Лев и мышь

Жи­ли ког­да-то по со­седс­тву лев — па­дишах зве­рей и ма­лень­кая мышь. Лев был гор­дый и важ­ный. Гу­ляя по ле­су, он ни­кого не за­мечал, ни­кому на пок­лон не от­ве­чал. Ма­лень­кая мышь уви­дит, что со­сед ми­мо идёт, пос­пе­шит навс­тре­чу, что­бы поз­до­ровать­ся, пе­реки­нуть­ся сло­вом.

«Не к ли­цу мне, ве­лико­му па­диша­ху зве­рей, с ка­кой-то мышью бе­седо­вать», — ду­мал про се­бя лев, от­во­рачи­вал­ся и про­ходил ми­мо. Обид­но бы­ло мы­ши, что со­сед та­кой неп­ри­вет­ли­вый. Не ста­ла она боль­ше вы­ходить ему навс­тре­чу.

Вдруг од­нажды лев ку­да-то про­пал. Про­ходит день, про­ходит дру­гой — не по­яв­ля­ет­ся он на тро­пин­ке, по ко­торой гу­лять лю­бил. «Дол­жно быть, за­болел мой со­сед», — по­дума­ла мышь. И на тре­тий день ре­шила про­ведать со­седа: «Хоть он и неп­ри­вет­ли­вый, но не ос­тавлять же его в бе­де».

По­бежа­ла она по ле­су к его до­му и вдруг слы­шит — кто-то не­пода­лёку сто­нет. Выш­ла на по­ляну и уви­дела ль­ва. Он ле­жал на тро­пин­ке и сто­нал. Его пе­ред­няя ла­па бы­ла креп­ко За­жата в же­лез­ном кап­ка­не. Ис­ху­дал ве­ликий лев, вся спи­на, все ла­пы в сса­динах и ца­рапи­нах: дол­го он рвал­ся из кап­ка­на, но так и не мог выр­вать­ся и сов­сем обес­си­лел.

— Что слу­чилось с то­бой, до­рогой со­сед, от­че­го ты сто­нешь так тяж­ко? — зап­ри­чита­ла мышь.

— Раз­ве ты не ви­дишь, что я в кап­кан по­пал? Тре­тий день ма­юсь, но выр­вать­ся не мо­гу. Кап­кан креп­ко при­вязан ве­рёв­кой к де­реву. Ес­ли наг­ря­нут охот­ни­ки, не бы­вать мне в жи­вых. По­моги, со­сед­ка, пе­рег­ры­зи ве­рёв­ку, век те­бя пом­нить бу­ду!

Мы­ши ста­ло жал­ко ль­ва. Она при­нялась грызть ве­рёв­ку сво­ими ос­тры­ми зуб­ка­ми и пе­рег­рызла её, и лев ос­во­бодил­ся.

С тех пор он боль­ше не от­во­рачи­вал­ся, ког­да ми­мо мы­ши про­ходил, и пер­вый с нею здо­ровал­ся.