Трое пле­шивых

Ког­да-то в од­ном го­роде жил ста­рик ору­жей­ник. Он ко­вал кин­жа­лы, саб­ли, пи­ки, щи­ты и коль­чу­ги, а по­том про­давал их и этим кор­мил се­бя и свою семью. Мол­ва о его мас­терс­тве дош­ла до чу­жих стран, и при­ез­жие куп­цы всег­да по­купа­ли у не­го ору­жие и уво­зили как до­рогой по­дарок.

У ста­рика ору­жей­ни­ка бы­ло три сы­на. Стар­ше­го зва­ли Ба­бе́к, сред­не­го — Ма­гоме́д, а са­мого млад­ше­го — Са­фо́. Все сы­новья ста­рика бы­ли очень нек­ра­сивые: кар­ли­ково­го рос­та, гор­ба­тые и пле­шивые, и так по­хожи друг на дру­га, что и мать пу­тала их. И что­бы луч­ше раз­ли­чать сы­новей, она всег­да оде­вала их в раз­ные одеж­ды. Од­но­му сва­ля­ет шап­ку из цвет­ной шер­сти, дру­гому сошь­ёт беш­мет из яр­ко­го по­лот­на. Лю­ди всег­да с лю­бопытс­твом раз­гля­дыва­ли брать­ев-урод­цев и их пёс­трые одеж­ды.

Ста­рик взял сы­новей в свою мас­тер­скую и стал обу­чать ре­мес­лу. Все трое слу­шали от­ца и всег­да с боль­шим ста­рани­ем де­лали то, че­му он их учил, и быс­тро на­учи­лись от­цов­ско­му ре­мес­лу. Стар­ший сын, Ба­бек, ра­ботал луч­ше дру­гих брать­ев, и вско­ре стал де­лать та­кое прек­расное ору­жие, что дог­нал в мас­терс­тве да­же от­ца сво­его. Отец ви­дел ус­пе­хи сы­на, ра­довал­ся, а по ве­черам, при­ходя до­мой, го­ворил сво­ей ста­рухе:

— Сла­ва бо­гу, те­перь наш Ба­бек за­каля­ет сталь луч­ше, чем я. Ско­ро он за­менит ме­ня, и я смо­гу от­дохнуть нем­но­го.

Мать Ба­бека то­же ра­дова­лась. Она низ­ко кла­нялась, пра­вой ру­кой ка­салась зем­ли, а по­том прик­ла­дыва­ла её к сер­дцу и ко лбу и шеп­та­ла:

— Сла­ва бо­гу, сла­ва бо­гу… Вот так они жи­ли…

Од­нажды ста­рик тя­жело за­болел. Ста­руш­ка и сы­новья за­горе­вали. Поз­ва­ли они мул­лу, мул­ла про­читал мо­лит­ву, на­писал свя­тые сло­ва на бу­маж­ке и ве­лел, что­бы не­замет­но для боль­но­го бу­маж­ку опус­ти­ли в во­ду и этой во­дой по­или его. Сде­лала ста­руш­ка, как ска­зал мул­ла, но ста­рику не по­лег­ча­ло. Он сла­бел день от дня. Тог­да ста­руш­ка при­вела в дом ле­карей и зна­харей. Мно­го вся­ких сна­добь­ев и ле­карств да­ли они боль­но­му, толь­ко ни­чего не по­мог­ло, и ста­рик умер.

Пос­ле смер­ти от­ца хо­зя­ином в до­ме стал стар­ший из брать­ев, Ба­бек.

Все братья не ле­нились, ра­бота­ли друж­но и ни в чём не нуж­да­лись. Каж­дый день мать ва­рила обед и при­носи­ла его сы­новь­ям в мас­тер­скую.

Прош­ло мно­го дней. Мать за до­мом смот­ре­ла, сы­новья в мас­тер­ской хло­пота­ли. Так бы и жи­ли они в друж­бе и сог­ла­сии, но слу­чилось с ни­ми не­ожи­дан­ное про­ис­шес­твие.

