Младший брат Абоковых

Дав­ным-дав­но, го­ворят, жи­ли на све­те шесть брать­ев Або­ковых. Пя­теро стар­ших бы­ли сме­лые джи­гиты, а шес­той – смир­ный да ти­хий. Кро­ме сво­их шес­ти сы­новей, вос­пи­тал их отец ещё и при­ёмы­ша – оси­ротев­ше­го сы­на од­но­го кня­зя, бия.

Стар­шие братья сла­вились храб­ростью: они бесс­траш­но сра­жались ср злы­ми эме­гена­ми, ко­торые не да­вали по­коя на­роду той стра­ны: уго­няли скот, по­жира­ли лю­дей и дер­жа­ли всех в пос­то­ян­ном стра­хе. А сме­лые братья вы­ходи­ли про­тив них, от­ни­мали наг­раблен­ное доб­ро и воз­вра­щали лю­дям. Но эме­гены бы­ли силь­ные про­тив­ни­ки. Од­но­го за дру­гим уби­ли они пя­терых брать­ев. Ос­та­лись в жи­вых толь­ко млад­ший брат – скром­ный маль­чик, ко­торо­го по­чему-то счи­тали ду­рач­ком, да при­ёмыш – сын бия.

Ста­рик отец вско­ре умер – не смог пе­режить та­кого го­ря, а сын бия при­вёл в дом же­ну, и воз­не­нави­дела мо­лодая не­вес­тка млад­ше­го сы­на ста­рика лю­той не­навистью.

– Ви­деть его не мо­гу! Де­вай его ку­да хо­чешь,– твер­дит она му­жу с ут­ра до ве­чера.

И вот свя­зали муж с же­ной млад­ше­го и бро­сили в глу­бокую яму, а со­седям ска­зали: про­пал, мол, наш млад­ший. Где ис­кать, не зна­ем. Со­седи лю­били млад­ше­го бра­та за доб­ро­ту и при­вет­ли­вость. Дол­го они ра­зыс­ки­вали его, да так и не смог­ли отыс­кать. Но злой не­вес­тке и это­го бы­ло ма­ло. Ду­мала она, ду­мала и зас­та­вила му­жа тём­ной ночью вы­тащить млад­ше­го из ямы и от­везти в дре­мучий лес. По­садил его сын бия на кля­чу, сам сел на доб­ро­го ска­куна и за­вёз его в та­кой дре­мучий лес, ку­да но­га че­лове­чес­кая не сту­пала.

– По­дож­ди ме­ня здесь, ско­ро я вер­нусь,– ска­зал он ему, а сам уда­рил ко­ня плетью – и был та­ков.

Мно­го ли вре­мени прош­ло, ма­ло ли, ре­шил сын бия съ­ез­дить в лес, пос­мотреть – жив ли ещё млад­ший сын ста­рика или его уже вол­ки съ­ели? Прис­ка­кал в ту са­мую глушь, на то са­мое мес­то, где ос­та­вил млад­ше­го, и что ж ви­дит? Си­дит млад­ший брат на тра­ве жив-здо­ров, ря­дом с ним ле­жит ме­шок – ар­тмак, и кля­ча тут же па­сёт­ся.

Ког­да млад­ший уви­дел при­ёмы­ша, он под­нял ар­тмак и взва­лил его на спи­ну сво­ей ло­шади. По­шат­ну­лась ло­шадь и упа­ла.

– Ви­дишь, брат мой, ка­кого ко­ня ты мне дал. Этой кля­че да­же ар­тмак не под си­лу. Как же ей ме­ня но­сить?

А по­том дос­тал млад­ший из ар­тма­ка бо­гатую одеж­ду, саб­лю и кин­жал, оп­равлен­ный в зо­лото, одел­ся, сна­рядил­ся и прев­ра­тил­ся в слав­но­го джи­гита. Пос­ле это­го вы­нул он из ар­тма­ка ко­локоль­чик, поз­во­нил, и прим­чался к не­му осёд­ланный го­лубой ска­кун не­быва­лой кра­соты.

