Серый человечек

В преж­нее вре­мя, лет трис­та-че­тырес­та на­зад, в Ис­ландии, в де­рев­не Скаль­голь­те, жил ста­рый кресть­янин, не­бога­тый ни умом, ни день­га­ми.

Раз пос­ле од­но­го не­удач­но­го пред­при­ятия он вел до­мой ко­рову. Путь был труд­ный. Нас­ту­пила вес­на, лед та­ял, ве­тер под­ни­мал вих­ри сне­га. Бед­няк сколь­зил на каж­дом ша­гу. Ко­рова мы­чала и ос­та­нав­ли­валась. Че­рез час ста­рик заб­лу­дил­ся и ис­пу­гал­ся, что ни­ког­да не вер­нется до­мой. Он ос­та­новил­ся, не зная, что де­лать с нес­час­тным жи­вот­ным. По­ка он сто­ял и раз­ду­мывал, к не­му по­дошел че­ловек с боль­шим меш­ком и спро­сил его, за­чем он сто­ит тут с ко­ровой, а по­том при­бавил:

— Зна­ешь что, ми­лей­ший, да­вай по­меня­ем­ся. Я жи­ву не­дале­ко, ус­ту­пи мне ко­рову (ведь те­бе не удас­тся до­вес­ти ее до­мой), я же дам те­бе ме­шок. Он не тя­жел, и в нем хо­рошие ве­щи: там толь­ко мя­со да кос­ти.

Стол­ко­вались. Встреч­ный увел ко­рову, а кресть­янин взва­лил ме­шок на пле­чи и сог­нулся под его тя­жестью. До­ма он рас­ска­зал же­не, что вы­менял ко­рову на ме­шок с сок­ро­вища­ми. Же­на рас­серди­лась, но муж поп­ро­сил ее ус­по­ко­ить­ся и ве­лел раз­вести в оча­ге огонь.

— Пос­мотри, что я при­нес, — ска­зал он, — ты ме­ня еще поб­ла­года­ришь. Он раз­вя­зал ме­шок. В ту же ми­нуту от­ту­да выс­ко­чил че­лове­чек весь в се­ром, как мышь.

— Здравс­твуй­те, доб­рые лю­ди, — про­из­нес он с гор­достью прин­ца. — Я на­де­юсь, что вы не сва­рите ме­ня, а, нап­ро­тив, да­дите мне по­есть. Я ус­тал и очень про­голо­дал­ся.

Кресть­янин так и упал на та­бурет.

— Так я и зна­ла, — ска­зала ста­руха. — Вмес­то ко­ровы, ко­торая нас кор­ми­ла, ты при­вел в дом лиш­ний рот. Луч­ше бы ты по­гиб под сне­гом.

Она еще дол­го го­вори­ла бы, ес­ли бы се­рый че­лове­чек не убе­дил ее, что сло­вами де­лу не по­можешь и что он от­пра­вит­ся за про­визи­ей. Нес­мотря на тем­но­ту, ве­тер и снег, че­лове­чек ушел и вско­ре вер­нулся с тол­стым ба­раном.

— За­режь­те его, — ска­зал он. — За­чем нам уми­рать с го­лоду!

Ста­рик и ста­руха по­коси­лись на не­го. Они чувс­тво­вали, что их стран­ный гость где-то ук­рал ба­рана. Тем не ме­нее го­лод­ные лю­ди с удо­воль­стви­ем по­ели.

С этих пор ста­рик за­жил при­пева­ючи. Че­лове­чек при­носил ба­рана за ба­раном. Но в то вре­мя как ба­раны по­яв­ля­лись в до­ме ста­рика, их де­лалось все мень­ше и мень­ше в ко­ролев­ском ста­де, ко­торое пас­лось в ок­рес­тнос­тях. Встре­вожен­ный глав­ный пас­тух до­ложил ко­ролю, что, хо­тя он хо­рошо сто­рожит ста­до, из не­го ис­че­за­ют луч­шие ба­раны. Вско­ре уз­на­ли, что в хи­жине ста­рика по­селил­ся ни­кому не зна­комый приш­лый че­ловек. Ко­роль ре­шил, что он-то и кра­дет ба­ранов, и при­казал при­вес­ти его к се­бе. Се­рый че­лове­чек спо­кой­но по­шел во дво­рец, но кресть­янин и кресть­ян­ка встре­вожи­лись.

Ког­да че­ловеч­ка при­вели во дво­рец, ко­роль спро­сил его, слы­шал ли он, что из ко­ролев­ско­го ста­да ук­ра­дено пять боль­ших ба­ранов.

