Гордый раджа

Жил-был ког­да-то очень гор­дый рад­жа. Как ни вер­нется до­мой с охо­ты или из пу­тешес­твия, вся­кий раз же­на при­ветс­тво­вать к но­гам его скло­нит­ся, а он ве­лит ей коль­цо, что она в ноз­дрю вде­вала, ру­кой при­дер­жать, да как бро­сит свое копье сквозь не­го изо всех сил. Так силь­но бро­сал, что, ког­да оно в пол вон­за­лось, дро­жала зем­ля. И по­том еще спро­сит же­ну:

— Есть ли кто в ми­ре силь­нее ме­ня?

А же­на от­ве­ча­ет по­кор­но:

— Силь­ней и муд­рей мо­его рад­жи ни­кого нет во всем ми­ре.

Жи­ла са­дов­ни­ца нев­да­леке от двор­ца. Вся­кий раз, как рад­жа за­пус­тит копь­ем в коль­цо, она силь­но тре­вожи­лась. Ду­мала она, ду­мала и при­дума­ла спо­соб, как его оту­чить. Вот раз, ког­да рад­жа свой двор со­бирал, она приш­ла к ра­ни и спра­шива­ет:

— Что го­ворит те­бе рад­жа, ког­да копье в твое коль­цо бро­са­ет?

Ра­ни важ­но ей от­ве­ча­ет, что она гор­да сво­им рад­жей и его си­лой. Са­дов­ни­ца тог­да го­ворит:

— Обе­щай ни­кому не рас­ска­зывать, что я те­бе сей­час ска­жу. А глав­ное — рад­же. А то он ме­ня убь­ет.

Ра­ни по­обе­щала. Тог­да са­дов­ни­ца го­ворит:

— Как спро­сит те­бя рад­жа опять, есть ли кто силь­нее его, ска­жи ему так: «Для ме­ня ты и впрямь са­мый ве­ликий, да ведь есть звез­ды и звез­ды, а все зем­ля всех важ­ней».

При­шел ве­чером рад­жа и швыр­нул копье сквозь коль­цо в ноз­дре у же­ны. Стал спра­шивать, есть ли кто в ми­ре силь­нее его, а она го­ворит:

— Для ме­ня ты и впрямь са­мый ве­ликий, да ведь есть звез­ды и звез­ды, а все зем­ля всех важ­ней.

Ус­лы­шал рад­жа та­кое и силь­но раз­гне­вал­ся.

— Зна­чит, есть кто-то в ми­ре силь­нее, чем я? Я пой­ду его ра­зыщу и не вер­нусь, по­ка не убью.

Ра­ни пе­репу­галась, ста­ла его умо­лять, что­бы не ухо­дил, да нич­то не мог­ло зас­та­вить рад­жу от­ка­зать­ся от этой мыс­ли.

Рад­жа шел во­семь дней и де­вять но­чей, по­ка не ми­новал гра­ницу сво­его царс­тва. Там уви­дел он че­лове­ка, ко­торый из пес­ка вил ве­рев­ку для сло­нов чу­жезем­но­го рад­жи. Сму­тил­ся рад­жа и го­ворит про се­бя: «Мо­жет, и впрямь этот рад­жа силь­нее, чем я?»

По­шел он даль­ше и уви­дел из­да­лека ог­ромное ста­до овец. Пас­тух иг­рал на рож­ке. Толь­ко уви­дел чу­жого, свис­тнул, и все ов­цы сбе­жались к не­му. Тут он всех их, од­ну за од­ной, во вшей об­ра­тил. За­вязал их в свою шаль и ушел.

По­шел рад­жа даль­ше и в кон­це кон­цов при­шел на по­ле. Это по­ле та­мош­ний рад­жа сво­ими ру­ками па­хал. Вмес­то во­лов этот рад­жа зап­ряг в со­ху тиг­ров, а со­хой у не­го бы­ла коб­ра, а са­мо по­ле бы­ло гру­дой чер­ных кам­ней. Же­на рад­жи и доч­ка си­дели ря­дом, смот­ре­ли. Уви­дели — идет чу­жезе­мец, доч­ка вско­чила, кри­чит ра­дос­тно:

— Ба­тюш­ка! Дичь приш­ла, есть на ко­го по­охо­тить­ся.

А та­мош­ний рад­жа был рак­шас. Ус­лы­шал он доч­кин крик и по­бежал схва­тить при­шель­ца. Тут рад­жа ска­зал: «Здравс­твуй, дя­дюш­ка!» — и тем се­бе жизнь спас. Раз­ве мо­жет дя­дя убить пле­мян­ни­ка или тесть зя­тя? Рак­шас ра­зоз­лился, кри­чит:

— Ка­кая же из сес­тер мо­их да­ла те­бе жизнь?

Все рав­но приш­лось им пус­тить рад­жу в дом и обой­тись с ним по-хо­роше­му. За­дума­ли они его съ­есть, ког­да он ус­нет. Ве­чером они рад­же це­лый пир за­кати­ли — что­бы он спал пок­репче — и при­нялись ви­но пить. Рад­жа сам пил и им под­бавлял, по­ка они не сва­лились. Зас­ну­ли они, а рад­жа убе­жал, еле жизнь спас.

Рак­шас прос­нулся, пог­нался за ним. Бе­жал он за ним во­семь дней и де­вять но­чей, по­ка не по­пали они к рад­же до­мой. Рад­жа вбе­жал во дво­рец — и к же­не. Про­сит спас­ти его. Она и сде­лала вид, буд­то толь­ко что ро­дила. За­коло­ли ко­зу, ок­ро­пили кровью рад­жу и зем­лю вок­руг. Взя­ла ра­ни рад­жу на ру­ки, ко­зий же­лудок бро­сили ря­дом, а кру­гом жен­щи­ны соб­ра­лись. Рак­шас при­шел, спра­шива­ет, где рад­жа, а ра­ни зап­ла­кала и го­ворит:

— Ви­дишь, у ме­ня толь­ко что сын с уса­ми ро­дил­ся, а мой рад­жа по­шел за рак­ша­сом — при­нес­ти его в жер­тву по это­му слу­чаю.

Ус­лы­хал рак­шас та­кое, ох­ва­тил его ужас, и он ушел на­зад в свое царс­тво.

С той по­ры гор­дый рад­жа боль­ше так не гор­дился. Ведь его же­на ста­ла ему вдо­бавок и ма­терью, по­тому что она ему сно­ва жизнь по­дари­ла.