Ян­ко и злая ко­ролев­на

Жил на све­те ста­рик. Был у не­го единс­твен­ный сын Ян­ко. У­ехал Ян­ко в даль­ние края и вдруг уз­нал, что отец его силь­но за­болел. Ис­пу­гал­ся Ян­ко и пос­пе­шил до­мой.

При­ходит он, а отец уми­ра­ет.

— Сы­ном — го­ворит отец Ян­ко, — я ско­ро ум­ру, и ос­та­нешь­ся ты один-оди­нёше­нек на све­те. При­дёт­ся те­бе жить сво­им умом, не­кому бу­дет о те­бе по­забо­тить­ся. Смот­ри же, злым лю­дям не верь, будь ос­то­рожен. Ос­тавляю я те­бе нас­ледс­тво, спря­тано оно в ко­лод­це во дво­ре.

Не ус­пел отец до­гово­рить, как умер.

Ус­тро­ил Ян­ко от­цу хо­рошие по­хоро­ны. все свои сбе­реже­ния на них пот­ра­тил, да ещё в долг приш­лось взять.

“Дай-ка по­ищу своё нас­ледс­тво”, — по­думал Ян­ко, ког­да ос­тался один.

Взял он ло­пату, спус­тился в ста­рый ко­лодец и стал ко­пать.

Ко­па­ет день, ко­па­ет дру­гой — нет ни­чего. Хо­тел уже Ян­ко бро­сить ра­боту, как вдруг стук­ну­ла ло­пата обо что-то твёр­дое. Ви­дит Ян­ко — пе­ред ним шка­тул­ка. Взял он её и вы­лез на­верх.

За­пер­ся у се­бе в ком­на­те, от­крыл шка­тул­ку. И что же он ви­дит! — Спря­таны в шка­тул­ке свис­ток, по­яс и пус­той ко­шелёк.

“Вот так нас­ледс­тво! — по­думал Ян­ко. — Не­уж­то отец пос­ме­ять­ся на­до мной взду­мал!”

Но вдруг он уви­дел в ко­шель­ке лис­то­чек. на нём на­писа­но:

“Кто ко­шелёк пот­ря­сёт, то­му зо­лотые мо­неты по­сып­лются. Кто в свис­ток зас­вистит, к то­му вой­ско явит­ся. Кто по­ясом опо­яшет­ся, очу­тит­ся там, где за­хочет”.

Пот­ряс Ян­ко ко­шелёк, и по­сыпа­лись зо­лотые мо­неты, как раз столь­ко, что­бы дол­ги зап­ла­тить. Рас­счи­тал­ся Ян­ко с со­седя­ми, по­дар­ки от­ца прип­ря­тал и стал хо­зяй­ство­вать.

Прош­ло нес­коль­ко лет. За­думал Ян­ко же­нить­ся. Да не на прос­той де­вуш­ке из сво­ей де­рев­ни, а на гор­дой ко­ролев­не. Свис­тнул он в свис­ток, яви­лось к не­му боль­шое вой­ско. По­шёл Ян­ко во гла­ве его к ко­ролю. Уви­дел ко­роль столь­ко сол­дат, ис­пу­гал­ся, вы­шел к Ян­ко. кла­ня­ет­ся ему и спра­шива­ет:

— Что те­бе угод­но?

— Хо­чу доч­ку твою пос­ва­тать. — от­ве­ча­ет ему Ян­ко.

Ко­роль ус­по­ко­ил­ся, а ко­ролев­на зас­ме­ялась. Пон­ра­вилась она Ян­ко — ве­сёлая, пры­га­ет, как коз­лё­нок. По­вели Ян­ко во дво­рец. ста­ли уго­щать, петь, иг­рать, в ба­раба­ны бить.

На пи­ру вы­тащил Ян­ко из кар­ма­на от­цов­ский ко­шелёк. Ста­ла ко­ролев­на сме­ять­ся над ним:

— Ах, ка­кой у те­бя прос­той ко­шелёк!.