— Да, Ва­ше Ве­личес­тво, — от­ве­тил се­рый че­лове­чек, — их взял я.

— А по ка­кому пра­ву? — спро­сил ко­роль.

— Ва­ше Ве­личес­тво, — от­ве­тил че­лове­чек, — я их взял по­тому, что при­ютив­шие ме­ня ста­рик и ста­руха го­лода­ли, тог­да как у вас все­го дос­та­точ­но.

Ко­роль изу­мил­ся и, вгля­дев­шись в се­рого че­ловеч­ка, ска­зал:

— Как я ви­жу, ты луч­ше все­го уме­ешь во­ровать.

Се­рый че­лове­чек скром­но пок­ло­нил­ся.

— От­лично, — ска­зал ко­роль. — Те­бя сто­ит по­весить, но я те­бя про­щу, ес­ли зав­тра к это­му ча­су ты ук­ра­дешь у мо­их пас­ту­хов чер­но­го бы­ка, ко­торо­го я при­казал им осо­бен­но бе­речь.

— Ва­ше Ве­личес­тво, это не­воз­можно. Как мне об­ма­нуть их?

— Я при­казы­ваю ук­расть бы­ка, — зак­ри­чал ко­роль.

И он от­пустил во­ра.

Се­рый че­лове­чек вер­нулся в хи­жину. Ста­рик и ста­руха лас­ко­во встре­тили его, он же поп­ро­сил их дать ему ве­рев­ку. Ему да­ли ста­рый ко­ровий не­до­уз­док, и он спо­кой­но лег спать.

Ра­но на рас­све­те се­рый че­лове­чек вы­шел, зах­ва­тив ве­рев­ку. Он от­пра­вил­ся в лес, рос­ший вдоль до­роги, по ко­торой всег­да про­ходи­ли ко­ролев­ские пас­ту­хи, и, выб­рав гро­мад­ный дуб, по­весил­ся на од­ной из его тол­стых вет­вей. По­нят­но, он сде­лал не­затяж­ную пет­лю.

Вско­ре по­яви­лись два пас­ту­ха, гнав­шие чер­но­го бы­ка.

— Ага, — ска­зал один из них. — На­шего мо­шен­ни­ка по­веси­ли. Зна­чит, не ты ук­ра­дешь чер­но­го бы­ка.

Как толь­ко пас­ту­хи скры­лись, се­рый че­лове­чек спус­тился вниз и по ко­рот­кой до­роге при­бежал к дру­гому боль­шо­му ду­бу, ко­торый рос у до­роги. Он сно­ва по­весил ве­рев­ку на сук де­рева, а сам за­цепил­ся за нее. По­дош­ли пас­ту­хи и страш­но уди­вились.

— Что это? — зак­ри­чал один из них. — Он ви­сел там, а те­перь ви­сит здесь?

— Как ты глуп, — ска­зал дру­гой, — это дру­гой вор, вот и все.

— Пов­то­ряю, что это тот же са­мый, — нас­та­ивал пер­вый пас­тух. — Он в том же платье.

— А я уве­рен, что это дру­гой. Побь­ем­ся об зак­лад.

Пер­вый сог­ла­сил­ся. Они при­вяза­ли чер­но­го бы­ка к де­реву и по­бежа­ли к пер­во­му ду­бу. В это вре­мя се­рый че­лове­чек сос­ко­чил на зем­лю и от­вел бы­ка к кресть­яни­ну.

Ста­рик и ста­руха об­ра­дова­лись. Они пос­та­вили бы­ка в хлев, ре­шив вско­ре про­дать его.

Ког­да ве­чером пас­ту­хи вер­ну­лись во дво­рец, ко­роль по их ли­цам по­нял, что се­рый че­лове­чек пе­рехит­рил их. За во­ром пос­ла­ли. Тот явил­ся.

— Это ты ук­рал мо­его бы­ка? — спро­сил ко­роль.

— Ва­ше Ве­личес­тво, — от­ве­тил че­лове­чек, — я это сде­лал в уго­ду вам.

— Прек­расно, — ска­зал ко­роль, — вот де­сять зо­лотых на вы­куп мо­его бы­ка. Но ес­ли ты че­рез два дня не ук­ра­дешь ночью прос­ты­ни с мо­ей пос­те­ли, я те­бя по­вешу.

— Ва­ше Ве­личес­тво, — ска­зал се­рый че­лове­чек. — Это не­воз­можно. Вас так хо­рошо ох­ра­ня­ют, что мне да­же не удас­тся по­дой­ти к зам­ку.