Сто­ял при­ёмыш, мол­чал от удив­ле­ния, а по­том сов­рал:

– Я за то­бой при­ехал, по­едем до­мой.

– Что ж, са­дись, брат, на сво­его ко­ня, а я на сво­его,– го­ворит млад­ший.– Толь­ко кто из нас впе­реди бу­дет, а кто сза­ди?

– Ез­жай ты пер­вым,– от­ве­тил при­ёмыш.

И тро­нулись они в путь. Ска­кун млад­ше­го мчал­ся слов­но огонь, ло­шадь при­ёмы­ша ед­ва пос­пе­вала за ним.

Так еха­ли они дол­го, и, что ни день, встре­чались им та­буны ко­ней.

– Да­вай, бра­тец, уго­ним этот та­бун! – го­ворил сын бия, как толь­ко ви­дел ка­кой-ли­бо та­бун.

– Нель­зя нам этих ло­шадей тро­гать. Я здесь бы­вал, знаю, чьи они. Уг­нать их – всё рав­но что у сла­бой жен­щи­ны ку­куруз­ную ле­пёш­ку от­нять.

А за­еха­ли они меж­ду тем уже да­леко-да­леко. Встре­тил­ся на­конец брать­ям зе­лёный луг, на ко­тором пас­лись ко­ни кра­соты не­видан­ной.

– Вот этот та­бун – эме­гена, мы мо­жем уг­нать,– ска­зал млад­ший. Вы­тащил он из/Сво­его ар­тма­ка ар­кан и нап­ра­вил­ся к та­буну.

Не ус­пе­ли они подъ­ехать поб­ли­же, как выр­вался из та­буна же­ребец и пос­ка­кал прочь. Од­на­ко джи­гит не зе­вал: мет­нул ар­кан и пой­мал же­реб­ца. Под­вёл его к бра­ту и спра­шива­ет:

– Че­го хо­чешь: та­бун гнать или же­реб­ца вес­ти? ,

– По­веду же­реб­ца,– ска­зал сын бия.

– Ну ве­ди. Да дер­жи креп­ко, не то в бе­ду по­падём. – Бу­ду дер­жать.

От­дал млад­ший свою до­бычу при­ёмы­шу в ру­ки, а сам та­бун пог­нал. Но тот не су­мел удер­жать же­реб­ца – ус­ка­кал он прочь.

– Что ж ты сде­лал? – го­ворит млад­ший.– Те­перь при­летит сю­да на этом же­реб­це эме­ген! Это его та­бун. Ну, де­лать не­чего. Толь­ко не взду­май ок­ликнуть ме­ня по име­ни. Эме­ген не дол­жен знать, что я млад­ший из Або­ковых. А ког­да мы бить­ся нач­нём, ты пой­май же­реб­ца, да смот­ри опять не вы­пус­ти.

– Вал­лах, уж те­перь не вы­пущу! – пок­лялся бий­ский сын. Соб­ра­ли они та­бун, тро­нулись в путь. К ве­черу по­каза­лось вда­ли боль­шое бе­лое об­ла­ко.

– Ог­ля­нись и ска­жи, что ви­дишь? – ве­лел млад­ший бий-ско­му сы­ну.

– Не то об­ла­ко, не то ту­ман к нам приб­ли­жа­ет­ся.

– Не об­ла­ко и не ту­ман. Это пар из ноз­дрей же­реб­ца, ко­торо­го ты упус­тил. Я бу­ду бить­ся с эме­геном, а ты тем вре­менем пой­май же­реб­ца.

Толь­ко ус­пел он так ска­зать, под­ле­тел к ним эме­ген.

– Ка­кой со­бачий сын ос­ме­лил­ся уг­нать мой та­бун? – зак­ри­чал эме­ген.– Бы­вало, это де­лали братья Або­ковы, но мы их всех по­били.

