Семь пшеничных зерен

В рас­ска­зах, ко­торые мы слу­шали по ве­черам, соб­равшись у го­ряще­го тор­фа, для нас, де­тей, всег­да на­ходи­лось и что-то но­вое и по­учи­тель­ное.

Не­ког­да, а бы­ло это дав­нень­ко, жил в од­ной до­лине лорд-ти­ран. Он зас­тавлял ра­ботать на се­бя прос­то за гро­ши — лю­ди спи­ну на не­го гну­ли, сер­дце над­ры­вали, а он знай се­бе тол­стел да бо­гател.

И в один прек­расный день при­шел к не­му мо­лодой го­рец, прос­то­ватый та­кой, с це­пом на пле­че, и поп­ро­сил ра­боты. Лорд этот по­думал, что вот еще удоб­ный слу­чай об­вести вок­руг паль­ца прос­та­ка, и ска­зал:

— Ра­бот­ни­ков у ме­ня и так хва­та­ет, ну да лад­но, ес­ли мно­го не зап­ро­сишь, что ж, по­рабо­тай!

Па­рень от­ве­тил:

— Ес­ли я най­мусь к вам на семь лет мо­лотить и за это поп­ро­шу столь­ко пше­нич­ных зе­рен, сколь­ко слов­лю в рот из-под це­па, да еще зем­ли, что­бы по­садить эти зер­на, да те, что ро­дят­ся от них за все вре­мя на­шего уго­вора, мно­го это бу­дет, по-ва­шему, или нет?

Лорд очень хо­рошо знал при­выч­ку доб­рых па­харей ло­вить ртом зер­на, ко­торые вы­лета­ют из-под це­па, и же­вать их, по­ка идет мо­лоть­ба, и ух­ва­тил­ся за счас­тли­вый слу­чай на­нять — да еще за­даром! — на це­лых семь лет прос­та­ка, вид­но, с креп­ки­ми ру­ками, да не с креп­ким умом.

— По ру­кам, — ска­зал лен­длорд.

Что ж, за пер­вый год мо­лоть­бы па­рень сло­вил ров­но семь пше­нич­ных зе­рен. На дру­гой год — толь­ко шесть. На сле­ду­ющий год — пять. По­том че­тыре. По­том три. По­том два. А в пос­ледний год — все­го од­но зер­нышко.

Но ведь каж­дое пше­нич­ное зер­но да­ло ему Трис­та зе­рен, а по­том и трис­та раз по трис­та, так что очень ско­ро все де­сять ты­сяч ак­ров зем­ли лен­длор­да ока­зались под пше­ницей ра­бот­ни­ка. И лен­длорд уго­дил в дом приз­ре­ния, а пар­ню он за­дол­жал «зем­ли боль­ше, чем вся Ир­ландия, Ан­глия, Шот­ландия, Ис­па­ния и Фран­ция, вмес­те взя­тые!

В ста­рину го­вори­ли:

Сва­та­ет­ся к де­вуш­ке, а же­нит­ся на день­гах.