Садовник и падишах

Жил-был па­дишах, и был у не­го са­дов­ник. У ца­ря в са­ду был вы­сох­ший ро­зовый куст, ко­торый дав­но не да­вал рос­тков и не цвел. Но од­нажды са­дов­ник уви­дел, что куст рас­цвел. Ра­дос­тный, при­шел он к ца­рю и го­ворит:

— Будь в здра­вии, па­дишах, ро­зовый куст зац­вел.

Па­дишах от­ве­тил:

— Все рав­но ро­зы не бу­дут жить дол­го.

Са­дов­ник про­мол­чал и ушел. Че­рез не­кото­рое вре­мя он за­метил, что ро­зы поб­лекли и за­вяли. Он по­дошел и уви­дел, что в этом кус­те со­ловей свил гнез­до и вы­вел птен­цов. Са­дов­ник сно­ва по­шел к па­диша­ху, пок­ло­нил­ся и до­ложил:

— Будь в здра­вии, па­дишах, ты ока­зал­ся прав ― ро­зы, о ко­торых я го­ворил те­бе, дей­стви­тель­но за­вяли. Там со­ловей свил гнез­до и вы­вел птен­цов.

Па­дишах от­ве­тил:

— И со­ловью там жить не­дол­го.

Прош­ло не­кото­рое вре­мя, птен­цы со­ловья под­росли и уже пе­реле­тали с кус­та на куст. Од­нажды са­дов­ник уви­дел, что чер­ная змея прог­ло­тила всех птен­цов. Грус­тный, при­шел са­дов­ник к па­диша­ху и го­ворит:

— Триж­ды будь в здра­вии, па­дишах. Ты еще раз ока­зал­ся прав ― чер­ная змея прог­ло­тила всех птен­цов со­ловья.

Па­дишах опять мол­вил:

— Этой змее то­же не­дол­го жить.

Шли дни. Од­нажды са­дов­ник по­ливал цвет­ник и вдруг уви­дел под но­гами чер­ную змею; взял он ло­пату и раз­ру­бил ее. Ве­чером, ког­да па­дишах вы­шел в сад по­гулять, са­дов­ник ска­зал ему:

— Буль в здра­вии, па­дишах, я убил ту чер­ную змею.

Па­дишах от­ве­тил:

— Мой доб­рый са­дов­ник, но и те­бе ос­та­лось не­дол­го жить.

От этих слов са­дов­ник заг­рустил: он знал, что все пред­ска­зания па­диша­ха сбы­ва­ют­ся. Но вре­мя шло, и он за­был о сло­вах па­диша­ха.

Од­нажды же­на па­диша­ха с до­черь­ми спус­ти­лась в сад ис­ку­пать­ся в во­до­еме. Са­дов­ник спря­тал­ся за куст и стал под­смат­ри­вать за ни­ми. Но же­на па­диша­ха все-та­ки за­мети­ла са­дов­ни­ка. Она оде­лась и сра­зу пош­ла к па­диша­ху:

― Да пок­ро­ют­ся по­зором и ты, и имя твое! ― ска­зала она сер­ди­то.

— Что слу­чилось? По­чему ты сер­дишь­ся? ― уди­вил­ся па­дишах.

— Ка­кой же ты пад­пшах, ес­ли поз­во­ля­ешь са­дов­ни­ку под­смат­ри­вать, как твои же­на н до­чери ку­па­ют­ся?

Па­дишах пос­лал слу­гу за са­дов­ни­ком и при­казал от­ру­бить ему го­лову.

Ког­да па­лач уже за­нес над ним то­пор, са­дов­ник зак­ри­чал:

— О па­дишах, раз­ре­ши сло­во ска­зать, а по­том уж ру­би го­лову.

— Раз­ре­шаю, го­вори! ― ска­зал па­дишах.

— О па­дишах! Уз­нав, что на су­хом кус­те рас­цве­ла ро­за, ты ска­зал: «Ро­за не бу­дет дол­го жить». По­том, ког­да со­ловей свил гнез­до и ро­за вы­сох­ла, ты ска­зал: «Со­ловей не бу­дет дол­го жить». Змея съ­ела птен­цов со­ловья, и ты ска­зал: «И змея то­же не бу­дет дол­го жить». Я убил змею, ты ска­зал: «И ты не бу­дешь жить дол­го…» Все бы­ло так, как ты ска­зал, но те­перь ска­жу я: ты убь­ешь ме­ня, пад­пшах, но и те­бе не­дол­го жить.

Пос­ле этих слов па­дишах за­думал­ся и ска­зал:

— Иди, са­дов­ник, да­рю те­бе сво­боду.