Мир и Мэш­та­ри

Мир и Мэш­та­ри бы­ли братья. Прис­ни­лось им од­нажды, что им сос­ва­тали сес­тер Су­гяр­дан и Наз­ли­бадав.

Соб­ра­лись братья, осед­ла­ли ко­ней и пус­ти­лись в путь. До­еха­ли они до боль­шой де­рев­ни. Де­рев­ня как де­рев­ня: и до­ма сто­ят, и де­ревья рас­тут, но пус­то в ней, ни ду­ши не вид­но.

Один из брать­ев ска­зал:

— Ку­да же нам те­перь ид­ти? К ко­му? Да­вай ос­та­новим­ся в ка­ком-ни­будь до­ме, в ко­нюш­не при­вяжем ло­шадей, пе­рено­чу­ем, а ут­ром от­пра­вим­ся даль­ше.

При­вяза­ли они ко­ней и вош­ли в дом. Рань­ше не бы­ло раз­ных те­переш­них пе­чек и то­му по­доб­но­го, а бы­ли ста­рые бэ­хэри. Ра­зож­гли они бэ­хэри, пос­те­лили на пол хо­расан­ский вой­лок, об­ло­жились по­душ­ка­ми, се­ли от­дохнуть.

Прош­ло нем­но­го вре­мени. Вдруг пе­ред ни­ми по­яви­лась еда. По­ели они, по­пили.

Мир вос­клик­нул:

— Бог сви­детель, здесь неп­ло­хо уго­ща­ют!

Мэш­та­ри отоз­вался:

— Пой­дем пос­мотрим те­перь, на­по­ены, на­кор­мле­ны ли на­ши ко­ни.

Заг­ля­нули они в ко­нюш­ню, а там пол­но кор­ма: и кле­вера, и ов­са.

Вер­ну­лись они в дом, ви­дят ― пос­те­ли уже рас­сте­лены. Мир был нас­толь­ко лег­ко­мыс­лен, что лег и тут же ус­нул, а Мэш­та­ри за­думал­ся: «Стран­но, в де­рев­не ду­ши че­лове­чес­кой не вид­но, а все де­ла­ет­ся ка­ким-то чу­дом. Вдруг ночью кто-ни­будь на­падет на нас? Вый­ду-ка я на ули­цу, мо­жет, ко­го уви­жу или ус­лы­шу».

Ос­та­вил Мэш­та­ри стар­ше­го бра­та спя­щим, а сам вы­шел на до­му.

Слы­шит ― жен­щи­на с вер­хней ули­цы кли­чет хо­зяй­ку до­ма, в ко­тором они ос­та­нови­лись:

— Эй, сес­тра Рей­хан! Вид­но, у те­бя до­рогие гос­ти, от за­паха тво­ей еды у нас го­ловы кру­жат­ся.

Хо­зяй­ка до­ма ей от­ве­ча­ет:

— Сес­тра Пэль­тан, раз­ве не вид­но, что они до­рогие гос­ти? Мир и Мэш­та­ри ― сы­новья па­диша­ха, едут сва­тать сес­тер Су­гяр­дан и Наз­ли­бадав.

Со­сед­ка в от­вет:

— Дай бог ис­полнить­ся их же­лани­ям, они дос­той­ны то­го, что­бы ты их уго­щала с по­чес­тя­ми.

Ус­лы­шав эти сло­ва, Мэш­та­ри во­шел в дом и со спо­кой­ной ду­шой лег спать.

Нас­ту­пило ут­ро, и братья от­пра­вились в стро­ну сес­тер Су­гяр­дан и Наз­ли­бадав. Сос­ва­тали они их и, взяв с со­бой, пус­ти­лись в об­ратный путь.

Ис­полни­лись их же­лания, как и бы­ло пред­ска­зано судь­бой.

Наз­ли­бадав, стар­шую сес­тру, от­да­ли Ми­ру, а Су­гяр­дан, млад­шая, дос­та­лась Мэш­та­ри.