Од­нажды воз­вра­щал­ся с охо­ты сын го­род­ско­го на­мес­тни­ка со сво­ими то­вари­щами. Про­ходя ми­мо мас­тер­ской, он за­метил трёх брать­ев. Млад­ший брат сто­ял у ме­хов и неп­ре­рыв­но раз­ду­вал огонь. Ма­гомед ра­ботал у на­коваль­ни: он дер­жал кле­щами ку­сок рас­ка­лён­но­го же­леза и бил по не­му мо­лот­ком. При каж­дом уда­ре во все сто­роны раз­ле­тались ис­кры. А Ба­бек дер­жал в ру­ках уже сов­сем го­товую саб­лю и на­носил на ру­ко­ят­ку тон­кий узор.

Сын го­род­ско­го на­мес­тни­ка по­дошёл к мас­тер­ской и стал нас­ме­хать­ся над брать­ями. Мас­те­ра не об­ра­щали на не­го вни­мания и про­дол­жа­ли свою ра­боту. Но сын го­род­ско­го на­мес­тни­ка не от­ста­вал. Он схва­тил ко­мок гря­зи из ары­ка, бро­сил в Ба­бека и по­пал ему пря­мо в го­лову. Ба­бек силь­но раз­гне­вал­ся и да­же пок­раснел от оби­ды. За­жав в ру­ке саб­лю, бро­сил­ся он за сы­ном го­род­ско­го на­мес­тни­ка, дог­нал и со все­го раз­ма­ха уда­рил его плаш­мя по спи­не. Знат­ный юно­ша с воп­лем упал на зем­лю, и то­вари­щи унес­ли его до­мой.

А Ба­бек при­бежал к брать­ям, рас­ска­зал им, как он с сы­ном на­мес­тни­ка пос­ту­пил, и при­бавил:

— Братья, зап­рёмся в мас­тер­ской и ни­кого не бу­дем пус­кать, ес­ли за мною при­дут.

Зак­ры­лись они в мас­тер­ской и про­дол­жа­ли ра­ботать.

Тем вре­менем на­мес­тник уз­нал о слу­чив­шемся и при­казал, что­бы прес­тупни­ка, под­нявше­го ру­ку на его сы­на, при­вели к не­му. Стра­жа бро­силась вы­пол­нять при­каз, ок­ру­жила мас­тер­скую, но уви­дела, что дверь зак­ры­та. Тог­да страж­ни­ки сло­мали дверь, всех тро­их брать­ев схва­тили, свя­зали и по­тащи­ли к го­род­ско­му на­мес­тни­ку па­диша­ха.

Пос­мотрел на­мес­тник на этих урод­цев и ска­зал:

— Уби­вать их не сле­ду­ет, они да­же смер­ти не дос­той­ны. Вы­веди­те их на пло­щадь, дай­те каж­до­му по сто пле­тей, а по­том вы­гони­те из го­рода.

Слу­ги так и сде­лали. Вы­вели брать­ев на пло­щадь, да­ли каж­до­му по сто пле­тей и выг­на­ли из го­рода… Братья поб­ре­ли по нез­на­комой до­роге. Мно­го ли, ма­ло ли шли, не­из­вес­тно, и вот дош­ли до мес­та, где до­рога раз­де­лялась на три пу­ти.

Млад­ший брат, Са­фо, спра­шива­ет:

— По ка­кой до­роге мы пой­дём?

— На­до вмес­те дер­жать­ся, так бу­дет луч­ше. Да­вай­те по ле­вой до­роге пой­дём, — ска­зал сред­ний брат.

— Нет, Ма­гомед, мы не дол­жны вмес­те дер­жать­ся! — крик­нул Ба­бек. — Ты хо­чешь, что­бы мы всег­да бы­ли пос­ме­шищем для лю­дей? Нам нуж­но ра­зой­тись, и пусть каж­дый пой­дёт по од­ной из этих до­рог, так нам бу­дет луч­ше.

Братья пос­лу­шались Ба­бека, и каж­дый по­шёл по той до­роге, ко­торую ука­зал стар­ший брат.

Пусть два бра­та по­ка идут сво­ей до­рогой, а мы пос­мотрим, ку­да по­пал Ба­бек и что с ним прик­лю­чилось.

