Казак и судьбина

Жил-был Ка­зак. Скуч­но ему до­ма си­деть. Том­но. Вот ре­шил он бе­лый свет пог­ля­деть да се­бя по­казать. Осед­лал ко­ня и по­ехал.

Ехал-ехал. Ви­дит, на пе­рек­рес­тке трех до­рог ка­бак сто­ит. «Зай­ду, – ду­ма­ет, – пе­редох­ну пе­ред даль­ней до­рогой». Сел за стол.

По­ел-по­пил. Ви­дит, к не­му ста­рик под­са­жива­ет­ся. Пос­мотрел на не­го Ка­зак, вро­де как где-то ви­дались. И спра­шива­ет:

– Не зна­ком­цы ли мы с то­бой? А ста­рик от­ве­ча­ет:

– Я – Судь­би­на твоя.

Смот­рит Ка­зак на Судь­би­ну свою, раз­гля­дыва­ет. Се­дой, ста­ростью скрю­чен­ный… На ли­це шра­мов не счесть. Из мут­ных глаз сле­зы то­чат­ся. За­ныло сер­дце у Ка­зака. Страш­но ста­ло.

Судь­би­на ус­ме­ха­ет­ся:

– Вишь, – го­ворит, – Ка­зачок, что те­бя впе­реди ждет. Мой те­бе со­вет – воз­вертай­ся до­мой, а то пло­хо те­бе бу­дет. Мно­го го­ря при­мешь.

Рас­ста­лись они. По­ехал Ка­зак до­мой. Рас­тре­вожил ду­шу Судь­би­на. «Ох, – го­ворит, – не бу­дет мне по­коя до­ма. Дол­жон я знать, что ме­ня в этой жиз­ни ожи­да­ет». Раз­вернул ко­ня и по­ехал ку­да гла­за гля­дят, лишь бы от до­ма по­даль­ше.

Мно­го вре­мени с тех пор прош­ло. Сос­та­рил­ся Ка­зак, чувс­тву­ет, что жизнь в кон­цу под­хо­дит. «За­еду, – ду­ма­ет, – в тот ка­бак, где Судь­би­ну встре­тил». Че­рез по­рог пе­рес­ту­пил, глядь, а тот уже в ка­бач­ке си­дит, ждет-под­жи­да­ет.

Вы­пили они за встре­чу.

– Ну что, Ка­зачок, – го­ворит Судь­би­на, – по­нюхал, по­чем фунт ли­ха?

Ка­зак го­ловой ки­ва­ет, сог­ла­ша­ет­ся.

– Да, – го­ворит, – твоя прав­да бы­ла, мно­го го­ря при­нял.

– Не жа­ле­ешь, что ме­ня не пос­лу­шал?

– Нет, – го­ворит Ка­зак, – не жа­лею, что ж о про­житой жиз­ни жал­ко­вать. И вздох­нул. А Судь­би­на даль­ше пы­та­ет.

– А ес­ли б, – го­ворит, за­ново жизнь по­вер­нуть, сог­ла­сил­ся бы? Ка­зак по­думал.

– Нет, – го­ворит, – не сог­ла­сил­ся бы. Моя жизнь мной про­жита.

И вы­пили они по вто­рой рю­моч­ке.

Ди­вят­ся на них лю­ди, ду­ма­ют, что род­ные братья бе­седу ве­дут, до то­го по­хожи. Пос­мотрел Ка­зак на Судь­би­ну вни­матель­но и ус­мехнул­ся. Судь­би­не это не по нра­ву.

– Ты, – го­ворит, – что ус­ме­ха­ешь­ся. Ес­ли есть что на ду­ше, ска­жи, не дер­жи.

– Гла­за у те­бя, – го­ворит Ка­зак, – све­том пол­ны, не то что да­веча. Вот я и сме­каю, знать, и мне в этой жиз­ни уда­ча бы­ла.

По­мол­чал Судь­би­на и го­ворит:

– На этот раз прав­да твоя, Ка­зак. Жил ты по со­вес­ти.

И вы­пили они по треть­ей рю­моч­ке.