— Ис­полни мое при­каза­ние или ты по­гиб­нешь.

Ве­чером се­рый че­лове­чек, вер­нувшись в хи­жину кресть­яни­на, взял длин­ную ве­рев­ку и кор­зинку с мяг­ким мхом, по­садил в нее кош­ку с но­ворож­денны­ми ко­тята­ми, по­том в тем­но­те прос­коль­знул в за­мок и не­замет­но взоб­рался на его кры­шу.

В нес­коль­ко ми­нут лов­кий че­лове­чек про­шел на чер­дак, ак­ку­рат­но вы­пилил в по­лу от­вер­стие и че­рез не­го спус­тился в спаль­ню ко­роля. Там он ос­то­рож­но при­под­нял оде­яло и по­ложил на прос­ты­ню кош­ку с ко­тята­ми, зак­рыл оде­яло и по ве­рев­ке под­нялся на бал­да­хин. Там он си­дел и ждал.

Ча­сы на баш­не про­били один­надцать. Ко­роль и ко­роле­ва вош­ли в спаль­ню. Они по­моли­лись, и ко­роле­ва пер­вая лег­ла в пос­тель. Вдруг она зак­ри­чала и выс­ко­чила на се­реди­ну ком­на­ты.

— Что с то­бой? — спро­сил ко­роль.

— Друг мой, — от­ве­тила ко­роле­ва. — Я по­чувс­тво­вала что-то го­рячее и пок­ры­тое шерстью.

— Все жен­щи­ны — тру­сихи, — ска­зал ко­роль и през­ри­тель­но зас­ме­ял­ся. Он лег, но то­же вско­чил, как су­мас­шедший, за ним выс­ко­чила и кош­ка, ко­торая вце­пилась ему в но­гу все­ми че­тырь­мя ла­пами.

На кри­ки ко­роля к две­рям сна­ружи по­дошел ча­совой и пос­ту­чал­ся але­бар­дой, как бы спра­шивая, не нуж­на ли его по­мощь.

— Ти­ше, — ска­зал ко­роль, ко­торый не хо­тел по­казать, что он ис­пу­гал­ся.

Он вы­сек огонь из ог­ни­ва, за­жег лам­пу и уви­дел, что кош­ка сно­ва вско­чила на прос­ты­ню и ле­жала, неж­но об­ли­зывая сво­их ко­тят.

— Ну, уж это слиш­ком, — ска­зал ко­роль. Он при­под­нял угол­ки ниж­ней прос­ты­ни, за­вер­нул в нее кош­ку с ко­тята­ми, по­том обер­нул свер­ток оде­ялом и вер­хней прос­ты­ней и, сде­лав из все­го ог­ромный узел, выб­ро­сил его из ок­на.

— Те­перь, — ска­зал он ко­роле­ве, — прой­дем в твою ком­на­ту и бу­дем спать спо­кой­но.

Ко­роль зас­нул. А в это вре­мя на кры­шу взоб­рался че­ловек, при­вязал к тру­бе ве­рев­ку и спус­тился по ней во двор. Он ощупью по­ис­кал что-то, на­шел, взва­лил се­бе на спи­ну но­шу, пе­релез че­рез сте­ну и пус­тился бе­жать по сне­гу. Ес­ли ве­рить ча­совым, то ми­мо них про­бежа­ло при­виде­ние, и они слы­шали стон но­ворож­денно­го!

Прос­нувшись ут­ром, ко­роль стал раз­ду­мывать, у не­го по­яви­лось по­доз­ре­ние, что де­ло не обош­лось без се­рого че­ловеч­ка. Он пос­лал за ним.

Се­рый че­лове­чек при­шел во дво­рец и при­нес на пле­че толь­ко что выг­ла­жен­ные прос­ты­ни. Он прек­ло­нил ко­лено пе­ред ко­роле­вой и поч­ти­тель­но ска­зал ей:

— Вам из­вес­тно, Ва­ше Ве­личес­тво, что все со­вер­ше­но мною ра­ди пос­лу­шания ко­ролю. Будь­те же ми­лос­ти­вы и прос­ти­те ме­ня.

— По­жалуй, — ска­зала ко­роле­ва. — Но боль­ше не де­лай­те ни­чего по­доб­но­го, ина­че я ум­ру от стра­ха.

— А я не про­щаю, — ска­зал ко­роль. — Слу­шай, ес­ли зав­тра ве­чером ты не ук­ра­дешь ко­роле­ву из двор­ца, ты зав­тра же и бу­дешь по­вешен.