Ба­бек шёл, шёл и доб­рался до го­рода Баг­да­да. Дол­го бро­дил он по го­роду и ока­зал­ся на ули­це, где бы­ли раз­ные мас­тер­ские, в ко­торых из же­леза де­лали вся­кие не­об­хо­димые ве­щи. Там бы­ли ору­жей­ные мас­те­ра, куз­не­цы, гон­ча­ры, пор­тные. Ба­бек ос­та­новил­ся у од­ной мас­тер­ской, где хо­зя­ин де­лал но­жи и кин­жа­лы, и при­ветс­тво­вал хо­зя­ина:

— Са­лам алей­кум!

— Алей­кум са­лам, чу­жес­тра­нец, — от­ве­тил хо­зя­ин.

— От­ку­да ты зна­ешь, что я из чу­жой стра­ны?

— Я ви­жу это по тво­ей одеж­де, у нас та­кую одеж­ду не но­сят.

— Вер­но, доб­рый че­ловек, я нез­дешний. Возь­ми ме­ня в ра­бот­ни­ки, я бу­ду те­бе де­лать та­кие саб­ли и кин­жа­лы, ко­торых не най­ти да­же в Да­мас­ке.

— Не то­ропись хвас­тать­ся, ты рань­ше по­рабо­тай. Я пос­мотрю твою ра­боту и, ес­ли ты в са­мом де­ле хо­роший мас­тер, возь­му те­бя в свою мас­тер­скую.

— Сог­ла­сен, толь­ко ты за ра­боту мою кор­ми ме­ня и раз­ре­ши но­чевать в тво­ей мас­тер­ской.

Хо­зя­ин сог­ла­сил­ся.

Ба­бек по­жил у ста­рика нес­коль­ко дней, по­казал, что уме­ет де­лать. Ста­рику ра­бота его пон­ра­вилась, и он взял Ба­бека в по­мощ­ни­ки.

Мно­го ли, ма­ло ли про­жил Ба­бек у ста­рого мас­те­ра, нам не­из­вес­тно, но вдруг ста­рик за­болел и умер. Ба­бек ос­тался хо­зя­ином мас­тер­ской.

Пусть Ба­бек ос­та­ёт­ся в Баг­да­де, а мы пос­мотрим, ку­да по­пали Ма­гомед и Са­фо.

Ма­гомед, сред­ний брат, ис­хо­дил раз­ные го­рода, но ниг­де прис­та­нища не на­шёл и жил впро­голодь.

А млад­ший брат, Са­фо, то­же ски­тал­ся из го­рода в го­род и жил тем, что ему доб­рые лю­ди да­вали. И вот од­нажды хо­дил он це­лый день, наб­рал пол­ную ко­том­ку хле­ба и ре­шил вый­ти за го­род к род­ни­ку, по­есть там и от­дохнуть.

При­шёл Са­фо к род­ни­ку, ок­ру­жён­но­му вы­соки­ми де­ревь­ями, сел на тра­ву, вы­нул из сум­ки ку­сок хле­ба и при­нял­ся есть. Вдруг за­метил он че­лове­ка, ко­торый спал в те­ни. Са­фо прис­мотрел­ся и уз­нал в спя­щем сво­его бра­та Ма­гоме­да, ис­ху­дав­ше­го и блед­но­го. Са­фо раз­бу­дил Ма­гоме­да, они об­ня­лись и зап­ла­кали. По­том Са­фо спро­сил:

— Что с то­бой слу­чилось, Ма­гомед? По­чему ты та­кой ху­дой?

— Что те­бе рас­ска­зывать, брат Са­фо? Мно­го до­рог я ис­хо­дил, ниг­де прис­та­нища не на­шёл, из­му­чил­ся, из­го­лодал­ся…

Са­фо по­делил­ся с ним хле­бом, и оба бра­та, за­пивая хлеб род­ни­ковой во­дой, до­сыта на­елись. А по­том ре­шили, как толь­ко сол­нце ся­дет и нач­нёт тем­неть, пой­ти в го­род и поп­ро­сить­ся на ноч­лег в ка­раван-са­рай. Так они и сде­лали. Ста­ло тем­неть, оба от­пра­вились в го­род. Приш­ли к хо­зя­ину ка­раван-са­рая и го­ворят:

— Са­лам алей­кум, доб­рый хо­зя­ин! Мы бед­ные стран­ни­ки, раз­ре­ши нам пе­рено­чевать у те­бя.

