Как парень жену себе искал

Был у ма­тери один-единс­твен­ный сын, да и тот не то что­бы ду­рак, а так — при­дур­ко­ват нем­но­го. Вы­рос он. Что по­дела­ешь, мать ста­ла уго­вари­вать его же­нить­ся. Сын сог­ла­сил­ся. И по­ехал. Прис­мотрел не­вес­ту, по­шел в гос­ти, а там его яй­ца­ми пот­чу­ют. Па­рень ла­комс­тва та­кого дав­но не про­бовал и да­вай уп­ле­тать яй­цо за яй­цом. Во­ротил­ся он до­мой, а мать спра­шива­ет: — Чем же нын­че, сы­нок, те­бя уго­щали?

— Ох и знат­но уго­щали — од­ни­ми яй­ца­ми!

— Вер­но, до­сыта на­ел­ся?

— Да там и есть не­чего! Прог­ло­тил — толь­ко и все­го.

— Ох, сы­нок, нель­зя в гос­тях с та­кой жад­ностью есть. На­до бы­ло яй­цо на три-че­тыре ку­соч­ка раз­ре­зать, так-то оно при­лич­нее. Вско­ре сын опять от­пра­вил­ся к не­вес­те. Приш­ло вре­мя за стол са­дить­ся. На этот раз по­дали ва­реный го­рох. Лад­но. А сын креп­ко за­пом­нил, что мать на­казы­вала: в гос­тях сте­пен­но есть на­до, каж­дый ку­сочек на три-че­тыре час­ти ре­зать. Вы­тащил он из кар­ма­на нож и да­вай ре­зать каж­дую го­рошин­ку по­полам да еще раз по­полам. Хо­зя­ева удив­ля­ют­ся: “Что за чу­жес­тра­нец та­кой объ­явил­ся, го­рох и то есть не уме­ет!” А па­рень и в ус не ду­ет. По­чав­кал он, по­чав­кал и так, ни сыт ни го­лоден, до­мой ука­тил. Мать спра­шива­ет его:

— Ну, сы­нок, чем нын­че те­бя пот­че­вали?

— Го­рохом ва­реным. Да что тол­ку! Од­на воз­ня, так и го­лод­ным ос­тать­ся не­дол­го. По­думай-ка, эда­кую мел­ко­ту на час­ти ре­зать! Тут уж и есть не­досуг!

— Ох, сы­нок, ну и глуп же ты! В гос­тях го­рох но­жом ре­зал! Да его ж гор­стя­ми едят! Вско­ре от­пра­вил­ся сын в тре­тий раз сва­тать­ся. При­ехал. Приш­ла по­ра за стол са­дить­ся, по­дали на этот раз ка­шу. Пом­нит сын, что мать на­казы­вала, заг­ре­ба­ет ка­шу горстью, слов­но ка­мен­щик гли­ну, и знай в рот се­бе ки­да­ет. Тут отец не­вес­ты не стер­пел, шеп­нул пар­ню на ухо, чтоб уби­рал­ся он вос­во­яси и глаз сво­их не ка­зал. Так и по­ехал сын до­мой: коль не хо­тят — не боль­но на­до! При­ехал он до­мой, а мать спра­шива­ет:

— Что так ра­но во­ротил­ся?

— А дол­го ли ка­шу-то есть! Ки­нул в рот горсть, дру­гую, третью — вот и сыт.

— Ох, сы­нок, — зас­то­нала мать, — ты ка­шу ел гор­стя­ми, а лож­ка-то на что? Вид­но, век те­бе не же­нить­ся. И мать пра­ва ока­залась.