Муу Хара

Жил не­ког­да маль­чик-си­рота по име­ни Муу Ха­ра. Мать с от­цом умер­ли, ког­да он был сов­сем ма­лень­ким. Взял его к се­бе один бо­гач и оп­ре­делил в пас­ту­хи. Шесть лет хо­дил за ста­дом Муу Ха­ра. Ни од­на ко­рова не по­теря­лась за эти го­ды, ни один те­ленок не пал. Од­нажды по вес­не, ког­да жар­кое сол­нце обог­ре­ло зем­лю, бо­гач го­ворит Муу Ха­ре:

— От­го­ни-ка ко­ров да те­лят на пас­тби­ще с зе­леной соч­ной тра­вой, а сам иди зем­лю па­хать, прош­ло­год­нюю со­лому сжи­гать.

Отог­нал Муу Ха­ра ко­ров да те­лят на зе­леные лу­га, а сам за­палил коп­ну со­ломы. Зат­ре­щал кос­тер, ис­кры по­сыпа­лись, и по­казал­ся из пла­мени боль­шой из­ви­ва­ющий­ся змей. Под­дел Муу Ха­ра из­ви­ва­юще­гося змея че­рен­ком ло­паты, по­даль­ше от ог­ня от­бро­сил. Пе­рес­тал огонь тре­щать, до­горе­ла ос­тавша­яся со­лома, а ког­да обер­нулся Муу Ха­ра, то уви­дел вмес­то змея мо­лодо­го пар­ня.

Го­ворит па­рень Муу Ха­ре:

— Спа­сибо те­бе, доб­рый че­ловек. Зад­ре­мал я в со­ломен­ной коп­не и чуть бы­ло не сго­рел. Ты ме­ня от смер­ти спас.

— Кто ты та­кой и что здесь де­ла­ешь? — спра­шива­ет нез­на­ком­ца Муу Ха­ра.

— Отец мой жи­вет на ос­тро­ве пос­ре­ди боль­шо­го мо­ря. Это его вла­дения. Я же от­пра­вил­ся на бе­лый свет пос­мотреть, се­бя по­казать, — от­ве­ча­ет мо­лодой па­рень. — А ты чем за­нима­ешь­ся?

— Нет у ме­ня ни от­ца, ни ма­тери. С ма­лых лет па­су я ста­да бо­гача, этим и за­раба­тываю се­бе на про­пита­ние, — го­ворит Муу Ха­ра.

— Да, ра­бота у те­бя не из лег­ких, — вздох­нул мо­лодой па­рень. — Но ес­ли уж ты спас ме­ня от смер­ти, то не от­ка­жись и от мо­ей по­мощи. Пой­дем в на­ши края.

— А что ста­нет­ся со ста­дом? Хо­зя­ин убь­ет ме­ня, ес­ли хоть один те­ленок по­теря­ет­ся.

— Вы­гони их на до­рогу, и они са­ми дой­дут до до­му це­лыми и нев­ре­димы­ми, это я те­бе обе­щаю, — го­ворит мо­лодой па­рень.

Выг­нал Муу Ха­ра ста­до на до­рогу, а ког­да вер­нулся на преж­нее мес­то — мо­лодой па­рень триж­ды топ­нул пра­вой но­гой о зем­лю и обер­нулся че­тырех­кры­лым зме­ем.

— За­лезай ко мне на спи­ну да дер­жись пок­репче! — го­ворит.

Усел­ся Муу Ха­ра на че­шуй­ча­тую спи­ну, рас­пра­вил змей свои крылья, и по­лете­ли они над зем­лей. Ле­тят они над го­рами и вер­ши­нами, над буг­ра­ми и ло­щина­ми, над ко­чевь­ями и се­лень­ями. На­конец опус­ти­лись на ши­рокий луг сре­ди бес­числен­но­го мно­жес­тва ско­та. Прев­ра­тил­ся змей в мо­лодо­го пар­ня и спра­шива­ет:

— Не про­голо­дал­ся ли ты, Муу Ха­ра?