Хо­зя­ин сми­лос­ти­вил­ся над ни­ми и при­казал слу­ге, что­бы он пус­тил бед­ных стран­ни­ков пе­рено­чевать. Вош­ли они в ка­раван-са­рай и уви­дели боль­шое по­меще­ние, где сло­жены раз­ные то­вары; куп­цы си­дят воз­ле сво­их то­варов на ков­рах и пь­ют ко­фе. Оба бра­та по­тихонь­ку прош­ли в тём­ный угол и при­сели, что­бы их не за­мети­ли и не до­нима­ли воп­ро­сами.

Не­пода­лёку от них ка­кой-то ку­пец вы­нул два кин­жа­ла и стал по­казы­вать сво­им со­седям. И ру­ко­ят­ка, и нож­ны кин­жа­лов бы­ли ра­зук­ра­шены узо­рами. Братья очень вни­матель­но смот­ре­ли на кин­жа­лы, и Са­фо ска­зал:

— Пос­мотри, это по­хоже на ра­боту Ба­бека. Ма­гомед ему от­ве­тил:

— И прав­да по­хоже, но ма­ло ли мас­те­ров, ко­торые де­ла­ют кин­жа­лы и ук­ра­ша­ют их узо­рами.

— Нет, брат, это ра­бота Ба­бека, — ска­зал Са­фо.

А в это вре­мя один ку­пец спро­сил у то­го, ко­торый кин­жа­лы по­казы­вал:

— Где про­да­ют­ся та­кие кра­сивые кин­жа­лы?

— Где про­да­ют­ся та­кие кра­сивые кин­жа­лы?

— Эти кин­жа­лы я ку­пил в Баг­да­де у мас­те­ра Ба­бека, он один уме­ет де­лать та­кие, — от­ве­чал хо­зя­ин кин­жа­лов.

— Я не знаю та­кого мас­те­ра, хо­тя был в Баг­да­де прош­лой осенью. Ус­ту­пи мне один кин­жал, я при­везу его в по­дарок сво­ему па­диша­ху. Сколь­ко поп­ро­сишь, столь­ко и зап­ла­чу.

— Нет, не мо­гу я про­дать кин­жал. Эти кин­жа­лы куп­ле­ны для па­диша­ха и его со­вет­ни­ка — глав­но­го ви­зиря.

Ког­да Ма­гомед и Са­фо ус­лы­шали имя сво­его бра­та Ба­бека, то от ра­дос­ти чуть не зак­ри­чали. И братья тут же ре­шили: как толь­ко нас­та­нет ут­ро, на­до от­пра­вить­ся в Баг­дад к бра­ту Ба­беку.

Ста­ли они меч­тать, как хо­рошо бу­дет всем им жить вмес­те. Вспо­мина­ли свой род­ной дом и ста­рую мас­тер­скую.

Ма­гомед ска­зал:

— Я поз­нал бед­ность и ни­ког­да не обой­ду ни­щего, бу­ду всем по­могать…

Дол­го го­вори­ли братья, дол­го не мог­ли они ус­нуть.

А ког­да ста­ло све­тать, Ма­гомед пер­вым вско­чил, раз­бу­дил бра­та, и оба по­тихонь­ку выб­ра­лись во двор ка­раван-са­рая. По­гон­щи­ки вер­блю­дов то­же уже прос­ну­лись. Братья спро­сили у од­но­го из них:

— Ска­жи нам, доб­рый че­ловек, где до­рога на Баг­дад?

— Иди­те пря­мо, за­тем по­вер­ни­те нап­ра­во, там бу­дет боль­шая пло­щадь, от этой пло­щади на­чина­ет­ся до­рога на Баг­дад, — от­ве­чал им по­гон­щик вер­блю­дов.

