Странствования Исиды

Ти­хо под пок­ро­вом но­чи со­вер­шил Сет со сво­ими по­мощ­ни­ками зло­де­яние «крас­ное де­ло», как на­зыва­ли егип­тя­не злые де­ла и прес­тупле­ния. Убив сво­его стар­ше­го бра­та, он вер­нулся до­мой. На­конец-то ис­полни­лась его за­вет­ная меч­та: он из­ба­вил­ся от сво­его со­пер­ни­ка, и те­перь смо­жет за­нять его трон и стать ца­рем всей зем­ли Егип­та.

Лес­ные су­щес­тва па­ны, жив­шие не­пода­леку от двор­ца Се­та, пер­вы­ми уз­на­ли о слу­чив­шемся и раз­гла­сили пе­чаль­ную весть. Ус­лы­шали о зло­де­янии де­монов жив­шие не­пода­леку лю­ди и бро­сились бе­жать, бо­ясь, как бы Сет не на­чал уби­вать всех под­ряд, мстя лю­дям за их лю­бовь к Оси­рису. По­тому вне­зап­ную тре­вогу и вол­не­ние тол­пы до сих пор на­зыва­ют «па­никой».

Ра­но ут­ром, ког­да еще над бе­рега­ми Ни­ла сте­лил­ся ту­ман, в по­кои Иси­ды вбе­жал за­пыхав­ший­ся слу­га.

— Бе­да, ве­ликая бо­гиня! Го­ре! Нет боль­ше тво­его му­жа! Нет на­шего лю­бимо­го ца­ря Оси­риса!

— Что слу­чилось? — Иси­да поб­ледне­ла, пред­чувс­твуя са­мое худ­шее, ведь Оси­рис не но­чевал этой ночью до­ма.

— Не спра­шивай, о бо­гиня! Бе­ги! Сю­да идет Сет и ве­дет за со­бой це­лую ар­мию зло­де­ев. Он убил Оси­риса и хо­чет зах­ва­тить трон, что­бы стать ца­рем. Он не по­щадит те­бя! Спа­сай­ся!

Во дво­ре уже бы­ли слыш­ны то­пот, гром­кие го­лоса и гру­бый смех. Дво­рец об­сту­пила тол­па. Сре­ди об­ще­го шу­ма проз­ву­чал са­модо­воль­ный го­лос Се­та:

— Вот дво­рец Оси­риса — те­перь он при­над­ле­жит мне! От­ны­не я царь Егип­та, царь Се­вера и Юга!

Рас­пахну­лась дверь. Тол­па за­говор­щи­ков вор­ва­лась в трон­ный зал и зас­ты­ла на по­роге.

— Как! Ты еще здесь? — изу­мил­ся Сет, уви­дев Иси­ду. — Из­вес­тно ли те­бе, что про­изош­ло се­год­ня ночью? Оси­рис мертв, и я те­перь царь.

Иси­да мол­ча смот­ре­ла на не­го, и Сет, не в си­лах вы­нес­ти ее взгля­да, от­вел гла­за.

— Уби­рай­ся! — крик­нул он. — Те­перь это мой дво­рец!

— При­дет день, и ты до­рого зап­ла­тишь за свои зло­дей­ства, — гроз­но про­гово­рила Иси­да, с не­навистью гля­дя на Се­та. — Где Оси­рис? От­ве­чай, что ты сде­лал с мо­им му­жем?

— Твой муж умер, и я не же­лаю, что­бы ты наш­ла мер­твое те­ло, по­хоро­нила его и воз­двиг­ла обе­лиск на мес­те пог­ре­бения. Ведь тог­да лю­ди бу­дут при­ходить к это­му па­мят­ни­ку и пок­ло­нять­ся ему. Нет! Па­мять об Оси­рисе дол­жна быть стер­та в люд­ских сер­дцах. Лю­ди ско­ро за­будут его. Ухо­ди, я не ска­жу, где ис­кать его.

Иси­да вста­ла. Зло­деи рас­сту­пились, ос­во­бож­дая ей до­рогу, и бо­гиня выш­ла из двор­ца.