— А хо­тя бы и про­голо­дал­ся, да ни­чего не по­дела­ешь, — от­ве­ча­ет Муу Ха­ра.

— На­до за­резать бы­ка, сде­лать вер­те­ла и под­жа­рить мя­со, — го­ворит мо­лодой па­рень.

— Как же мож­но ре­зать чу­жой скот? — уди­вил­ся Муу Ха­ра.

— Мы дос­тигли края на­ших вла­дений, и скот этот мой, — го­ворит мо­лодой па­рень.

Выб­рал он са­мого жир­но­го бы­ка, раз­де­лал его, а по­том раз­вел кос­тер там, где не бы­вало ог­ня; дос­тал во­ду там, где не бы­вало во­ды, из­жа­рил мя­со на шес­ти вер­те­лах. Муу Ха­ра еле-еле съ­ел мя­со с од­но­го вер­те­ла, а па­рень все ос­таль­ное до­ел.

— До­рога даль­няя, мо­ре ши­рокое, — ска­зал он, по­том пе­реки­нул­ся три ра­за че­рез го­лову и прев­ра­тил­ся в шес­тикры­лого змея.

Под­ня­лись они и по­лете­ли. Змей и го­ворит:

— Заж­мурь гла­за и дер­жись креп­че преж­не­го!

Взмыл змей еще вы­ше. Заг­ре­мел гром, зас­вистел ве­тер так, что ед­ва не сдул Муу Ха­ра со зме­иной спи­ны. При­от­крыл он один глаз и ви­дит: ле­тят они меж­ду не­бом и зем­лей, в бе­лесом ту­мане. Под ни­ми — бес­край­нее мо­ре; над го­ловою звез­ды ро­ят­ся, ру­ку про­тянешь — дос­та­нешь; близ­кая лу­на еще круп­нее ка­жет­ся. Вдруг ви­дят: чер­не­ет пос­ре­ди мо­ря ос­тров. Опус­ти­лись они на бе­рег, пе­реки­нул­ся змей че­рез го­лову и прев­ра­тил­ся вновь в мо­лодо­го пар­ня. Пош­ли они по тро­пин­ке по цве­точ­ным лу­гам, по пло­довым са­дам. Удив­ля­ет­ся Муу Ха­ра.

— Ка­кая щед­рая зем­ля! — го­ворит.

А мо­лодой па­рень со­вету­ет ему:

— Как дой­дем до мо­его до­ма, ста­нут отец с ма­терью бла­года­рить те­бя, ста­нут спра­шивать: «Что же­ла­ешь за спа­сение на­шего сы­на? Скот или зо­лото?» Ты же от­ве­чай так: «Не нуж­но мне ни ско­та, ни зо­лота. Со ско­том уп­ра­вить­ся не смо­гу, а зо­лото удер­жать не су­мею. Дай­те луч­ше ры­жую со­баку на зо­лотой це­пи. Боль­ше­го мне не на­до».

По­дош­ли они ко двор­цу, что воз­вы­шал­ся по­доб­но ска­ле и был выс­тро­ен из кам­ней-са­моц­ве­тов. Под­нял Муу Ха­ра гла­за вверх — уви­дел бес­числен­ное мно­жес­тво оди­нако­вых окон, а по­ниже — еще один ряд окон с зо­лоты­ми и се­реб­ря­ными ре­шет­ка­ми. Над кры­шей двор­ца раз­но­голо­сые пти­цы по­ют. Внут­ри двор­ца все свер­ка­ет и блес­тит.

Отец с ма­терью ки­нулись сы­на об­ни­мать да це­ловать. По­сади­ли Муу Ха­ра за бе­лосе­реб­ря­ный стол. Стал Муу Ха­ра есть то, че­го ни­ког­да не ел; пить то, че­го ни­ког­да не пил.

Тут бла­годар­ные ро­дите­ли спра­шива­ют его:

— Скот ли те­бе или зо­лото нуж­нее?