Братья про­из­несли в один го­лос:

— Спа­сибо, доб­рый че­ловек! — и от­пра­вились в Баг­дад.

Пусть они идут в Баг­дад, а мы пос­мотрим, как жи­вёт Ба­бек и что он де­ла­ет.

Ба­бек же­нил­ся, на­нял се­бе ра­бот­ни­ков, на­учил их ору­жие де­лать, а сам толь­ко за­кали­вал сталь и ни­кому не по­казы­вал, как это де­ла­ет­ся. Сла­ва о его из­де­ли­ях пош­ла из го­рода в го­род, из стра­ны в стра­ну, и стал он бо­гатым че­лове­ком…

Дол­го ли, ма­ло ли шли Ма­гомед и Са­фо, не­из­вес­тно, но од­нажды дос­тигли они боль­шо­го го­рода Баг­да­да. На ок­ра­ине го­рода уви­дели до­мик. Ря­дом хо­зяй­ка-ста­руш­ка что-то де­лала. Ма­гомед нап­ра­вил­ся к ней.

— Са­лам-алей­кум, доб­рая ма­туш­ка. Мы бед­ные стран­ни­ки, не раз­ре­шишь ли ты нам пе­рено­чевать в тво­ём до­ме? — поп­ро­сил он.

Ста­руха от­ве­чала:

— Де­ти мои, по на­шему обы­чаю гость — пос­ла­нец ал­ла­ха. За­ходи­те, я ра­да вам.

Братья вош­ли в дом. Ста­руха уса­дила их, на­кор­ми­ла. Они по­ели и спра­шива­ют:

— Не зна­ешь ли ты в этом го­роде мас­те­ра Ба­бека?

— Как не знать, де­ти мои, — ска­зала ста­руха, — его все здесь зна­ют. А за­чем он вам?

— Не ис­полнишь ли ты на­шу прось­бу?

— От­че­го не ис­полнить, го­вори­те. Ес­ли мне по си­лам, я всё сде­лаю. Ал­лах воз­награ­дит ме­ня за это!

— Ба­бек — наш брат, но мы не ре­ша­ем­ся ид­ти к не­му обор­ванные и гряз­ные. Схо­ди к мас­те­ру, спро­си — не при­ютит ли он нас?

— Де­ти мои, се­год­ня пят­ни­ца, свя­той день, и он не ра­бота­ет, а зав­тра я пой­ду к мас­те­ру Ба­беку и рас­ска­жу ему, что у ме­ня жи­вут его братья.

На дру­гой день ста­руха от­пра­вилась к Ба­беку. Приш­ла к мас­тер­ской и спро­сила у ра­бот­ни­ков Ба­бека:

— Ска­жите мне, де­ти мои, как мне уви­деть Ба­бека?

Ра­бот­ни­ки по­каза­ли ей, где Ба­бек. Ста­руш­ка вош­ла к не­му и ска­зала:

— Да пош­лёт те­бе ал­лах счастья и ещё боль­ше сла­вы, Ба­бек!

— Доб­ро по­жало­вать, мать. Что при­вело те­бя ко мне? Мо­жет, и те­бе хо­чет­ся моё ору­жие иметь?

— Нет, Ба­бек, мне не нуж­но ору­жие. Приш­ла я ска­зать, что у ме­ня жи­вут твои братья, Ма­гомед и Са­фо, они про­сят, что­бы ты при­ютил их. Они ни­щие и го­лод­ные, при­ми их!

Ус­лы­шав, что братья ста­ли ни­щими и хо­тят, что­бы он их при­ютил, Ба­бек по­баг­ро­вел и крик­нул:

— Они хо­тят сде­лать ме­ня пос­ме­шищем Баг­да­да? Раз­ве ве­лико­му мас­те­ру прис­та­ло с ни­щими знать­ся? Не мо­гу их при­ютить!

Дос­тал он из ящи­ка два зо­лотых, от­дал ста­рухе и ска­зал:

— Пе­редай им эти день­ги и ска­жи — пусть ухо­дят из го­рода. Я не хо­чу их ви­деть. А ес­ли они не уй­дут, я поп­ро­шу ве­лико­го ви­зиря по­садить их в яму.