– Кро­ме брать­ев Або­ковых, раз­ве нет лю­дей, мо­гущих сесть на ко­ня? Это я уг­нал твой та­бун,– от­ве­тил млад­ший.

– Бо­роть­ся бу­дем или кам­ни бро­сать? – спро­сил эме­ген.

– Ес­ли на си­лу свою на­де­ешь­ся – бо­роть­ся!

Ста­ли они бо­роть­ся, и млад­ший Або­ков лег­ко сва­лил страш­но­го эме­гена и за­рубил его. А сын бия так ис­пу­гал­ся, что спря­тал­ся за ка­мень и не смог пой­мать же­реб­ца.

– Что же ты, бра­тец, меш­кал?! – ска­зал с до­садой млад­ший.– Те­перь прис­ка­чет на этом же­реб­це вто­рой эме­ген. Ну лад­но! Уж в этот раз, по­ка я бить­ся бу­ду, пой­май же­реб­ца неп­ре­мен­но! Да пом­ни: по име­ни ме­ня не на­зывай.

И толь­ко он это ус­пел вы­мол­вить, как прим­чался на том же­реб­це вто­рой эме­ген, страш­ней и сви­репей преж­не­го. Уви­дел он уби­того эме­гена и за­ревел:

– У, со­бачье пле­мя! Кто ос­ме­лил­ся убить мо­его бра­та и уг­нать наш та­бун? Ког­да-то нам Або­ковы по­коя не да­вали. Так мы их всех до од­но­го по­били.

– Я тво­его бра­та убил! Я ваш та­бун уг­нал! – от­ве­тил млад­ший.

– Бо­роть­ся бу­дем или кам­ни бро­сать? – спро­сил эме­ген.

– Коль на свою си­лу на­де­ешь­ся – бо­роть­ся!

Дол­гой бы­ла схват­ка с эме­геном. Но всё же сва­лил джи­гит его и снес го­лову. А сын бия сов­сем пе­репу­гал­ся и от стра­ха взоб­рался на вы­сокое де­рево и опять не пой­мал же­реб­ца.

– Что ж ты, бра­тец, так оп­ло­шал?! – в сер­дцах ска­зал млад­ший.– Нет мне от те­бя ни­какой по­мощи. От­прав­ляй­ся до­мой, по­ка цел. Да пом­ни: не взду­май ок­ликнуть ме­ня по име­ни! Ведь сей­час прис­ка­четг сю­да тре­тий эме­ген. Кто зна­ет-он по­бедит ме­ня или я его? Ес­ли он верх возь­мёт, те­бе то­же по­щады не бу­дет.

И от­пра­вил­ся сын бия с по­зором прочь.

Но он толь­ко прит­во­рил­ся, что воз­вра­ща­ет­ся до­мой. На­шёл поб­ли­зос­ти пе­щеру, спря­тал­ся и стал ждать, по­ка эме­ген прис­ка­чет. А эме­ген тут как тут. И был это са­мый страш­ный из трёх эме­генов, са­мый сви­репый. Как уви­дел его при­ёмыш, упал на­земь без па­мяти. Од­на­ко оч­нулся вско­ре и стал под­гля­дывать, как млад­ший с эме­геном бь­ет­ся.

Дол­го би­лись они, но всё же уда­лось млад­ше­му схва­тить эме­гена и уда­рить об зем­лю. А сын бия пос­чи­тал, что эме­ген убит, и вы­бежал с кри­ком:

– Эй, млад­ший из Або­ковых, ударь его хо­рошень­ко! Ус­лы­шал эме­ген имя Або­ковых, под­нялся, на­тянул лук, и уда­рила стре­ла пря­мо в млад­ше­го бра­та Но он вых­ва­тил саб­лю и ус­пел все-та­ки снес­ти эме­гену по­ганую го­лову.