— Со ско­том уп­ра­вить­ся не смо­гу, а зо­лото удер­жать не су­мею, — от­ве­ча­ет Муу Ха­ра.

— А ка­кой бы ты наг­ра­ды хо­тел? — вновь спра­шива­ют его.

— Си­дит у вас за семь­юде­сятью за­навес­ка­ми на зо­лотой це­пи ры­жая со­бака. Луч­шей наг­ра­ды я не же­лал бы, — го­ворит Муу Ха­ра.

От­ве­ча­ют хо­зя­ева двор­ца:

— Ты про­гово­рил и поп­ро­сил та­кое, о чем и вспо­минать нель­зя. Но ты спас на­шего сы­на, и же­лание твое бу­дет ис­полне­но.

Де­вять дней и но­чей пи­рова­ли во двор­це. На де­сятый день стал Муу Ха­ра до­мой со­бирать­ся. Вы­вел мо­лодой па­рень сво­его гос­тя вмес­те с ры­жей со­бакой на бе­рег мо­ря, сам пе­реки­нул­ся триж­ды че­рез го­лову, обер­нулся боль­шим зме­ем, по­садил Муу Ха­ра вмес­те с ры­жей со­бакой на спи­ну и пе­ренес на то по­ле, где Муу Ха­ра со­лому жег, а по­том взвил­ся под не­беса и был та­ков.

Тут и ночь нас­та­ла. Рас­по­ложил­ся Муу Ха­ра на ноч­лег под де­ревом, со­бака ря­дом лег­ла. Зад­ре­мал Муу Ха­ра.

А ут­ром, го­лод­ный и прод­рогший, за­шагал по нап­равле­нию к хо­зяй­ско­му до­му, ру­гая се­бя и се­туя: «За­чем мне эта ры­жая со­бака? Что я с ней бу­ду де­лать? Взял бы скот — век бы сы­тым был, а зо­лото — и по­дав­но нуж­ды бы не знал».

Не до­ходя до хо­зяй­ско­го до­ма, сел Муу Ха­ра на бе­рег реч­ки, что тек­ла на юго-за­пад, го­лову ру­ками об­хва­тил, при­заду­мал­ся.

Си­дит на при­гор­ке, раз­мышля­ет: «Ес­ли днем на хо­зяй­ский двор за­яв­люсь — хо­зя­ин прибь­ет ме­ня. Нет, уж луч­ше дож­дусь но­чи, а там будь что бу­дет». При­вязал он зо­лотую цепь к пра­вой сво­ей но­ге и ус­нул на при­гор­ке.

А ког­да прос­нулся да ог­ля­дел­ся, то уви­дел, что ле­жит он на мяг­кой пу­ховой кро­вати в прек­расном двор­це. Ска­зоч­ной кра­соты де­вуш­ка в бо­гатой одеж­де рас­ха­жива­ет по двор­цо­вым по­ко­ям. Ди­ву да­ет­ся Муу Ха­ра. Толь­ко на­думал он с пос­те­ли под­нять­ся, как кра­сави­ца по­дала ему одеж­ду, срав­ни­мую лишь с хан­ской. Одел­ся он, вы­шел на ули­цу, а кра­сави­ца сме­ет­ся: «Смот­ри­те, как бы ва­ша со­бака да вас же не уку­сила!»

Уви­дел он во дво­ре ве­лико­леп­ный сад, а у две­рей да у во­рот — страж­ни­ков с саб­ля­ми.

Опо­лос­нул Муу Ха­ра ли­цо, опо­лос­нул ру­ки, стал по­лотен­цем ути­рать­ся, а кра­сави­ца уже зо­вет: «Иди­те к сто­лу!»

Под­хо­дит он к се­реб­ря­ному сто­лу, ус­тавлен­но­му яс­тва­ми да ви­нами, и спра­шива­ет:

— Ска­жи мне, кра­сави­ца, где я на­хожусь?