— Каз­ни­те ме­ня сей­час, Ва­ше Ве­личес­тво. Не­уже­ли вы хо­тите, что­бы я ук­рал ми­лос­ти­вую ко­роле­ву? Лег­че схва­тить зу­бами лу­ну.

— А это уже не мое де­ло, — ска­зал ко­роль.

Се­рый че­лове­чек ушел. Он зак­ры­вал ли­цо ру­ками и ры­дал.

Ког­да спус­ти­лись су­мер­ки, в за­мок при­шел мо­нах ка­пуцин с чет­ка­ми в ру­ках, с меш­ком на спи­не и с опу­щен­ным на ли­цо ка­пюшо­ном. Он по сво­ему обык­но­вению про­сил по­да­яния на мо­нас­тырь. Ко­роле­ва да­ла ему де­нег, и он ска­зал ей:

— Ко­роле­ва, я сей­час наг­ра­жу вас. Как вам из­вес­тно, зав­тра в зам­ке по­весят нес­час­тно­го и, ко­неч­но, не­винов­но­го че­лове­ка.

— Ах, — ска­зала ко­роле­ва, — я очень хо­тела бы его спас­ти!

— Это не­воз­можно, — от­ве­тил мо­нах, — но че­ловек этот — кол­дун, и пе­ред смертью он мог бы сде­лать вам прек­расный по­дарок. Я знаю, что у не­го есть три за­меча­тель­ные тай­ны. Од­ной из них он мо­жет по­делить­ся с той, ко­торая по­жале­ла его.

— А ка­кие это тай­ны? — спро­сила ко­роле­ва.

— Бла­года­ря пер­вой из них, — от­ве­тил ка­пуцин, — же­на зас­тавля­ет му­жа де­лать все, что ей угод­но.

— Ну, это нет­рудно, — за­мети­ла ко­роле­ва. — А вто­рая?

— Вто­рая тай­на да­ет муд­рость и доб­ро­ту.

— Это прек­расно, — рас­се­ян­но за­мети­ла ко­роле­ва. — А третья?

— Третья, — про­из­нес ка­пуцин, — да­ет жен­щи­не, об­ла­да­ющей ею, нес­равнен­ную кра­соту и дар нра­вить­ся до пос­ледне­го дня жиз­ни.

— Вот этот сек­рет я хо­чу знать, — ска­зала ко­роле­ва.

— Это прос­то, — про­дол­жал мо­нах. — Нуж­но толь­ко, что­бы кол­дун, по­ка он еще на сво­боде, взял ва­ши две ру­ки и три ра­за по­дул вам на во­лосы.

— Пусть он при­дет сю­да, — ска­зала ко­роле­ва, — по­зови­те его.

— Нет, — воз­ра­зил ка­пуцин. — Ко­роль стро­го-нас­тро­го зап­ре­тил впус­кать его в за­мок. Ес­ли он при­дет сю­да, его тот­час же схва­тят.

— А мне ко­роль зап­ре­тил вы­ходить до зав­траш­не­го ве­чера.

— До­сад­но, — ска­зал мо­нах. — При­дет­ся вам от­ка­зать­ся от это­го сок­ро­вища, а меж­ду тем как бы­ло бы при­ят­но ни­ког­да не ста­рить­ся, веч­но ос­та­вать­ся мо­лодой, кра­сивой, лю­бимой.

— Да, да, ко­роль пос­ту­пил нес­пра­вед­ли­во, зап­ре­тив мне вы­ходить. Но да­же ес­ли я за­хочу ос­лу­шать­ся его, ме­ня не вы­пус­тит стра­жа.

— Ка­кое вар­варс­тво! Бед­ная ко­роле­ва! Не под­да­вай­тесь же тре­бова­ни­ям ко­роля. Пос­ту­пай­те так, как вам хо­чет­ся.

— А как же сде­лать это? — спро­сила ко­роле­ва.

— Сядь­те в ме­шок, я вас вы­несу из двор­ца. И че­рез пять­де­сят лет, уви­дя, что вы так же кра­сивы и так же све­жи, как се­год­ня, вы пох­ва­лите се­бя за то, что не пос­лу­шались ко­роля.

— По­жалуй, — ска­зала ко­роле­ва, — но это не ло­вуш­ка?

— О нет, — от­ве­тил мо­нах. — Кро­ме то­го, по­ка нес­час­тный бу­дет с ва­ми, я не отой­ду от вас.

— И вы ме­ня вер­не­те об­ратно в за­мок?

— Кля­нусь!