И толь­ко ос­тавшись од­на, она да­ла во­лю сво­им чувс­твам и раз­ры­далась. Где ис­кать Оси­риса? Ку­да ид­ти? Сет по­губил ее лю­бимо­го му­жа и ку­да-то да­леко в не­ведо­мое мес­то спря­тал гроб с его те­лом.

Она об­ре­зала во­лосы в знак сво­ей скор­би, на­дела тра­ур­ные одеж­ды и пош­ла ис­кать Оси­риса по все­му Егип­ту. Она шла и го­рес­тно при­чита­ла:

Сли­ва­ет­ся не­бо с зем­лею, тень на зем­ле се­год­ня,
Сер­дце мое пы­ла­ет от дол­гой раз­лу­ки с то­бою…
О брат мой, о вла­дыка, ото­шед­ший в край без­молвия,
Вер­нись же к нам в преж­нем об­ли­ке тво­ем!
Ру­ки мои прос­терты при­ветс­тво­вать те­бя!
Ру­ки мои под­ня­ты, чтоб за­щищать те­бя!
Сли­ва­ет­ся не­бо с зем­лею,
Тень на зем­ле се­год­ня,
Упа­ло не­бо на зем­лю.
О, при­ди ко мне!

Иси­да ос­та­нав­ли­вала всех встре­ча­ющих­ся на ее пу­ти и спра­шива­ла, не зна­ют ли они что-ни­будь об Оси­рисе.

И вот вско­ре уз­на­ла она, что Сет по­ложил те­ло Оси­риса в боль­шой кра­сивый сун­дук, а сун­дук бро­сил в ре­ку. Дош­ла Иси­да до устья Ни­ла дос­тигла уже са­мого мо­ря и в го­ре се­ла на бе­регу. Нев­да­леке от нее иг­ра­ли де­ти. Она спро­сила их:

— Ма­лень­кие друзья мои, вы иг­ра­ете весь день на бе­регу. От­веть­те, не ви­дели ли вы сар­ко­фаг, не проп­лы­вал ли он ми­мо вас?

Де­ти об­сту­пили ее и от­ве­тили:

— Ви­дели мы кра­сивый и боль­шой ящик, что плыл по ре­ке ми­мо на­шего го­рода. По­ка мы хо­тели дос­тать его и ис­ка­ли лод­ку, ящик уп­лыл.

— Толь­ко это бы­ло очень дав­но, — до­бавил са­мый стар­ший маль­чик. Те­перь его уже на­вер­но унес­ло да­леко в мо­ре.

Иси­да очень об­ра­дова­лась. Это бы­ла пер­вая вес­точка об Оси­рисе за мно­го дней. Же­лая от­бла­года­рить ре­бяти­шек, бо­гиня про­из­несла вол­шебное зак­ли­нание и на­веки на­дели­ла всех де­тей ве­щим да­ром. С тех пор егип­тя­не счи­та­ют, что по кри­кам де­тей, иг­ра­ющих воз­ле хра­мов, мож­но пред­ска­зывать бу­дущее. Для это­го на­до мыс­ленно о чем-ни­будь спро­сить бо­гов и сра­зу же вый­ти во двор, где слыш­ны кри­ки ре­бяти­шек. Пер­вое, что удас­тся ус­лы­шать, и бу­дет от­ве­том.

Иси­да бы­ла бо­гиней кол­довс­тва, и с по­мощью зак­ли­наний она уз­на­ла, что сар­ко­фаг с те­лом Оси­риса по­нес­ло мор­ское те­чение, и вол­на выб­ро­сила его на бе­рег у го­рода Биб­ла на вос­точном бе­регу Ве­лико­го Зе­лено­го Мо­ря.

Вол­на бе­реж­но уло­жила сун­дук у са­мой во­ды под кус­том ве­рес­ка. Вет­ки его це­ликом зак­ры­ли гроб так, что он был сов­сем не­заме­тен. И вдруг про­изош­ло чу­до — куст на­чал быс­тро рас­ти. Вско­ре ве­реск прев­ра­тил­ся в вы­сокое мо­гучее де­рево, ствол его ок­ру­жил сар­ко­фаг и те­перь сар­ко­фаг с те­лом Оси­риса был скрыт внут­ри ство­ла.