Ста­руха взя­ла день­ги, вер­ну­лась до­мой, от­да­ла Ма­гоме­ду и Са­фо по зо­лото­му и пе­реда­ла сло­ва Ба­бека, а по­том при­бави­ла:

— Де­ти мои, ухо­дите пос­ко­рее из го­рода, а то он и мне мо­жет сде­лать пло­хое. Ведь он очень боль­шой че­ловек. Го­ворят, сам па­дишах Баг­да­да и ве­ликий ви­зирь по­чита­ют его как ве­лико­го мас­те­ра…

Братья взя­ли у ста­рухи день­ги, поб­ла­года­рили и пош­ли вон из Баг­да­да. И ста­ли они опять из го­рода в го­род ски­тать­ся. Од­нажды Ма­гомед за­болел и слёг. Са­фо поз­вал к не­му и ле­карей, и зна­харей, и мулл, но Ма­гомед не поп­равлял­ся.

Пусть Са­фо хло­почет око­ло боль­но­го Ма­гоме­да, а мы пос­мотрим, что де­ла­ет Ба­бек.

У Ба­бека кон­ча­лось же­лезо, и од­нажды вес­ной он взял вер­блю­дов и по­гон­щи­ков, что­бы по­ехать и за­пас­тись же­лезом. От­прав­ля­ясь в путь, Ба­бек при­казал же­не:

— Смот­ри, ес­ли при­дут сю­да мои братья, не смей их при­нимать. Ко­ли при­мешь, нес­добро­вать те­бе!

Же­на обе­щала пом­нить его на­каз…

А Ма­гомед про­болел всю зи­му и всю вес­ну, и толь­ко к ле­ту он под­нялся на но­ги.

Жить бы­ло не на что, и братья ре­шили вер­нуть­ся в Баг­дад, пой­ти к бра­ту и сно­ва про­сить, что­бы он их при­ютил. На этот раз они ре­шили са­ми пой­ти к не­му. Ког­да они приш­ли в го­род Баг­дад и ра­зыс­ка­ли мас­тер­скую стар­ше­го бра­та, слу­ги ска­зали, что Ба­бека в го­роде нет, что он дав­но у­ехал в да­лёкий путь за же­лезом для мас­тер­ской и ско­ро дол­жен вер­нуть­ся. Ма­гомед и Са­фо пош­ли к до­му стар­ше­го бра­та и пос­ту­чали в во­рота. Выг­ля­нула же­на Ба­бека и сра­зу до­гада­лась, что это братья её му­жа. Она уви­дела, ка­кие они ху­дые, обор­ванные, и ей ста­ло их жал­ко. Ког­да Ма­гомед спро­сил: «Здесь ли жи­вёт мас­тер Ба­бек?» — же­на стар­ше­го бра­та при­вет­ли­во от­ве­тила:

— Да, он жи­вёт здесь, его сей­час нет, но вы за­ходи­те. Братья заш­ли. Же­на Ба­бека быс­тро за­топи­ла очаг, сог­ре­ла во­ды, что­бы они по­мылись с до­роги, и да­ла пе­ре­одеть­ся в ста­рую одеж­ду му­жа. А по­том при­гото­вила плов с мя­сом, на­кор­ми­ла их и по­дала вы­пить слад­ко­го шер­бе­та. Дав­но брать­ев ник­то так не уго­щал.

И вдруг раз­дался стук в во­рота. Жен­щи­на пе­репу­галась. Она по­няла, что это Ба­бек. Оба бра­та то­же ис­пу­гались и с пе­репу­гу упа­ли без чувств — так силь­но ос­ла­бели они за го­ды ни­щеты и бед. Жен­щи­на за­мета­лась, не зна­ла, что де­лать. А в во­рота сту­чали силь­нее преж­не­го. Же­на Ба­бека схва­тила брать­ев и по­тащи­ла в са­рай и спря­тала их там. По­том она под­бе­жала к кот­лу с го­рячей во­дой, на­мочи­ла го­лову и бро­силась от­кры­вать во­рота. Ба­бек пос­мотрел на нее и стро­го спро­сил:

— Где ты бы­ла, по­чему так дол­го не от­кры­вала? Же­на от­ве­тила:

— Не жда­ла те­бя в та­кой поз­дний час, го­лову мы­ла. Не ви­дишь, во­да ка­па­ет с во­лос?