– Ну, бра­тец, вот ты и сде­лал то, че­го я так бо­ял­ся,– ска­зал джи­гит со сто­ном.– Триж­ды про­сил я те­бя не на­зывать моё имя. Са­дись те­перь на мо­его ко­ня, от­пусти по­водья и ска­чи. Конь сам дос­та­вит те­бя ку­да на­до. Там, где он ос­та­новит­ся, вый­дут те­бе навс­тре­чу. Не рас­ска­зывай дур­ных вес­тей, ска­жи толь­ко «Млад­ший из Або­ковых за­немог и про­сит вас при­ехать».

Сел при­емыш на го­лубо­го ко­ня, от­пустил по­водья, и пом­чался конь быс­трее вет­ра. Мно­го ли он ехал, ма­ло ли, но прис­ка­кал конь к бо­гатой ка­мен­ной сак­ле, гром­ко зар­жал и стал бить ко­пытом.

Вы­бежа­ла тут на по­рог кра­сави­ца, кра­ше ко­торой ни­ког­да не ви­дел сын бия. Она поп­ро­сила его вой­ти в дом:

– Будь на­шим гос­тем! Ска­жи, в чем нуж­да­ешь­ся? Чем мо­жем те­бе по­мочь?

– Млад­ший из Або­ковых за­немог. Эме­ген прон­зил его грудь стре­лой, и он уже, на­вер­ное, скон­чался.

Ус­лы­шав та­кую весть, вскрик­ну­ла кра­сави­ца и упа­ла за­мер­тво. Тут вы­шел поч­тенный ста­рик с бе­лой бо­родой. Он под­нял кра­сави­цу и унёс в дом, а по­том вер­нулся и сер­ди­то спро­сил:

– Эй, всад­ник, что за весть ты при­нёс в мой дом?

– Млад­ший из Або­ковых ра­нен. Эме­ген прон­зил его стре­лой, и он уже скон­чался, на­вер­ное.

– Глуп же он, ко­ли с то­бой де­ло имел! – про­вор­чал ста­рик. Быс­тро осед­лал он сво­его ко­ня и при­казал:

– По­казы­вай до­рогу!

Как огонь ле­тели их ска­куны. Прим­ча­лись они на мес­то бит­вы, ви­дят – млад­ший из Або­ковых сов­сем уже уми­ра­ет. Спрыг­нул ста­рик на­земь, зу­бами у не­го стре­лу из гру­ди вы­тащил, пе­ревя­зал ра­ну и по­садил на эме­гено­ва ко­ня.

Пог­на­ли они пе­ред со­бой та­бун, вер­ну­лись в дом ста­рика. Млад­ше­го бра­та в пос­тель уло­жили, и ста­рик при­нял­ся ис­кусно вра­чевать его. А сы­на бия как гос­тя при­нима­ли, уго­щали на сла­ву: то ку­шанье, что се­год­ня ел, на­зав­тра уже не по­дава­ли.

Ког­да стал ра­неный поп­равлять­ся, поз­вал ста­рик при­ёмы­ша в ком­на­ту для гос­тей. Там бы­ло мно­го кра­сивых де­вушек. Они приш­ли при­ветс­тво­вать гос­тя.

– Уз­на­ешь сре­ди них ту, что выш­ла те­бе навс­тре­чу? – спро­сил ста­рик.

– Я уз­нал бы её сра­зу, но здесь её нет. Она луч­ше всех этих кра­савиц!

– Вот она! – ска­зал ста­рик.– Она бы­ла прек­расней всех мо­их до­черей, но ты сра­зил её страш­ной вестью. Она за­немог­ла сов­сем и по­теря­ла свою кра­соту. Твой пос­ту­пок не­дос­то­ин муж­чи­ны!

По­том по­вёл его ста­рик в свою кла­довую, от­крыл сун­дук, пол­ный зо­лота, и ве­лел:

– Бе­ри сколь­ко смо­жешь и у­ез­жай!

