Козел – грамотей

В од­ном се­ле жил знат­ный и сер­ди­тый-пре­сер­ди­тый ба­рин. Был он, как и все его кре­пос­тные му­жики, нег­ра­мотен. Один лишь му­жичок хо­дил на за­работ­ки в Мос­кву, что­бы ба­рину зап­ла­тить об­рок, и вы­учил­ся там гра­моте. Об этом ба­рин уз­нал. До­сад­но ему, что кре­пос­тной му­жичок стал ум­нее его. По­думал сам бы­ло по­учить­ся гра­моте, но лень его одо­лела. Пе­реду­мал: не дво­рян­ское де­ло – си­деть с кни­гой. Воз­не­нави­дел ба­рин му­жич­ка-гра­мотея, стал при­тес­нять его вся­чес­ки. Раз зо­вет к се­бе, го­ворит:

– Зна­ешь что, гра­мотей, вот есть у ме­ня ко­зел Вась­ка, возь­ми к се­бе его, гра­моте обу­чи. Вы­учит­ся, ста­нет чи­тать кни­ги, бу­дет ме­ня по­тешать. Сро­ку даю те­бе две не­дели, не вы­учишь, – ба­рин тут стро­го пос­мотрел на му­жич­ка-гра­мотея, – пе­няй на се­бя, от­ве­да­ешь тог­да пле­тей до­сыта.

Му­жичок и ту­да, и сю­да, а де­лать не­чего. Взял коз­ла Вась­ку с бар­ско­го дво­ра и по­вел. При­вел до­мой, в са­рай пос­та­вил, сам во­шел в ха­ту, сел под окош­ком, си­дит. При­горю­нил­ся, же­на пог­ля­дела на не­го, спра­шива­ет:

– Что же это ты, му­женек, грус­тный та­кой си­дишь, скуч­ный – или ка­кое боль­шое го­ре-нес­частье у те­бя слу­чилось?

Тя­жело вздох­нул му­жичок-гра­мотей да и го­ворит:

– Раз­ве это не го­ре, раз­ве это не нес­частье: ба­рин при­казал мне коз­ла гра­моте обу­чить. Сро­ку дал две не­дели. Ес­ли не вы­учу, бу­дет по­роть ме­ня плеть­ми.

Улыб­ну­лась же­на.

– Не­вели­ко твое го­ре-нес­частье. Я тво­ей бе­де мо­гу по­собить. Обу­чу в три дня коз­ла Вась­ку гра­моте.

На дру­гой день за­те­яла она бли­ны. На­пек­ла их це­лую сто­пу. Взя­ла кни­гу, пос­ле каж­до­го лис­та по бли­ну по­ложи­ла. По­ложи­ла и ну пот­че­вать коз­ла. Ко­зел сож­рет блин и за­орет: ме-ме-э-э! ме-ме-э-э! Так за три дня вы­учи­ла она коз­ла Вась­ку лис­тать кни­гу и орать: ме-ме-э-э! ме-ме-э-э! Буд­то по скла­дам вы­учил­ся чи­тать.

– Ну, – го­ворит же­на му­жу, – ве­ди коз­ла к ба­рину. Ви­дишь – гра­мот­ным стал.

По­вел коз­ла Вась­ку му­жичок-гра­мотей в бар­ские хо­ромы. При­вел. Ба­рин спра­шива­ет у не­го:

– Ну что? Обу­чил уже гра­моте мо­его коз­ла?

– Обу­чил, – от­ве­ча­ет му­жичок-гра­мотей.

Ба­рин тут рас­по­рядил­ся, что­бы слу­ги по­дали боль­шую и тол­стую кни­гу. По­ложи­ли пе­ред коз­лом. И как толь­ко уви­дел ко­зел Вась­ка кни­гу, гла­за вы­пучил, ле­зет, язы­ком хва­та­ет лис­ты и орет: ме-ме-э-э! ме-ме-э-э!

Ба­рин уди­вил­ся, ко­зел и вправ­ду гра­моте обу­чен. Вот толь­ко ра­зоб­рать не мо­жет, про что он это чи­та­ет, и поб­ли­же под­ви­нул­ся к не­му.

А ко­зел Вась­ка в боль­шой и тол­стой кни­ге все стра­ницы пе­релис­тал, не на­шел бли­нов. Осер­чал, пог­ля­дел по сто­ронам, на ба­рина по­косил­ся да как ро­гами ему даст изо всех сил в тол­стое брю­хо. Ба­рин не ус­то­ял на но­гах, на­земь по­валил­ся. Слу­ги под ру­ки под­хва­тили, под­ня­ли.

Ба­рин ра­зоз­лился на му­жич­ка-гра­мотея.

– По­роть его! Он обу­чил мо­его коз­ла не толь­ко гра­моте, но и не­покор­ности. Са­ми ви­дите, он чуть нас­мерть не убил ме­ня.

Му­жич­ка-гра­мотея тут же взя­ли под бе­лые руч­ки, всы­пали пле­тей так, что он прох­во­рал це­лый ме­сяц. Но на этом ба­рин не ус­по­ко­ил­ся, гро­зил­ся его в ко­нец сжить с бе­лого све­та. Да толь­ко не приш­лось ему ис­полнить сво­его обе­щания: ведь не все бы­ва­ет по бар­ско­му хо­тению. Вско­ре к не­му в гос­ти по­жало­вал Емель­ян Ива­нович Пу­гачев. А с кресть­ян­ски­ми обид­чи­ками раз­го­вор бы­вал всег­да у не­го ко­рот­ким – пет­лю на шею да на оси­ну, что по­выше да по­надеж­нее.