Сказка про теленка пестренка

Дав­ным-дав­но жи­ла в де­рев­не ста­рая ста­руха. Од­на-оди­нешень­ка в це­лом све­те — не бы­ло у нее ни сы­на, ни доч­ки, толь­ко те­ленок-пес­тре­нок. И хо­дила ста­руха за те­лен­ком, слов­но за вну­чон­ком.

Вста­нет по­ут­ру, ле­пешек мас­ле­ных на­печет. Ле­пеш­ки те­лен­ку на рож­ки по­весит, к за­ду тор­бу ему при­вяжет. И пус­тит те­лен­ка в го­ры — пусть се­бе ест ле­пеш­ки да хво­рост ло­мать не за­быва­ет. А к ве­черу, не ус­пе­ет сол­нышко сесть, те­ленок до­мой бе­жит, пол­ную тор­бу хво­рос­та не­сет.

Но как-то раз се­ло сол­нышко за го­ры, а те­ленок-пес­тре­нок все не идет да не идет. Ждет не дож­дется его ста­рая, не зна­ет, что и ду­мать. Вот уж не­бо чер­ным ста­ло, а те­лен­ка все нет да нет. Не дож­дать­ся, вид­но, ста­рухе сво­его лю­бим­ца. Взя­ла она клю­ку и пош­ла в го­ры ис­кать. Вдруг за­яц ей повс­тре­чал­ся. Спра­шива­ет его ста­руха:

— Ска­жи, доб­рый зай­чик, не ви­дал ли ты где мо­его те­лен­ка-пес­трен­ка?

— Тво­его те­лен­ка-пес­трен­ка ведь­ма съ­ела, а ночью при­дет те­бя заг­ры­зет.

Ис­пу­галась тут ста­руха, зак­ру­чини­лась. Да де­лать не­чего, зап­ла­кала, до­мой пош­ла. Се­ла у во­рот, сле­зы ль­ет. Пла­чет ста­рая, а тос­ка все силь­ней сер­дце гло­жет. Ус­лы­хали лю­ди, как ста­руха уби­ва­ет­ся, то­го и гля­ди са­ми зап­ла­чут. Шел ми­мо бра­тец ши­ло и спра­шива­ет:

— Ба­буш­ка, а ба­буш­ка, ты что при­горю­нилась?

— Мо­его те­лен­ка-пес­трен­ка злая ведь­ма съ­ела, а ночью при­дет, ме­ня заг­ры­зет!

— Не бой­ся, ба­буш­ка! Я ночью при­бегу, бе­ду от­ве­ду!

Шла ми­мо сес­три­ца ко­люч­ка и спра­шива­ет:

— Ба­буш­ка, а ба­буш­ка, ты что зак­ру­чини­лась?

— Мо­его те­лен­ка-пес­трен­ка злая ведь­ма съ­ела, а ночью при­дет, ме­ня заг­ры­зет!

— Не бой­ся, ба­буш­ка. Я ночью при­бегу, бе­ду от­ве­ду!

Ка­тилась ми­мо те­туш­ка ку­риное я­ич­ко, под­ка­тилась и спра­шива­ет:

— Ба­буш­ка, а ба­буш­ка, ты что пла­чешь?

— Мо­его те­лен­ка-пес­трен­ка злая ведь­ма съ­ела, а ночью при­дет, ме­ня заг­ры­зет.

— Не бой­ся, ба­буш­ка, я ночью при­бегу, бе­ду от­ве­ду!

Ска­кала ми­мо те­туш­ка ля­гуш­ка, прис­ка­кала, спра­шива­ет:

— Ба­буш­ка, а ба­буш­ка, ты что так уби­ва­ешь­ся?

— Мо­его те­лен­ка-пес­трен­ка злая ведь­ма съ­ела, а ночью при­дет, ме­ня заг­ры­зет!

— Не бой­ся, ба­буш­ка, я ночью при­бегу, бе­ду от­ве­ду!

Шле­пал ми­мо бра­тец ко­ровий на­воз, спра­шива­ет:

— Ба­буш­ка, а ба­буш­ка, ты что при­горю­нилась?

— Мо­его те­лен­ка-пес­трен­ка злая ведь­ма съ­ела, а ночью при­дет, ме­ня заг­ры­зет!

— Не бой­ся, ба­буш­ка, я ночью при­бегу, бе­ду от­ве­ду!

Ка­тил­ся ми­мо дя­дюш­ка ка­мен­ный ка­ток, под­ка­тил и спра­шива­ет:

— Ба­буш­ка, а ба­буш­ка, ты че­го за­тужи­ла?

— Мо­его те­лен­ка-пес­трен­ка злая ведь­ма съ­ела, а ночью при­дет, ме­ня заг­ры­зет!

— Не бой­ся, ба­буш­ка, я ночью при­бегу, бе­ду от­ве­ду!

А вре­мя меж­ду тем к но­чи бли­зилось, и ста­ли они меж­ду со­бой со­вет дер­жать. Бра­тец ши­ло к ста­рухе за по­яс спря­тал­ся, сес­три­ца ко­люч­ка за лам­пой схо­рони­лась, те­туш­ка ку­риное я­ич­ко в печ­ку за­кати­лась, те­туш­ка ля­гуш­ка в чан с во­дой прыг­ну­ла, дя­дюш­ка ка­ток над при­толо­кой при­та­ил­ся, а мень­шо­му брат­цу ко­ровь­ему на­возу де­вать­ся не­куда, так он пря­мо на зем­лю плюх­нулся.

Приш­ла злая ведь­ма, в дом вва­лилась, го­ворит:

— Ста­руха, а ста­руха, сей­час я те­бя съ­ем, да вот с че­го на­чать, не знаю.

От­ве­ча­ет ей ста­руха:

— А ты с жи­вота на­чинай!

Хо­тела ведь­ма за жи­вот ух­ва­тить­ся, да не тут-то бы­ло! Бра­тец ши­ло как пыр­нет ее в бок!

— Ой, у те­бя на жи­воте ши­пы рас­тут!

— Тог­да с го­ловы на­чинай!

— На го­лове во­лосы рас­тут.

— А ты их выр­ви! Толь­ко преж­де лам­пу заж­ги!

Хо­тела ведь­ма лам­пу за­жечь, а сес­три­ца ко­люч­ка как вопь­ет­ся ей в ру­ку! По­бежа­ла ведь­ма к печ­ке ог­ня до­быть да пос­ве­тить, а те­туш­ка ку­риное я­ич­ко гла­за ей за­лепи­ла. Доб­ра­лась до ча­на во­ды за­чер­пнуть, а те­туш­ка ля­гуш­ка хвать ее за нос. Ис­пу­галась ведь­ма, хо­тела убе­жать, да пос­коль­зну­лась на ко­ровь­ем на­возе. Тут дя­дюш­ка ка­ток по­дос­пел да и при­давил злую ведь­му. Пусть зна­ет, как чу­жих те­лят есть!