Ко­роле­ва храб­ро влез­ла в ме­шок. Ка­пуцин за­тянул за­вяз­ки, взва­лил ме­шок на спи­ну и мед­ленно по­шел че­рез двор. По до­роге он встре­тил ко­роля, де­лав­ше­го об­ход.

— Как я ви­жу, вы наб­ра­ли мно­го доб­ра, — ска­зал ко­роль.

— Ва­ше Ве­личес­тво, — от­ве­тил мо­нах, — ва­ша ми­лость не­ис­то­щима, по­жалуй, я зло­упот­ребляю ва­шей доб­ро­той. Мо­жет быть, луч­ше ос­та­вить этот ме­шок вмес­те со всем, что в нем ле­жит?

— Нет-нет, — ска­зал ко­роль, — уно­сите все!

И мо­нах ушел.

Поз­во­нили к ужи­ну. Ко­роль во­шел в сто­ловую, по­тирая ру­ки, у не­го был хо­роший ап­пе­тит.

— Ко­роле­ва еще не приш­ла? — спро­сил он, — а впро­чем, не уди­витель­но, жен­щи­ны всег­да не­точ­ны.

Он хо­тел сесть за стол, но три сол­да­та, скрес­тив але­бар­ды, втол­кну­ли в сто­ловую се­рого че­ловеч­ка.

— Ко­роль, — ска­зал один из страж­ни­ков. — Он ос­ме­лил­ся вой­ти во двор зам­ка, нес­мотря на ва­ше зап­ре­щение! Мы тот­час же по­веси­ли бы его, но он уве­ря­ет, буд­то он го­нец ко­роле­вы.

— Ко­роле­вы? — зак­ри­чал ко­роль. — Где же она?

— Я ее ук­рал, — хо­лод­но ска­зал се­рый че­лове­чек.

— Но как? — спро­сил ко­роль.

— Ко­роль, — от­ве­тил се­рый че­лове­чек, — ка­пуцин, ко­торо­му Ва­ше Ве­личес­тво из­во­лили ска­зать: «Уно­си все…»

— Был ты? — ска­зал ко­роль, — зна­чит, для те­бя нет ни­чего не­воз­можно­го? На днях ты ук­ра­дешь ме­ня и вдо­бавок мое ко­ролевс­тво!?

— Ко­роль, я при­шел про­сить у вас боль­ше­го.

— Ты ме­ня пу­га­ешь. Кто же ты? Вол­шебник?

— Нет, Ва­ше Ве­личес­тво. Я прос­то ко­роль Хо­лара. У вас есть дочь. Дур­ная по­года зас­та­вила ме­ня и мо­его штал­мей­сте­ра ук­рыть­ся в до­ме свя­щен­ни­ка в де­рев­не Скаль­гольт. По до­роге от­ту­да я встре­тил глу­пого кресть­яни­на и слу­чай­но сыг­рал ту роль, ко­торую вы зна­ете. Впро­чем, все это я сде­лал в уго­ду Ва­шему Ве­личес­тву.

— От­лично, — ска­зал ко­роль. — Я по­нимаю или, вер­нее, ни­чего не по­нимаю. Все рав­но. Мне при­ят­нее, что­бы вы бы­ли мо­им зя­тем, чем мо­им со­седом. Как толь­ко ко­роле­ва вер­нется…

— Ва­ше Ве­личес­тво, она, ве­ро­ят­но, уже здесь. Мой штал­мей­стер обе­щал про­водить ее до двор­ца.

Вско­ре вош­ла ко­роле­ва, нем­но­го сму­щен­ная сво­ей оп­лошностью, од­на­ко она ско­ро уте­шилась, уз­нав, что та­кой лов­кий че­ловек сде­ла­ет­ся ее зя­тем.

— Ну а зна­мени­тая тай­на? — ше­потом спро­сила она у се­рого че­ловеч­ка.

— Сек­рет ос­тать­ся веч­но кра­сивой, — ска­зал се­рый ко­роль, — всег­да быть лю­бимой.

— А как быть всег­да лю­бимой? — спро­сила ко­роле­ва.

— Быть всег­да доб­рой и прос­той.

— И он ос­ме­лил­ся наз­вать се­бя кол­ду­ном! — зак­ри­чала ко­роле­ва.

Пош­ли ужи­нать.

Тут окан­чи­ва­ет­ся ис­то­рия ко­роля Хо­лара. Од­на­ко мы зна­ем, что он нас­ле­довал сво­ему тес­тю и сде­лал­ся ве­ликим ко­ролем и за­во­ева­телем.