По пу­ти они опять ос­та­нови­лись в до­ме гос­тепри­им­ной хо­зяй­ки. Как и преж­де, пе­ред ни­ми по­яви­лись ку­шанья. От­дохну­ли, по­ели, по­пили. Мир ус­нул, от­ды­хая от днев­ных за­бот, а Мэш­та­ри вы­шел из до­му пог­ля­деть, что тво­рит­ся вок­руг. Слы­шит ― со­сед­ка зо­вет хо­зяй­ку до­ма:

— Эй, сес­тра Рей­хан! Кто у те­бя в гос­тях се­год­ня, что от за­паха тво­их яств у нас го­ловы зак­ру­жились?

— Сес­тра Пэль­тан, раз­ве ты не зна­ешь, кто мои гос­ти? Мир и Мэш­та­ри, сла­ва бо­гу, дос­тигли сво­их же­ланий. Они при­вез­ли с со­бой Су­гяр­дан и Наз­ли­бадав и вот ос­та­нови­лись у ме­ня но­чевать.

— Э, ес­ли они слы­шат, пусть за­пом­нят, а ес­ли спят, пусть во сне им прис­нится, что под­сте­рега­ют их три опас­ности. Смо­гут они их пре­одо­леть, ― зна­чит, дос­тигнут сво­их же­ланий, ― отоз­ва­лась со­сед­ка Пэль­тан.

Мэш­та­ри сто­ял у вхо­да и все слы­шал. «Да ведь это раз­го­вари­ва­ют пе­ри, ― по­думал он, ― и го­ворят они прав­ду». Рей­хан спро­сила:

— Сес­тра Пэль­тан, что это за опас­ности?

— Раз­ве ты са­ма их не зна­ешь? Па­дишах, отец Ми­ра и Мэш­та­ри, уже три го­да влюб­лен в Наз­ли­бадав, но ни­как не мо­жет до­бить­ся ее ру­ки. Ког­да братья вой­дут в свой го­род, па­дишах пош­лет им навс­тре­чу двух не­нас­то­яших ко­ней, но они сде­ланы так ис­кусно, что ни­чем не от­ли­ча­ют­ся от жи­вых. Толь­ко Мир пос­та­вит но­гу в стре­мя и за­хочет сесть на ко­ня, как тут же сго­рит, а ес­ли кто-ни­будь ус­пе­ет обез­гла­вить ко­ней, то Мир ос­та­нет­ся в жи­вых. По­том отец пош­лет им навс­тре­чу двух бор­зых со­оак. И лишь толь­ко Мир нач­нет на­киды­вать ве­рев­ку на шею пса, как тут же сго­рит, а па­дишах возь­мет се­бе Наз­ли­бадав. Но ес­ли брат ус­пе­ет от­ру­бить го­ловы бор­зым, Мир бу­дет спа­сен. Две опас­ности уже, счи­тай, по­зади. Третья опас­ность под­жи­да­ет брать­ев до­ма. Па­дишах пош­лет в ком­на­ту Наз­ли­бадав и Ми­ра вол­ка. Волк дол­жен прог­ло­тить Ми­ра, и тог­да нич­то па­диша­ху не по­меша­ет зав­ла­деть Наз­ли­бадав. Ус­пе­ет брат убить вол­ка, тог­да оба они дос­тигнут ис­полне­ния сво­их же­ланий. Но кто от­кро­ет эту тай­ну, тут же прев­ра­тит­ся в ка­мень.

Мэш­та­ри на­мотал все это на ус, лег и ус­нул. Ут­ром не­види­мая хо­зяй­ка на­кор­ми­ла гос­тей, в путь соб­ра­ла. Од­но­му бо­гу из­вес­тно, сколь­ко вре­мени еха­ли братья, но вот доб­ра­лись они до род­ной зем­ли. Па­диша­ха из­вести­ли: сы­новья вер­ну­лись с же­нами.

