Жалоба на сову

Соб­рался ста­нич­ный ата­ман пос­мотреть та­бун­ный рас­ход, про­верить, как па­сут­ся там ко­сяки ло­шадей. Рас­по­рядил­ся, и тут же по­дали ему трой­ку ло­шадей. Ска­чет по до­роге – пыль клу­бами, бу­бен­цы за­лива­ют­ся на раз­ные го­лоса. До та­бун­но­го рас­хо­да бы­ло два де­сят­ка верст, но ата­ман враз до не­го до­катил. С до­роги от­дохнуть взду­мал, по­лость ра­зос­тлал под ду­бовым кус­тиком, вы­пив­ку и за­кус­ку раз­ло­жил, до са­мого ве­чера прохлаж­дался. А как се­ло сол­нце, то при­казал соб­рать весь та¬бун, охо­та пос­мотреть ему на ко­ней, как они выг­ля­дят.

Быс­тро соб­ра­ли та­бун­щи­ки ло­шадей к ду­бово­му кус­тику, где на по­лос­ти, по­доб­рав под се­бя по-ту­рец­ки но­ги, сидел ата­ман. Тут же сто­яла и его трой­ка.

Ата­ман пог­ля­дыва­ет на ло­шадей, а в это вре­мя вдруг поб­ли­зос­ти в ди­ком ви­шен­ни­ке как за­орет, за­уха­ет со­ва. У ата­мана от не­ожи­дан­ности гла­за по­лез­ли на лоб, он как гар­кнет на та­бун­щи­ков:

– Это что тут у вас за бес­по­ряд­ки!

Та­бун­щи­ки оро­бели, ата­мана ис­пу­гались, ни жи­вы, ни мер­твы сто­ят. Один лишь ос­ме­лил­ся и еле-еле вы­гово­рил:

– Ва­ше бла­горо­дие, гос­по­дин ста­нич­ный ата­ман, это тут та­кая у нас пти­ца – со­ва.

– Гнать ее вон!

Та­бун­щи­ки ра­ды ста­рать­ся, тут же ки­нулись к ди­кому ви­шен­ни­ку и ну шу­гать со­ву. Она вы­лете­ла и да­вай над табу­ном из сто­роны в сто­рону ша­рахать­ся. Та­бун от нее в раз­ные сто­роны, ни од­ной ло­шади не ос­та­лось. Ата­ман­ская трой­ка хва­тила так, что ее толь­ко и ви­дели. Приш­лось атама­ну в ста­ницу со сво­им ям­щи­ком ид­ти пеш­ком. Явил­ся до­мой ата­ман. От ата­ман­ши, что­бы она не до­куча­ла ему, в гор­ни­це за­пер­ся и на­чал пи­сать жа­лобу на со­ву:

«Его пре­вос­хо­дитель­ству гос­по­дину ок­ружно­му ата­ману».

Пос­та­вил точ­ку, по­думал и даль­ше стро­чить при­нял­ся:

«Все­покор­ней­ше про­шу вас, ва­ше пре­вос­хо­дитель­ство, прив­лечь к от­ветс­твен­ности и су­рово на­казать пас­кудную пти­цу со­ву, про­жива­ющую на та­бун­ном рас­хо­де на­шей ста­ницы, так как у нас эта пти­ца на­руша­ет по­рядок, оскор­бля­ет мое ата­ман­ское дос­то­инс­тво. Она ис­пу­гала мою трой­ку, так что та ус­ка­кала от ме­ня в ста­ницу. Мне пришлось уни­зить­ся и ид­ти двад­цать верст пеш­ком с ям­щи­ком. По­это­му про­шу по­кор­ней­ше не от­ка­зать в этой мо­ей прось­бе».

Ата­ман нас­тро­чил свою жа­лобу, под­пи­сал, вло­жил в пакет. Боль­шой сур­гучной пе­чатью за­печа­тал. Клик­нул конно-на­роч­но­го, от­дал ему и при­казал, не жа­лея ко­ня, тут же ска­кать в ок­ружную ста­ницу.

Так-то вот пи­сал ста­нич­ный ата­ман жа­лобу ок­ружно­му на со­ву – пти­цу кра­моль­ную и злов­редную.