Оби­дел­ся Ян­ко, пот­ряс свой ко­шелёк, и по­сыпа­лись из не­го зо­лотые мо­неты.

— Ви­дишь! — го­ворит он ко­ролев­не, — ка­кой у ме­ня ко­шелёк. Бу­ду его тряс­ти, сколь­ко за­хочу зо­лота выт­ря­су.

Ко­вар­ная ко­ролев­на вы­тащи­ла по­тихонь­ку у Ян­ко ко­шелёк из кар­ма­на. Вер­нулся Ян­ко до­мой к свадь­бе го­товить­ся, смот­рит — нет его ко­шель­ка.

Сно­ва зас­вистел он в свис­ток, соб­рал вой­ско, явил­ся к ко­ролю и зак­ри­чал:

— Где мой ко­шелёк? От­да­вай­те, не то ху­до вам бу­дет!

Ис­пу­галась ко­ролев­на, выш­ла к Ян­ко и го­ворит:

— Да ты, ми­лый Ян­ко, за­был его. Ко­шелёк ле­жит у ме­ня в зо­лотой шка­тул­ке.

Ста­ла она шу­тить да пры­гать вок­руг не­го, как коз­лё­нок. Рас­сме­шила ко­ролев­на Ян­ко, и за­был он свою оби­ду. Ус­тро­или опять пир. Ко­ролев­на ря­дом с Ян­ко си­дит. Тут нев­зна­чай вы­тащил он из кар­ма­на свис­ток. А ко­ролев­на хо­хочет над ним — за­чем он в кар­ма­не прос­тую свис­туль­ку но­сит. Оби­дел­ся Ян­ко и го­ворит:

— Это не прос­той свис­ток, а вол­шебный. Зас­ви­щу, вой­ско со­беру — весь ваш го­род раз­ру­шить мо­гу. А ещё есть у ме­ня по­яс до­ма, то­же вол­шебный. Еже­ли на­дену его, тот­час там ока­жусь, где быть за­хочу. Вот как!.

Ночью зас­нул Ян­ко, а ко­вар­ная ко­ролев­на прок­ра­лась к не­му в спаль­ню, ста­щила свис­ток и ска­зала об этом от­цу. Ко­роль зас­вистел, и всё вой­ско Ян­ко под­чи­нилось ему. Ве­лел ко­роль сол­да­там вы­тащить Ян­ко из пос­те­ли и мет­лой прог­нать его из го­рода.

Дол­го плу­тал Ян­ко, по­ка доб­рался до до­ма ус­та­лый, обор­ванный. Очень он уби­вал­ся, что ко­шелёк и свис­ток по­терял, да вспом­нил, что ос­тался у не­го по­яс. Под­по­ясал­ся Ян­ко и го­ворит:

— Хо­чу сей­час же очу­тить­ся у злой ко­ролев­ны во двор­це.

Так и сбы­лось. Уви­дела ко­ролев­на Ян­ко пе­ред со­бой, зак­ри­чала от стра­ха, да вдруг как дёр­нет Ян­ко за по­яс — так по­яс и ос­тался у неё в ру­ке.

— Эй, стра­жа! — крик­ну­ла она. И не ус­пел Ян­ко ог­ля­нуть­ся, как ока­зал­ся в тюрь­ме.

— Ут­ром ве­лено те­бя каз­нить, — ска­зал ему тю­рем­ный сто­рож.

— Ох, что я на­делал! — пла­кал Ян­ко и взды­хал. — И за­чем толь­ко взду­мал я к вам на­вязы­вать­ся, раз­бой­ни­ки вы эта­кие, ко­роли-мо­шен­ни­ки!.

