Кто отец?

Не­ког­да в го­роде Кар­ка­тапу­ра пра­вил царь, звав­ший­ся Сурь­яп­рабха. Жил в его царс­тве ку­пец, имя ко­торо­му бы­ло Дха­надат­та. И ро­дилась у его же­ны Хи­рань­ява­ти дочь, ко­торую на­рек­ли Дха­нава­ти. Как-то раз слу­чилось так, что все бо­гатс­тво Дха­надат­ты по во­ле судь­бы по­гиб­ло. Он же пос­ле ра­зоре­ния, на­делав дол­гов и ис­пы­тав вся­кие зат­рудне­ния, ушел на тот свет. Тог­да по на­вету кре­дито­ра же­ну и дочь Дха­надат­ты по­сади­ли в тюрь­му, и Хи­рань­ява­ти так по­дума­ла: «Что же это я так и бу­ду жить в тюрь­ме? Возь­му-ка я Дха­нава­ти да пой­ду жить к луч­ше­му дру­гу мо­его му­жа. Он с лю­бовью и поч­те­ни­ем бу­дет ме­ня за­щищать».

Так по­дума­ла она, взя­ла дочь и, дож­давшись но­чи, сбе­жала. И встре­тил­ся ей на пу­ти, ког­да ни­кого кру­гом не бы­ло, вор. Уви­дев ее дочь, он так ска­зал:

— От­дай мне, ма­туш­ка, свою дочь! Вот ве­ликое бо­гатс­тво, возь­ми его, гос­по­жа!

Пос­лу­шала она его сло­ва и го­ворит:

— Что ты, сы­нок, ка­кой же те­бе толк, осуж­денно­му, же­нить­ся! Вор ей и от­ве­ча­ет:

— На мои день­ги, ма­туш­ка, ты выс­ва­та­ешь поч­тенно­го че­лове­ка, и дочь твоя с ним бу­дет про­водить дни в лю­бов­ных за­бавах. Ро­див­ший­ся же от не­го сын сос­лу­жит мне, ког­да я бу­ду на том све­те, хо­рошую служ­бу.

Все это Хи­рань­ява­ти выс­лу­шала, взя­ла у во­ра зо­лото и про­чие сок­ро­вища, о ко­торых он го­ворил, и от­да­ла ему в же­ны Дха­нава­ти. Пос­ле то­го, как сыг­ра­ли свадь­бу, вор от­пра­вил­ся на тот свет.

Вот приш­ла Хпрань­ява­ти с до­черью в дом муж­ни­на дру­га, жив­ше­го в Там­ра­лип­ти­ке, а он, уви­дев же­ну сво­его при­яте­ля с до­черью, вся­чес­кое поч­те­ние им вы­казал и по­ручил сво­ей суп­ру­ге за­ботить­ся о них. По по­веле­нию му­жа та от­пра­вила дочь тор­го­вать у го­род­ской сте­ны.

Од­нажды уви­дел сто­яв­шую там Дха­нава­ти не­кий брах­ман, звав­ший­ся Со­мас­ва­мин, и влю­бил­ся в нее. Дха­нава­ти же, за­метив это­го кра­сиво­го брах­ма­на, тер­за­емая лю­бовью, рас­ска­зала обо всем ма­тери. Хи­рань­ява­ти пом­ни­ла сло­ва во­ра и, вся­чес­кое ува­жение вы­казав, уго­вори­ла брах­ма­на про­дать свое се­мя, и пос­ле со­чета­ния с ним у Дха­нава­ти ро­дил­ся сын.

Хи­рань­ява­ти же яви­лась во сне бо­гиня Кать­я­яни и ска­зала:

— Для то­го, что­бы бы­ло маль­чи­ку бла­го, ты, поч­тенная, по­ложив его к цар­ским две­рям, пой­ди к ца­рю и так ему ска­жи:

«Сы­не, то­го ре­бен­ка, ко­торо­го ты се­год­ня най­дешь, сде­лай сво­им сы­ном».

И ког­да маль­чик ро­дил­ся, как ве­лела ей бо­гиня нас­чет цар­ских две­рей, так она все и сде­лала.

Царь ра­но по­ут­ру на­шел маль­чи­ка, сде­лал его сво­им сы­ном и от­дал на по­пече­ние сво­ей же­не. И сын Дха­нава­ти рос и изу­чал вся­кие на­уки и по­лити­ку, царь же дрях­лел и на­конец умер. Все со­вет­ни­ки сог­ла­сились сде­лать сы­на Дха­нава­ти ца­рем, ибо ду­мали, что это и есть сын ца­ря. Од­нажды он со­вер­шил па­лом­ни­чес­тво в Гая и, ког­да со­вер­шал жер­твоп­ри­ноше­ния, к жер­тве по­тяну­лись три ру­ки: од­на, по­мечен­ная зна­ками во­ра, дру­гая — брах­ма­на, третья — ца­ря.

Сто­ял юно­ша, а сер­дце его раз­ди­рали сом­не­ния: ко­му же от­дать по­миналь­ную жер­тву?

— Ска­жи, о царь, кто же его отец — брах­ман, вор или царь? И так от­ве­чал на это рад­жа:

— Знай, Вста­ла, вор и есть ему отец.