Бо­гиня тот­час от­пра­вилась в Библ. Но ког­да она приш­ла ту­да, де­рева уже не бы­ло. От не­го ос­тался лишь урод­ли­во тор­ча­щий пень. Она уз­на­ла, что царь Биб­ла Ма­лакандр гу­лял по бе­регу мо­ря и уви­дел ве­лико­леп­ное ог­ромное де­рево. Его пря­мой и глад­кий ствол был так хо­рош, что царь при­казал сру­бить де­рево и сде­лать из не­го ко­лон­ну, что­бы под­держи­вать кры­шу двор­ца.

— Я опоз­да­ла! Го­ре мне! — вскри­чала в от­ча­янии Иси­да, се­ла на ка­мень у род­ни­ка и зап­ла­кала. — Ни­ког­да я не уви­жу сво­его воз­люблен­но­го суп­ру­га, не воз­дам ему пог­ре­баль­ных по­чес­тей!..

— От­че­го ты так уби­ва­ешь­ся, прек­расная чу­жес­тран­ка? Те­бя кто-то оби­дел? — про­из­нес вдруг кто-то за ее спи­ной.

Иси­да обер­ну­лась. Воз­ле род­ни­ка сто­яли три жен­щи­ны с рас­писны­ми пу­заты­ми кув­ши­нами и дру­желюб­но улы­бались.

— Мы слу­жан­ки на­шей гос­по­жи Ас­тарты, ца­рицы го­рода Биб­ла, — ска­зали жен­щи­ны. — А ты, ви­димо, приш­ла из­да­лека? Сан­да­лии твои стоп­та­ны, одеж­да пор­ва­на, но­ги ис­ца­рапа­ны тер­новни­ком.

Иси­да при­вет­ли­во от­ве­чала:

— Да, я приш­ла из­да­лека. Я здесь ни­кого не знаю, но ви­жу, что лю­ди здесь доб­рые и кра­сивые. Ка­кие у вас чу­дес­ные во­лосы. Дай­те я при­чешу вас, и вы ста­нете еще кра­сивее, чем бы­ли.

Жен­щи­ны уди­вились, но нез­на­ком­ка смот­ре­ла так лас­ко­во и ка­залась та­кой доб­рой, что они сог­ла­сились. При­чеса­ла их Иси­да сво­им вол­шебным греб­нем, и во­лосы у них ста­ли кра­сивы­ми и блес­тя­щими.

И ког­да слу­жан­ки вер­ну­лись до­мой, бла­го­уха­ние их во­лос на­пол­ни­ло весь дво­рец и удив­ленная ца­рица спро­сила, ка­ким об­ра­зом их ло­коны при­об­ре­ли та­кой изу­митель­ный за­пах.

— На бе­регу мо­ря у род­ни­ка си­дит ка­кая-то чу­жезем­ка, — от­ве­тили слу­жан­ки, — она рас­че­сала на­ши ко­сы, и они ста­ли бла­го­ухать.

Ца­рица при­каза­ла не­мед­ленно при­вес­ти Иси­ду во дво­рец, и так ей пон­ра­вилась эта крот­кая и доб­рая жен­щи­на, что ца­рица ос­та­вила ее у се­бя в ус­лу­жении. Она ве­лела одеть Иси­ду в кра­сивые одеж­ды и по­ручи­ла ей кор­мить и вос­пи­тывать сво­его ма­лень­ко­го сы­на. Так ос­та­лась Иси­да жить во двор­це, там, где сто­яла ко­лон­на, скры­ва­ющая сар­ко­фаг с те­лом ее уби­того му­жа.