Па­дишах пос­лал им навс­тре­чу двух ко­ней. Толь­ко Мир хо­тел сесть на ко­ня, как Мэш­та­ри от­ру­бил го­лову его ко­ню, а по­том и сво­ему. Мир оби­дел­ся, спро­сил:

— Ты за­чем это сде­лал? Это не­ува­жение к от­цу. Он нам ко­ней выс­лал, ведь на­ши ус­та­ли, а ты убил их.

— Да не раз­ру­шит бог твой дом! Зав­тра на­ша свадь­ба, сто­ит ли из-за это­го оби­жать­ся, в ко­нюш­не от­ца пол­но дру­гих ко­ней ― вы­бирай лю­бого.

Ус­по­ко­ил Мэш­та­ри бра­та, по­еха­ли они даль­ше.

Па­дишах выс­лал им навс­тре­чу двух бор­зых. Толь­ко Мир хо­тел пой­мать од­ну из со­бак, как Мэш­та­ри быс­тро от­сек го­ловы и той и дру­гой.

Мир опять оби­дел­ся:

— Ты не по­чита­ешь от­ца, за­чем ты убил его со­бак?

— Э, да пос­тро­ит все­выш­ний твой дом, сто­ит ли из-за это­го оби­жать­ся? Я сей­час сто та­ких псов те­бе при­веду.

Мир ус­по­ко­ил­ся, и братья вош­ли во дво­рец.

Мир и Наз­ли­бадав уш­ли в свою ком­на­ту, а Мэш­та­ри и Су­гяр­дан ― в свою. Нас­ту­пила ночь, все лег­ли спать. Мэш­та­ри нес­лышно во­шел в по­кои бра­та и встал у его из­го­ловья. И вдруг он уви­дел вол­ка, ко­торый, как луч, вор­вался в ком­на­ту че­рез ок­но. Мэш­та­ри мол­ни­енос­но вых­ва­тил меч и от­сек ему го­лову. От­ка­тилась волчья го­лова, а тут Мир прос­нулся, ви­дит ―брат сто­ит с ме­чом воз­ле не­го:

— Ага, неб­ла­годар­ный, те­перь ты при­шел ме­ня уби­вать? Из-за Наз­ли­бадав? Ведь ты ее, как стар­шую сес­тру, от­дал мне, а се­бе взял млад­шую. За­чем же ты те­перь за­хотел со­вер­шить зло?

— Брат мой, ви­дит бог, моя же­на ни­чем не ху­же тво­ей. Как стар­ше­му бра­ту, те­бе дос­та­лась стар­шая сес­тра, а мне млад­шая. Раз­ве из-за это­го я стал бы уби­вать те­бя?

Как ни уго­вари­вал и ни убеж­дал Мэш­та­ри Ми­ра, Мир сто­ит на сво­ем:

— Нет и нет, ты при­шел уби­вать ме­ня.

Что ос­та­валось де­лать бед­но­му Мэш­та­ри? Рас­ска­жет бра­ту прав­ду — сам в ка­мень прев­ра­тит­ся, не рас­ска­жет ― брат не по­верит в его доб­рые на­мере­нии И ре­шил он все ему ска­зать:

— Бог с то­бой, бра­тец! Слу­шай, я те­бе все прав­ду рас­ска­жу, но знай. я тут же прев­ра­щусь в ка­мень.

Не но­верил Мир сло­вам Мэш­та­ри, то­ропит его:

— Рас­ска­зывай.

— Мир, отец выс­лал нам навс­тре­чу двух ис­кусно сде­лан­ных ко­ней, они ни­чем не от­ли­чались от жи­вых. Ес­ли б ты сел на ко­ня, тут же сго­рел бы, но я ус­пел убить их.

Ска­зал он это и до ко­лен прев­ра­тил­ся в ка­мень.

