы из кус­тов не выс­ко­чил ма­лень­кий уро­дец и не вце­пил­ся бы в уз­дечку. Конь как вко­пан­ный ос­та­новил­ся пе­ред ста­рухой.

Фон Виль­дон вздрог­нул и ис­пу­ган­но пос­мотрел на нее. Ста­руха под­ня­лась, опер­лась на пал­ку и прих­ра­мывая по­дош­ла к ры­царю.

— Счас­тли­вого пу­ти, гос­по­дин ры­царь, — с ус­мешкой ска­зала она всад­ни­ку, — пом­ни обо мне, ког­да уви­дишь сво­его ре­бен­ка, и впредь будь вни­матель­ней в пу­ти!

Ста­руха гад­ко ус­мехну­лась, уро­дец гром­ко зас­ме­ял­ся, и они ис­чезли. У ры­царя мо­роз под­рал по ко­же, и он приш­по­рил ко­ня.

Но вско­ре он за­был о зло­вещей встре­че, ведь у не­го бы­ло так ра­дос­тно на ду­ше: же­на ро­дила ему не­обык­но­вен­но кра­сиво­го ма­лыша. Ры­царь взял но­ворож­денно­го на ру­ки и был без­мерно счас­тлив — еще ни­ког­да в жиз­ни он не чувс­тво­вал се­бя та­ким счас­тли­вым — как вдруг ус­лы­шал во дво­ре зам­ка прон­зи­тель­ный свист.

Ему по­каза­лось, что он ви­дит, как вни­зу че­рез двор кра­дет­ся бе­зоб­разная жен­щи­на с ручья, но ви­дение быс­тро ис­чезло. Ры­царю слиш­ком хо­телось убе­дить се­бя, что он ошиб­ся, — он стал лас­кать ма­лыша и вско­ре все за­был. Че­рез нес­коль­ко дней ре­бен­ка крес­ти­ли, и был ус­тро­ен боль­шой праз­дник. И сно­ва ры­царю по­чуди­лось, что че­рез зал прош­мыгну­ла ужас­ная ста­руха и ис­чезла в спаль­не же­ны. Он бро­сил­ся вслед за ней, но ниг­де не смог ее най­ти. Ночью ему дол­го не спа­лось, и он бес­по­кой­но во­рочал­ся в пос­те­ли. На­конец око­ло по­луно­чи гла­за его сом­кну­лись. Тог­да ведь­мин маль­чиш­ка влез в ок­но, сел ему на грудь, вце­пил­ся в гор­ло и стал ду­шить. Ры­царь прос­нулся, с; тру­дом пе­ревел ды­хание и по­думал, что ви­дел страш­ный сон. Он вы­ругал­ся, сам не зная по­чему, но спать уже не мог, встал и пос­пе­шил в спаль­ню же­ны. По­дой­дя к кро­вати, он с ужа­сом уви­дел, что его пре­лес­тный, бе­локу­рый ма­лыш ис­чез. Вмес­то не­го ря­дом с же­ной спал кре­пень­кий ры­жий ре­бенок.

Ры­царь слиш­ком хо­рошо пом­нил уг­ро­зу ста­рой ведь­мы с ручья и знал, что под­ме­на ре­бен­ка — это де­ло ее рук. Он при­шел в бе­шенс­тво и не­мину­емо выб­ро­сил бы при­емы­ша в ок­но, ес­ли бы не его доб­ро­сер­дечная же­на. Ей бы­ло жал­ко чу­жого ре­бен­ка. Она хоть и горь­ко оп­ла­кива­ла сво­его ис­чезнув­ше­го ма­лыша, вос­пи­тыва­ла и ле­ле­яла чу­жого маль­чи­ка, как собс­твен­но­го сы­на.

Вско­ре эту уди­витель­ную и пе­чаль­ную ис­то­рию уже рас­ска­зыва­ли по всей стра­не. Пов­сю­ду ис­ка­ли сы­на вла­дель­ца зам­ка. Ору­женос­цы и слу­ги по при­казу хо­зя­ина ис­ко­леси­ли стра­ну вдоль и по­перек. Но про­пав­ший ре­бенок ис­чез бес­след­но, и пос­ланные гон­цы вер­ну­лись к сво­ему гос­по­дину ни с чем.

Од­на­ко ры­царь не мог сми­рить­ся с тем, что ею пре­лес­тный ма­лень­кий сын про­пал нав­сегда. И хо­тя все слу­ги и ору­женос­цы уве­ряли, что они обыс­ка­ли все за­ко­ул­ки, он сам соб­рался в до­рогу и без ус­та­ли ез­дил по всей стра­не в по­ис­ках маль­чи­ка.

Од­нажды, поч­ти по­теряв на­деж­ду, фон Виль­дон вы­нуж­ден был ис­кать кров и за­щиту от не­пого­ды в за­коп­ченной хи­жине уголь­щи­ка в даль­нем глу­хом ле­су. Же­на уголь­щи­ка выш­ла ему навс­тре­чу и при­вет­ли­во поз­до­рова­лась. На ру­ках она дер­жа­ла кра­сиво­го, бе­локу­рого маль­чи­ка. У ры­царя ед­ва не ос­та­нови­лось сер­дце. Это был его собс­твен­ный сын! Он сра­зу уз­нал его, по­тому что у ре­бен­ка уголь­щи­ка на ле­вой щеч­ке бы­ло та­кое же ро­димое пят­нышко, как у его сы­на. Он выр­вал ре­бен­ка из рук оше­лом­ленной жен­щи­ны и стал лас­кать и це­ловать его, и пла­кать, и сме­ять­ся од­новре­мен­но. По­том спро­сил у уголь­щи­ков, как ре­бенок по­пал к ним. Жен­щи­на от­ве­тила, что это не ее сы­нок — вид­но Бо­гу бы­ло так угод­но — она лю­бит маль­чи­ка всей ду­шой, как собс­твен­ное ди­тя, но это не ее ре­бенок! Она ро­дила креп­ко­го ры­жего маль­чи­ка, но вско­ре пос­ле рож­де­ния ка­кой-то нез­на­комец под­ме­нил его на это сла­бое, неж­ное соз­данье. Тог­да ры­царь по­ведал ей свою ис­то­рию и ска­зал, что ры­жий ре­бенок уголь­щи­ков цел и нев­ре­дим и на­ходит­ся в зам­ке Виль­дон.

Как толь­ко рас­по­годи­лось, ры­царь вмес­те со сво­им вновь об­ре­тен­ным сы­ном по­кинул хи­жину уголь­щи­ков и пос­пе­шил на­зад в за­мок. Ры­жего маль­чи­ка вер­ну­ли ро­дите­лям, и не­из­вес­тно, где бы­ло боль­ше ра­дос­ти: в хи­жине уголь­щи­ка или в ры­цар­ском зам­ке.

Ког­да сын уголь­щи­ка прев­ра­тил­ся в строй­но­го юно­шу, он пос­ту­пил в ус­лу­жение к мо­лодо­му ры­царю и, бу­дучи са­мым пре­дан­ным ору­женос­цем, соп­ро­вож­дал его во всех пу­тешес­тви­ях и во­ен­ных по­ходах. О ста­рухе с Ведь­ми­ного ручья и ее урод­це с тех пор не бы­ло ни слу­ху ни ду­ху.