На­сыпал при­ёмыш зо­лота два пол­ных кар­ма­на, и от­пра­вились они с млад­шим бра­том до­мой. Млад­ший брат на эме­гено-вом ко­не едет, а пе­ред со­бой та­бун го­нит.

По до­роге млад­ший ска­зал при­ёмы­шу:

– Эме­гены, ко­торых я убил, по­губи­ли мо­их стар­ших брать­ев. Все пя­теро по­гиб­ли из-за это­го та­буна.

Как ста­ли к род­но­му а­улу подъ­ез­жать, млад­ший брат слез с эме­гено­ва ко­ня, снял с се­бя бо­гатый на­ряд и ору­жие, на­дел ста­рую, рва­ную чер­кеску и при­нял свой преж­ний вид.

– Ес­ли кто спро­сит обо мне, смот­ри не бол­тай, что я приг­нал та­бун и убил эме­генов,– на­казал он при­ёмы­шу.

Доб­ра­лись они на­конец до сво­его а­ула.

– Сын бия на­шёл млад­ше­го бра­та и приг­нал та­бун ко­ней! – ра­дова­лись лю­ди.

Но ког­да на­чали со­седи у при­ёмы­ша до­пыты­вать­ся, как ему та­кая уда­ча вы­пала, он не удер­жался:

– Этот та­бун приг­нал он, млад­ший брат.

Как уви­дела при­ёмы­шева же­на млад­ше­го жи­вым, нев­ре­димым, опять ре­шила из­вести его.

Соб­ра­лись тем вре­менем ста­рей­ши­ны а­ула, приш­ли к млад­ше­му из Або­ковых. При­ветс­тво­вали его как рав­но­го.

– Что ж ты,– го­ворят,– сы­нок, нес­мышлё­нышем при­киды­вал­ся, нас, греш­ных, об­ма­нывал?

– Поч­тенные друзья мо­его от­ца! Всем вам ве­домо, что стар­шие мои братья бы­ли сме­лые джи­гиты, бо­гаты­ри. Пя­терых уби­ли эме­гены. Один я ос­тался жив – был в ту по­ру ре­бён­ком. Ес­ли б эме­гены прос­лы­шали, что уце­лел один из Або­ковых, они бы и ме­ня по­губи­ли. Я при­кинул­ся ду­рач­ком, нес­мышлё­нышем, чтоб не мог­ли лю­ди ска­зать: «Жив ещё один из ро­да бо­гаты­рей Або­ковых!»

Пох­ва­лили ста­рики юно­шу за его смет­ли­вость.

– А те­перь,– про­дол­жал он,– рас­су­дите нас, друзья мо­его от­ца. Не знаю, ка­кое зло при­чинил я на­шей не­вес­тке, но зас­та­вила она сво­его му­жа от­везти ме­ня в дре­мучий лес и бро­сить на съ­еде­ние вол­кам. Дом, скот, зем­ля – всё, что есть у нас, по пра­ву моё. Нуж­ды не зна­ют в на­шем до­ме. По­чему же она для ме­ня крош­ку лиш­нюю жа­лела? Ска­жи при всех, что я те­бе пло­хого сде­лал? – об­ра­тил­ся млад­ший брат к же­не при­ёмы­ша.

Мол­ча сто­яла жен­щи­на. Не­чего бы­ло ей ска­зать. Дос­тал тог­да млад­ший брат из сво­его ар­тма­ка ко­локоль­чик, поз­во­нил, и прим­чался на его зов не­обык­но­вен­ный конь. По­садил джи­гит злую не­вес­тку ли­цом к хвос­ту ко­ня и пус­тил его в степь.

А по­том раз­дал он эме­гено­вых ло­шадей всем а­уль­ча­нам и ус­тро­ил боль­шой пир. Пи­рова­ли на том пи­ру все жи­тели а­ула, от ма­ла до ве­лика, нес­коль­ко дней и но­чей.