Так прош­ло не­кото­рое вре­мя. Иси­да неж­но уха­жива­ла за маль­чи­ком, кор­ми­ла его вол­шебным об­ра­зом, да­вая ему со­сать свои паль­цы. В бла­годар­ность Ас­тарте за ее доб­ро­ту она ре­шила сде­лать ее сы­на бес­смертным. Для это­го по но­чам Иси­да за­жига­ла огонь и опа­ляла им маль­чи­ка. Она про­из­но­сила зак­ли­нания, и смерть, ожи­да­ющая в бу­дущем сы­на ца­рицы, дол­жна бы­ла сго­реть в свя­щен­ном пла­мени.

Бо­гиня прев­ра­щалась в лас­точку и с кри­ком ле­тала вок­руг ко­лон­ны, под­держи­ва­ющей кры­шу. Сво­им пе­чаль­ным ще­бетань­ем она как буд­то хо­тела дать знать Оси­рису, что она близ­ко, она спа­сет его.

И это про­дол­жа­лось до тех пор, по­ка од­нажды ца­рица не за­мети­ла слу­чай­но не­обык­но­вен­ный свет в ком­на­те сы­на. Ца­рица вош­ла в ком­на­ту и, уви­дев сво­его маль­чи­ка в ог­не, зак­ри­чала от ужа­са — огонь сра­зу по­гас.

— Хва­тай­те ее, зло­дей­ку! — зак­ри­чала Ас­тарта.

При­бежа­ли на крик ра­бы-те­лох­ра­ните­ли, бро­сились к Иси­де. Но Иси­да лишь пос­мотре­ла на них — и ра­бы тут же как под­ко­шен­ные рух­ну­ли на пол. Бо­гиня вста­ла и по­вер­ну­лась к во­шед­шим ли­цом. Она про­из­несла вол­шебное зак­ли­нание и вдруг вся пре­об­ра­зилась на гла­зах у за­мер­шей тол­пы. Все уви­дели пе­ред со­бой не прос­тую слу­жан­ку, а гроз­ную бо­гиню. От паль­цев ее стру­ил­ся свет, а над го­ловой зо­лотом вспых­нул сол­нечный диск со зме­ей-уре­ем.

Ис­пу­гались лю­ди, по­пада­ли на ко­лени и ста­ли в один го­лос мо­лить бо­гиню о по­щаде.

— Нес­час­тная! — вос­клик­ну­ла Иси­да, гнев­но гля­дя на Ас­тарту. — За­чем ты вор­ва­лась сю­да и по­меша­ла мне!? Знай же: я — Иси­да, ве­ликая бо­гиня кол­довс­тва и ма­гии. Я хо­тела сде­лать тво­его сы­на бес­смертным, но ты сво­ими кри­ками раз­ру­шила ча­ры — и ис­пра­вить это­го нель­зя. Те­перь твой сын, как и все лю­ди, сос­та­рит­ся и ум­рет… Он мо­жет уме­реть и рань­ше от бо­лез­ни или нес­час­тно­го слу­чая. Плачь, рви на се­бе во­лосы, нес­час­тная! Ты са­ма во всем ви­нова­та!

— Сту­пай­те все прочь! — при­каза­ла Иси­да тол­пе слуг, и все, кто был в ком­на­те, в од­но мгно­вение ис­чезли за дверь­ми. Толь­ко царь Ма­лакандр и ца­рица Ас­тарта ос­та­лись с Иси­дой. Иси­да взя­ла ре­бен­ка на ру­ки и пе­реда­ла его Ас­тарте.

— Вот твой сын! Он цел и нев­ре­дим.

За­тем од­ной ру­кой Иси­да без тру­да вы­нула ко­лон­ну и раз­ло­мила ее по­полам. Внут­ри ко­лон­ны был сун­дук.

Царь и ца­рица от­пря­нули в изум­ле­нии.

А Иси­да, ед­ва уви­дев сун­дук, вста­ла пе­ред ним на ко­лени, об­ня­ла его, при­жалась ли­цом и зак­ри­чала от го­ря.

И был ее крик та­ким гром­ким, что млад­ший сын ца­ря не вы­нес его и умер на ру­ках у ма­тери.

Так судь­ба на­каза­ла Ас­тарту за то, что она по­меша­ла Иси­де сде­лать ца­реви­ча бес­смертным.