Как Ённи от мачехи спаслась

Жи­ла в дав­ние вре­мена де­вуш­ка-кра­сави­ца, и зва­ли ее Ён­ни. Ли­чико яр­кая лу­на, гла­за — свер­ка­ющие звез­ды. Од­на бе­да — бы­ла Ён­ни пад­че­рицей. И уж так над ней из­мы­валась ма­чеха, так ее му­чила, что и ска­зать труд­но. Зас­тавля­ла са­мую гряз­ную ра­боту по до­му де­лать. Кра­сивая чис­тая одеж­да Ён­ни изор­ва­лась, рас­тре­пались длин­ные ко­сы, слов­но гнез­до со­роки ста­ли.

Как-то зи­мой, в лю­тый хо­лод, ве­лела ма­чеха Ён­ни в го­ры пой­ти да съ­едоб­ных рас­те­ний соб­рать. Но раз­ве най­дешь их зи­мой? Идет Ён­ни в од­ном плать­иш­ке, не да­ла ма­чеха теп­лой оде­жон­ки. Ищет под сне­гом тра­вы — ни­чего не мо­жет най­ти. Сне­га вы­ше го­ловы на­вали­ло. Ко­роток зим­ний день. Уже и ночь нас­ту­пила. Ста­ла Ён­ни мес­то ис­кать, где бы за­ноче­вать. Вдруг смот­рит — боль­шие во­рота. Вош­ла де­вуш­ка за во­рота. А там ши­рокое-пре­широ­кое по­ле, пос­ре­ди дом сто­ит. Вы­сокий, кра­сивый. Пос­ту­чалась де­вуш­ка. На стук юно­ша вы­шел и лас­ко­во так спра­шива­ет:

— Ты как здесь очу­тилась, кра­сави­ца? Мо­жет, в бе­ду по­пала, по­мочь те­бе на­до?

Рас­ска­зала юно­ше Ён­ни про свое го­ре. По­жалел ее юно­ша, по­бежал в по­ле, це­лую охап­ку све­жего рап­са при­нес. Пок­ло­нилась де­вуш­ка юно­ше, уж и не зна­ет, как бла­года­рить. Ухо­дить соб­ра­лась, а юно­ша ей и го­ворит:

— Ты еще сю­да при­ходи. При­дешь, нап­ро­тив во­рот стань и по­зови: «Ива, Ива, Иво­вый лис­ток! Это я, Ён­ни, приш­ла, от­крой во­рота». Я и вый­ду.

Ска­зал так юно­ша, дал Ён­ни три бу­тылоч­ки: од­ну бе­лую, дру­гую — крас­ную, третью — си­нюю, и на­казал:

— Бе­реги их. Мо­жет, сго­дят­ся. Из бе­лой наль­ешь — мя­со на кос­тях на­рас­тет. Из крас­ной наль­ешь — по жи­лам кровь по­течет. Из си­ней наль­ешь мер­тво­го к жиз­ни вер­нешь.

Ут­ро нас­та­ло. Вер­ну­лась Ён­ни до­мой. Ви­дит ма­чеха: Ён­ни рапс при­нес­ла, гла­зам сво­им не ве­рит. Сно­ва ве­лит Ён­ни в го­ры ид­ти. И во вто­рой раз при­нес­ла Ён­ни рапс. Ма­чеха в тре­тий раз Ён­ни в го­ры от­пра­вила, а са­ма за ней сле­дом пош­ла. Ви­дит: Ён­ни у во­рот ос­та­нови­лась, зо­вет: «Ива, Ива, Иво­вый лис­ток! Это я, Ён­ни, приш­ла, от­крой во­рота». Вы­шел юно­ша, за во­рота Ён­ни по­вел. Выш­ла Ён­ни, це­лую охап­ку све­жего рап­са не­сет. По­бежа­ла ма­чеха до­мой, рань­ше Ён­ни вер­ну­лась.

Приш­ла Ён­ни, а ма­чеха на нее на­пус­ти­лась:

— Ты тай­ком к пар­ню бе­га­ешь! Я все знаю.

Мол­чит Ён­ни. Раз­ве оп­равда­ешь­ся пе­ред ма­чехой? И от­цу не по­жалу­ешь­ся, жал­ко его.

Ут­ром ре­шила ма­чеха са­ма от­пра­вить­ся в го­ры. По­дош­ла к во­ротам, зо­вет:

— Ива, Ива, Иво­вый лис­ток! Это я, Ён­ни, приш­ла, от­крой во­рота.

Вы­шел юно­ша, спра­шива­ет:

— Кто ты?

Ни­чего не от­ве­тила ма­чеха, ки­нулась на юно­шу и уби­ла. Пос­ле дом по­дож­гла и по­ле, все вок­руг по­лома­ла, сок­ру­шила.

На дру­гой день пос­ла­ла ма­чеха Ён­ни за рап­сом. По­дош­ла де­вуш­ка к во­ротам, за­вет­ные сло­ва про­из­несла. Толь­ко ник­то ей не от­ве­тил. Вош­ла де­вуш­ка за во­рота, смот­рит — от до­ма од­ни ру­ины ос­та­лись, по­ле все вы­горе­ло, на зем­ле кос­точки юно­ши ва­ля­ют­ся.

Не вы­дер­жа­ла де­вуш­ка, горь­ко зап­ла­кала. И вдруг про бу­тылоч­ки вспом­ни­ла, те, что ей юно­ша дал. Соб­ра­ла Ён­ни кос­точки юно­ши, брыз­ну­ла на них из бе­лой бу­тылоч­ки — на­рос­ло на кос­точках мя­со. Брыз­ну­ла она из крас­ной бу­тылоч­ки — по­тек­ла кровь по жи­лам. Брыз­ну­ла она из си­ней бу­тылоч­ки — юно­ша ожил, гла­за от­крыл, улыб­нулся.

— Я — слу­га Не­бес­но­го ко­роля, — го­ворит. — По­сылаю на Зем­лю дождь. По­велел мне мой гос­по­дин на Зем­лю спус­тить­ся, те­бя спас­ти. Вот и по­се­ял я зи­мой рапс, а по­ле по­ливал ве­сен­ни­ми дож­дя­ми. Я спас те­бя, и те­перь мне по­ра воз­вра­тить­ся на Не­бо. Я возь­му те­бя с со­бой, и ты ста­нешь мо­ей не­вес­той. Ле­тим же!

С эти­ми сло­вами юно­ша взял Ён­ни за ру­ку, и они по ра­дуге под­ня­лись на Не­бо.