— Не от­ча­ивай­ся, — ска­зал ему тю­рем­ный сто­рож. — Жаль мне те­бя, па­рень, ре­шил я те­бя спас­ти. В уг­лу тво­ей тем­ни­цы ле­жит боль­шой ка­мень, а под ним ды­ра: че­рез неё убе­жишь из тюрь­мы. Ког­да ка­мен­щик тюрь­му стро­ил, он ожи­дал, что и его сю­да по­садят, вот и при­гото­вил се­бе ла­зей­ку на вся­кий слу­чай.

Под­нял Ян­ко ка­мень, уви­дел ды­ру и по­лез в неё. Дол­го бро­дил он по под­земно­му хо­ду, на­конец уви­дел в щель днев­ной свет. от­ва­лил ка­мень и вы­лез. Об­ра­довал­ся он сво­ему спа­сению, лёг и ус­нул.

Прос­нулся Ян­ко ут­ром. Его му­чил го­лод. Бро­дил он, бро­дил по ле­су, взоб­рался на холм и уви­дел из­бушку и ста­до овец. Спус­тился он вниз, к пас­ту­ху. Же­на пас­ту­ха да­ла Ян­ко хле­ба, сы­ра, мо­лока и спро­сила, как он по­пал к ним — ещё ни­ког­да ник­то не при­ходил сю­да из го­рода. Ян­ко рас­ска­зал пас­ту­ху и его же­не о сво­ей бе­де, и доб­рые лю­ди ос­та­вили его жить у се­бя.

Хо­рошо здесь бы­ло Ян­ко. Он ра­довал­ся, что жив ос­тался и на во­лю выб­рался. Од­нажды бро­дил он по ле­су, заб­лу­дил­ся и за­хотел есть. Ви­дит — де­рево, а на нём рас­тёт мно­го груш. За­лез Ян­ко на де­рево, нар­вал груш, на­ел­ся. Что та­кое? Ви­дит — нос у не­го рас­тёт, стал длин­ный, тол­стый, слов­но ду­бин­ка. Дёр­нул он се­бя за нос — боль­но.

“Вот бе­да! — по­думал он. Как же я те­перь жить ста­ну с та­ким но­сом?”

Слез Ян­ко с де­рева, слы­шит — ру­чей жур­чит, ви­дит — те­чёт во­да из ска­лы. А нос уже та­кой боль­шой вы­рос, что пить не да­ёт. Од­на­ко из­ловчил­ся Ян­ко, под­ста­вил рот под струю, глот­нул во­ды, и вдруг нос умень­шил­ся. Ещё гло­ток, дру­гой — нос стал, как рань­ше.

“Чу­деса! — по­думал Ян­ко. — Здо­рово я от но­са из­ба­вил­ся. ”

И вдруг приш­ло ему на ум, как на­казать злую ко­ролев­ну.

Нар­вал Ян­ко пол­ную шап­ку этих груш, во фляж­ку на­лил во­ды из це­леб­но­го ручья.

По­том ра­зыс­кал до­рогу до­мой. Взял он у же­ны пас­ту­ха кор­зинку, уло­жил гру­ши, пе­ре­одел­ся в пас­тушью одеж­ду, прос­тился с хо­зя­ева­ми и ушёл.

И вот по­явил­ся пе­ред ко­ролев­ским двор­цом че­ловек с кор­зи­ной.

— Гру­ши про­даю, за­мор­ские гру­ши! — зак­ри­чал он.

Слу­жан­ка ко­роля вы­бежа­ла на ули­цу и ку­пила у не­го гру­ши, а про­давец день­ги взял — и был та­ков.

— Ах, ка­кие чу­дес­ные гру­ши! — ска­зала ко­ролев­на, ког­да гру­ши по­дали на стол, и при­нялась есть их.

Вдруг взгля­нула она на мать и зак­ри­чала:

— Ах, что с ва­шим но­сом?

— Луч­ше смот­ри за сво­им но­сом, — .вос­клик­ну­ла ко­роле­ва, — он у те­бя до под­бо­род­ка вы­рос!

Толь­ко взду­мала ко­ролев­на зас­ме­ять­ся, да уви­дела свой нос, а он у неё уже до по­яса вы­рос! Зап­ла­кала она, зак­ри­чала.