— Во вто­рой раз, ― про­дол­жал Мэш­та­ри, ― отец выс­лал нам навс­тре­чу двух бор­зых. Ес­ли бы ты дот­ро­нул­ся до них, сра­зу сго­рел бы, но я убил их.

Ска­зав это, Мэш­та­ри по по­яс прев­ра­тил­ся в ка­мень.

— В тре­тий раз отец пос­лал в твои по­кои вол­ка, что­бы он съ­ел те­бя. Отец хо­тел по­губить те­бя во что бы то ни ста­ло, что­бы зав­ла­деть Наз­ли­бадав, он уже три го­да влюб­лен в нее.

Толь­ко он про­из­нес пос­ледние сло­ва ― сра­зу весь ока­менел. Наз­ли­бадав с кри­ком бро­силась к сес­тре Су­гяр­дан:

— Сес­три­ца, да раз­ру­шит­ся дом на­шего от­ца, из-за Ми­ра Мэш­та­ри ока­менел.

— Не мо­жет быть, ― не по­вери­ла Су­гяр­дан.

— Ей-бо­гу, бог сви­детель, ― пок­ля­лась сес­тра.

Взя­ли они пал­ки, приш­ли к Ми­ру:

— Ты убил Мэш­та­ри, что­бы мы обе те­бе дос­та­лись. Вон из до­ма! По­ка Мэш­та­ри не ожи­вет, чтоб тво­ей но­ги здесь не бы­ло. Иди, от­ку­да при­шел!

Из­би­ли они его и выг­на­ли из до­му. Ночь Мир про­вел на ули­це, а ут­ром при­заду­мал­ся: «Что же мне те­перь де­лать? По­еду-ка я на ро­дину Наз­ли­бадав и Су­гяр­дан, мо­жет, там мне кто по­может».

По пу­ти он ос­та­новил­ся пе­рено­чевать в том же до­ме пе­ри. Но те­перь у не­го бы­ла под­стил­ка из мок­ро­го вой­ло­ка, из бэ­хэри ва­лил толь­ко дым.

Ог­ля­дел­ся Мир, вспом­нил:

— Да ведь мы с Мэш­та­ри здесь вмес­те гос­ти­ли, тог­да нас так хо­рошо при­няли. А те­перь? По­тому, на­вер­ное, на­род и на­зыва­ет ме­ня Мир черс­твый, что я всег­да ло­жил­ся спать, а брат ка­ра­улил мой сон. Пой­ду-ка я на ули­цу, мо­жет, что ус­лы­шу или уви­жу.

Вы­шел и вдруг слы­шит го­лос со­сед­ки:

― Эй, сес­тра Рей­хан, ви­дать, гость у те­бя нез­ва­ный ― дым ва­лит из тво­его до­ма, все гла­за разъ­ел.

― Сес­тра Пэль­тан, ты что, са­ма не зна­ешь, кто мой гость? Злой Мир прев­ра­тил бра­та в ка­мень, а те­перь при­ехал сю­да. Ес­ли б он не был бра­том Мэш­та­ри, я б его из­би­ла и выг­на­ла из до­му.

― А что с ним те­перь бу­дет?

― Я же го­вори­ла, что брать­ев под­жи­да­ют три опас­ности.

— Ес­ли бы Мэш­та­ри был жив, он, ка­кая бы ни бы­ла опас­ность, спас бра­та. А этот не­чес­ти­вец что мо­жет сде­лать? На­вер­ное, спит сей­час. А ес­ли бодрству­ет, пусть слу­ша­ет нас. На ро­дине сес­тер Су­гяр­дан и Наз­ли­бадав жи­вет ста­руха-кол­дунья с до­черью. Дочь ужас­на на вид: у нее ог­ромные, как жер­нов гла­за, тол­стые, как у нег­ра, гу­бы, гру­ди у нее та­кие боль­шие и от­вислые, что она их за­киды­ва­ет на спи­ну. Ес­ли Мир возь­мет ее в же­ны и при­везет вмес­те со ста­рухой к Мэш­та­ри и ес­ли дочь с по­мощью зелья умер­твит свою мать око­ло Мэш­та­ри, брат ожи­вет. А ес­ли из это­го ни­чего не вый­дет, то Мэш­та­ри нич­то уже не по­может.