— В сво­ем собс­твен­ном до­ме, — от­ве­ча­ет она.

— Не бы­ло у ме­ня та­кого двор­ца, — го­ворит Муу Ха­ра. — Луч­ше ска­жи, не ви­дала ли ты ры­жую со­баку на зо­лотой це­пи?

— Ни­чего ты не по­нял! — сме­ет­ся де­вуш­ка-кра­сави­ца. — Это я бы­ла ры­жей со­бакой, ты взял ме­ня у от­ца и у ма­тери, при­вел сю­да, а по до­роге все се­товал да пе­нял: «Что за поль­за от со­баки?»

Встал Муу Ха­ра, об­нял де­вуш­ку, по­цело­вал ее в пра­вую ще­ку.

— Будь мо­ей же­ной! — го­ворит.

А бо­гач прос­нулся ут­ром и ви­дит на юго-за­паде от его до­ма дво­рец сто­ит на при­гор­ке. Вок­руг двор­ца са­ды зе­лене­ют, яго­ды и фрук­ты на сол­нце пе­рели­ва­ют­ся. Силь­но уди­вил­ся бо­гач: «Кто это за ночь дво­рец мог на пус­том мес­те пос­тро­ить? Все­выш­ний или черт? Кто в ок­ру­ге бо­гаче ме­ня? Пой­ду-ка пос­мотрю».

Под­хо­дит, а у каж­дой двор­цо­вой две­ри по два страж­ни­ка, да та­кие сер­ди­тые, что не сра­зу про­пус­ка­ют, не вся­кого жа­лу­ют.

За­шел бо­гач во дво­рец, уви­дел пе­ред со­бой раз­на­ряжен­но­го Муу Ха­ра и ос­толбе­нел от удив­ле­ния.

— Ах, по­милуй, — го­ворит, — я ду­мал, что ты дав­но по­мер. От­ку­да те­бе та­кое счастье при­вали­ло?

А де­вуш­ка-кра­сави­ца за бе­лосе­реб­ря­ный стол гос­тя са­жа­ет, уго­ща­ет: «При­сажи­вай­тесь сю­да, от­ве­дай­те это­го».

— Как ты столь быс­тро раз­бо­гател? — до­пыты­ва­ет­ся бо­гач, а сам яс­тва за обе ще­ки упи­сыва­ет, креп­ки­ми ви­нами за­пива­ет.

От­ве­ча­ет Муу Ха­ра:

— И бед­няк на­ходит свое счастье, а си­рота — спра­вед­ли­вость. Мое же счастье са­мо ме­ня отыс­ка­ло.

— Где ты по­бывал, что ви­дел? — сно­ва спра­шива­ет бо­гач.

Тог­да Муу Ха­ра го­ворит:

Див­ное ди­во я по­видал,

Див­ную зем­лю кру­гом обой­дя.

Чуд­ное чу­до я повс­тре­чал,

Чуд­ную зем­лю кру­гом обой­дя.

В не­бо вы­сокое я под­ни­мал­ся,

Звезд и соз­вездий ру­кою ка­сал­ся,

Круг­лую в не­бе лу­ну обо­шел

Я не од­нажды,

И в даль­нем краю

Луч­шую де­вуш­ку в ми­ре на­шел,

Луч­шую в ми­ре не­вес­ту свою.

От за­вис­ти бо­гач есть и пить пе­рес­тал. А Муу Ха­ра про­дол­жа­ет:

— Был я у те­бя луч­шим пас­ту­хом, за мно­гие го­ды ни од­на ко­рова из мо­его ста­да не по­теря­лась, ни один те­ленок не пал, ты же ме­ня на во­де да на хле­бе дер­жал в наг­ра­ду за тру­ды.

Рас­хо­телось бо­гачу уго­щать­ся, от­пра­вил­ся он до­мой. А Муу Ха­ра с же­ной-кра­сави­цей об­ре­ли счастье и жи­вут-по­жива­ют в свое удо­воль­ствие.