По­вез­ло толь­ко ко­ролю. Же­на с доч­кой так на гру­ши на­кину­лись, что ему все­го од­на дос­та­лась — нос у не­го хоть и вы­рос, да не та­кой страш­ный.

При­казал он поз­вать док­то­ров со все­го ко­ролевс­тва. Ста­ли ко­ролев­ские но­сы ле­чить, ста­ли их ре­зать, а они от это­го толь­ко боль­ше рас­тут.

Все прид­ворные по­тихонь­ку сме­ялись, гля­дя на но­сы по­вели­телей. Осо­бен­но сме­ялись они над ко­ролев­ной, ко­торую все не лю­били за её чванс­тво и ко­варс­тво.

Че­рез нес­коль­ко дней раз­нёсся по го­роду слух, что ка­кой-то при­ез­жий док­тор от всех бо­лез­ней вы­лечить мо­жет. Это был Ян­ко, ко­торый вы­давал се­бя за док­то­ра. До­шёл слух о но­вом вра­че до двор­ца, и при­казал ко­роль его при­вес­ти.

Пос­мотрел Ян­ко на но­сы и ска­зал:

— Та­кую бо­лезнь я мо­гу вы­лечить, толь­ко вы дол­жны ме­ня во всем слу­шать­ся!

— Бу­дем слу­шать­ся, бу­дем! — зак­ри­чали ко­ролев­на и её мать.

— У вас кровь гус­тая, ко­ролев­ская, — ска­зал Ян­ко ко­ролю и ко­роле­ве, — при­дёт­ся сде­лать так, что­бы она по­жиже ста­ла.

Взял он плеть и три дня хлес­тал ко­роля и ко­роле­ву и ни­чего не да­вал есть. А на чет­вёртый день дал им по глот­ку чу­дес­ной во­ды из сво­ей фляж­ки — но­сы сра­зу умень­ши­лись.

Дош­ла оче­редь до ко­ролев­ны.

— У те­бя кровь осо­бен­но гус­тая от жад­ности и ко­варс­тва, — ска­зал ей Ян­ко. — При­дёт­ся те­бя де­вять дней ле­чить.

Бил он ко­ролев­ну плёт­кой семь дней. На вось­мой день ко­ролев­на так из­му­чилась, что боль­ше вы­тер­петь не мог­ла.

— Спа­си ме­ня, — умо­ляла она Ян­ко. — Я вый­ду за те­бя за­муж и от­дам те­бе все мои сок­ро­вища.

— Ка­кие же у те­бя сок­ро­вища? — спро­сил Ян­ко.

— Вот они, — от­ве­тила ко­ролев­на, — та­ких ни у ко­го на све­те нет.

Она от­кры­ла зо­лотую шка­тул­ку и по­дала док­то­ру свис­ток, ко­шелёк и по­яс.

— Вот мои сок­ро­вища, — ска­зала ко­ролев­на. — Из ко­шель­ка сып­лется зо­лото, свис­ток вы­зыва­ет сколь­ко хо­чешь сол­дат, а кто по­ясом под­по­яшет­ся, очу­тит­ся там, где по­жела­ет.

Опо­ясал­ся Ян­ко по­ясом, по­ложил в кар­ман ко­шелёк и свис­ток, а по­том ска­зал ко­ролев­не:

— Слу­шай ме­ня, ко­вар­ная ко­ролев­на.

Я тот па­рень, ко­торо­го ты обок­ра­ла и хо­тела по­весить. Я тот пас­тух, ко­торый гру­ши про­дал. Я же и док­тор, ко­торый мог бы те­бя сра­зу вы­лечить, но в на­каза­ние бил и го­лодом мо­рил. Сок­ро­вища — мои, у ме­ня они и ос­та­нут­ся, а у те­бя за твое ко­варс­тво и злость нав­сегда ос­та­нет­ся длин­ный нос!