Ба­бек по­верил ей и ска­зал:

— При­вёз я же­лезо. Пой­ду в мас­тер­скую, пос­мотрю, как его раз­гру­жа­ют.

Ед­ва Ба­бек вы­шел, же­на его наб­ро­сила на се­бя до­рогую шаль и пос­пе­шила в го­род. Шла, шла и уви­дела сво­его со­седа На­дыра. У На­дыра не бы­ло ни ко­ла ни дво­ра. Жил он в по­косив­шей­ся хи­жине и до­бывал се­бе на про­пита­ние тем, что вы­пол­нял для бо­гатых го­рожан раз­ную ра­боту.

Же­на Ба­бека по­дош­ла к не­му и спро­сила:

— На­дыр, ты хо­чешь по­лучить от ме­ня два зо­лотых?

— Хо­чу. А ка­кая у те­бя ра­бота?

— К нам до­мой при­шёл ни­щий. Я на­кор­ми­ла его, а по­том он зас­нул, и я не мо­гу его раз­бу­дить. Я не хо­чу, что­бы мой муж — мас­тер Ба­бек — на­шёл его в до­ме. От­не­си ни­щего на пло­щадь и по­ложи там на зем­лю. Он оч­нётся и пой­дёт сво­ей до­рогой.

— Хо­рошо, — сог­ла­сил­ся На­дыр.

При­вела же­на Ба­бека к сво­ему до­му На­дыра и ве­лела ему по­дож­дать у во­рот, а са­ма пош­ла в са­рай, на­тяну­ла на од­но­го из брать­ев ме­шок и по­тащи­ла к во­ротам. На­дыр под­хва­тил ме­шок и от­нёс на пло­щадь. А ког­да стя­нул ме­шок, ви­дит че­лове­ка, но ли­ца его не рас­смот­рел — тем­но. Это был кар­лик. Уло­жил он кар­ли­ка на зем­лю, взял ме­шок под мыш­ку и по­шёл к же­не Ба­бека за дву­мя зо­лоты­ми.

При­шёл, а она у во­рот до­жида­ет­ся и го­ворит ему:

— Как же ты его от­нёс, ког­да он опять здесь? — и по­казы­ва­ет ему вто­рого бра­та.

Уди­вил­ся На­дыр, на­кинул на кар­ли­ка ме­шок и от­нёс на пло­щадь, но по­ложил его по­даль­ше, что­бы он до­рогу к мас­те­ру Ба­беку не на­шёл.

По­том вер­нулся к до­му Ба­бека, по­лучил у его же­ны два зо­лотых и от­пра­вил­ся в чай­ха­ну. Идёт он и ви­дит — опять навс­тре­чу ему кар­лик, ко­торо­го он на пло­щадь от­нёс. А это был сам мас­тер Ба­бек. Же­лезо раз­гру­зили, и те­перь он воз­вра­щал­ся до­мой. Вы зна­ете, что был он точ­но та­кого рос­та, как братья, и выг­ля­дел, как они. Толь­ко одеж­да на нём бы­ла дру­гая.

А На­дыр по­думал: «Это он на­роч­но пе­ре­одел­ся, что­бы я его не уз­нал». Раз­гне­вал­ся он: «Сколь­ко раз я те­бя но­сить бу­ду!» — схва­тил Ба­бека, ог­лу­шил его, свя­зал по ру­кам и но­гам, от­нёс на пло­щадь и по­ложил на зем­лю ещё даль­ше, чем его брать­ев, а сам от­пра­вил­ся в чай­ха­ну.

Нас­та­ла ночь…

Всё это бы­ло в го­роде Баг­да­де, а па­дишах Баг­да­да оде­вал­ся иног­да дер­ви­шем — стран­ни­ком и об­хо­дил со сво­им ви­зирем весь го­род, что­бы знать, что де­ла­ет­ся в сто­лице.