Мир вер­нулся в дом, лег и ус­нул. Ут­ром он пус­тился в путь. А дочь кол­дуньи уже зна­ет, что Мир прев­ра­тил Мэш­та­ри в ка­мень и едет к ней.

При­шел Мир к ста­рухе. Дочь ста­рухи ска­зала:

— Злой Мир, ты Мэш­та­ри прев­ра­тил в ка­мень, те­перь при­шел сю­да. Ес­ли ты же­нишь­ся на мне, я убью свою мать ря­дом с тво­им ока­менев­шим бра­том.

Пос­мотрел Мир на страш­ную де­вуш­ку и ска­зал:

— Да что­бы я та­ких кра­савиц, как Су­гяр­дан и Наз­ли­бадав, ос­та­вил и же­нил­ся на те­бе? Ну нет!

Рас­серди­лась де­вуш­ка на Ми­ра, уда­рила его пал­кой и прев­ра­тила в ос­ла. И стал он бро­дить по го­роду. Де­ти би­ли его, все, ко­му не лень, са­дились на не­го.

Ров­но год хо­дил он в ос­ли­ной шку­ре. А дочь ста­рухи каж­дый день до­нима­ла его:

— Ну, же­нишь­ся на мне?

А осел мо­тал го­ловой, что оз­на­чало «нет».

На­конец сов­сем обес­си­лел Мир. Од­нажды, ког­да она спро­сила, сог­ла­сен ли он же­нить­ся на ней, осел кив­нул го­ловой, что оз­на­чало «да».

И пус­ти­лись они втро­ем в путь. Ос­та­нови­лись но­чевать в до­ме у пе­ри.

И вновь пе­ри хо­рошо при­няла гос­ти, и за­пах вкус­ной еды раз­но­сил­ся вок­руг.

Вы­шел ночью Мир из до­му, слы­шит ― со­сед­ка спра­шива­ет у хо­зяй­ки:

— Эй, сес­тра Рей­хан, кто у те­бя се­год­ня в гос­тях? Из тво­его до­ма та­кой дух идет, что го­лова кру­жит­ся.

— Сес­тра Пэль­тан, гость мой ― Мир черс­твый, это из-за не­го Мэш­та­ри ока­менел. Прав­да, те­перь он мно­го ис­пы­тал, це­лый год в ос­ли­ной шку­ре хо­дил. Же­нил­ся на ста­рухи­ной доч­ке, те­перь до­мой едут, что­бы ожи­вить Мэш­та­ри.

— Вот и хо­рошо! ― об­ра­дова­лась со­сед­ка.

Ут­ром Мир, дочь ста­рухи и са­ма ста­руха пус­ти­лись в путь. До­еха­ли они до го­рода, где ос­тался Мэш­та­ри.

Дочь да­ла ма­тери снот­ворное зелье и умер­тви­ла ее над ока­менев­шим Мэш­та­ри. Мэш­та­ри тут же ожил. Мир же ска­зал Наз­ли­бадав:

— Я при­вез вто­рую же­ну.

— Мир, ― от­ве­тила она, ― да­же ес­ли б твоя вто­рая же­на ока­залась са­мой дох­лой ос­ли­цей, не­важ­но, лишь бы Мэш­та­ри ожил.

А что же дочь ста­рухи? Вол­шебные ча­ры по­теря­ли свою си­лу, она прев­ра­тилась в кра­сави­цу и ста­ла кра­ше и Наз­ли­бадав, и Су­гяр­дан.