И в этот ве­чер шёл он с ви­зирем по го­роду. Шли они по пло­щади, и вдруг па­дишах спот­кнул­ся. Смот­рит — на зем­ле че­ловек ле­жит. Вро­де и жи­вой, а не от­зы­ва­ет­ся, глаз не от­кры­ва­ет. Пош­ли даль­ше и вто­рого наш­ли, а ещё даль­ше — треть­его.

Толь­ко тре­тий свя­зан по ру­кам и но­гам.

Пос­мотрел па­дишах во все сто­роны — нет ли про­хожих, что­бы нез­на­комых кар­ли­ков с пло­щади унес­ти. Ви­дит, вы­шел из чай­ха­ны ка­кой-то че­ловек. Это был На­дыр. Он по­сидел в чай­ха­не и те­перь нап­равлял­ся до­мой.

Па­дишах вых­ва­тил кин­жал, под­бе­жал к не­му и крик­нул:

— Ес­ли жить хо­чешь, сту­пай за мной!

На­дыр ис­пу­гал­ся и по­шёл за дер­ви­шем. По­дош­ли они ту­да, где кар­ли­ки ле­жали, и го­ворит па­дишах:

— Возь­ми этих лю­дей и не­си, ку­да я ука­жу! Уди­вил­ся На­дыр, что кар­ли­ков трое, и вос­клик­нул:

— Будь­те вы прок­ля­ты, це­лый день я вас тас­кал, и те­перь мне по­коя нет!

Но воз­ра­жать не стал, взял кар­ли­ков в охап­ку и по­нёс за дер­ви­шем. А ви­зирь шёл впе­реди, до­рогу фо­нарём ос­ве­щал.

…На­дыр взял кар­ли­ков в охап­ку и по­нёс за дер­ви­шем.

Приш­ли они ко двор­цу па­диша­ха. Стра­жа уз­на­ла их, пос­то­рони­лась и про­пус­ти­ла па­диша­ха, ви­зиря и На­дыра во дво­рец.

Ког­да приш­ли они во дво­рец, дер­виш снял с се­бя свой ста­рый плащ, и На­дыр уви­дел, что это па­дишах. Опять уди­вил­ся На­дыр и опять про­мол­чал.

А па­дишах смот­рит на кар­ли­ков и удив­ля­ет­ся:

«Все на од­но ли­цо — три Ба­бека пе­ред ним. Что за ди­во?!»

Выз­вал па­дишах ле­каря. Ле­карь при­нял­ся вок­руг кар­ли­ков хло­потать. Ма­гомед и Са­фо оч­ну­лись. А Ба­бека слу­ги раз­вя­зали, и он то­же при­шёл в се­бя.

Но преж­де чем братья оч­ну­лись, па­дишах спро­сил у На­дыра:

— Ска­жи, по­чему ты вос­клик­нул, что це­лый день их тас­кал?

На­дыр рас­ска­зал, как бы­ло де­ло. Ког­да кар­ли­ки в се­бя приш­ли, па­дишах спро­сил:

— Кто же из вас Ба­бек?

— Я, — от­ве­тил мас­тер Ба­бек.

Па­дишах при­казал одеть всех брать­ев оди­нако­во и при­вес­ти же­ну Ба­бека. Ког­да её при­вели, он по­казал ей трёх кар­ли­ков и спро­сил:

— Ко­торый из них твой муж?

Она дол­го на них смот­ре­ла, а по­том ска­зала:

— Ка­жет­ся, этот мой муж, — и по­каза­ла паль­цем на Ма­гоме­да.

— Нет, я твой муж, — про­из­нёс Ба­бек.

По­нял он, что ни­чем от брать­ев сво­их не от­ли­ча­ет­ся и нап­расно их к сво­ему до­му не под­пускал.

А па­дишах уз­нал, что все три бра­та — хо­рошие мас­те­ра, и ос­та­вил их при се­бе ору­жей­ни­ками. Го­ворят, до сих пор в Баг­да­де жи­вут не­раз­лучно три мас­те­ра-ору­жей­ни­ка.