Кинули

Бе­цилеу рас­ска­зыва­ют, что не­кото­рые лю­ди пос­ле смер­ти прев­ра­ща­ют­ся в ки­нули. Ки­нули, по их сло­вам, вот ка­кие: то­щие, без­зу­бые, гну­савые, с длин­ны­ми-пред­линны­ми ког­тя­ми. Пи­ща, ко­торую они едят, тут же про­вали­ва­ет­ся в дру­гой ко­нец те­ла, по­тому что у них нет зу­бов, что­бы ее ух­ва­тить и раз­же­вать. Го­ворят, еще ни­кому не уда­лось зав­ла­деть ки­нули да­же си­лой; ког­да с ки­нули де­рут­ся, они впи­ва­ют­ся сво­ими длин­ны­ми ког­тя­ми пря­мо в те­ло. Пу­гая вра­гов, ки­нули кри­чат: «Нас здесь де­сять ты­сяч». Те, кто на­пада­ет, ис­пу­гав­шись, что ки­нули их схва­тят, раз­бе­га­ют­ся.

Бе­цилеу рас­ска­зыва­ют, что пос­мотреть пе­щеры, где жи­вут ки­нули, очень ин­те­рес­но. Ки­нули де­ла­ют под­стил­ки из шел­ка и спят под ни­ми. Они каж­дую ночь хо­дят красть шелк, и мно­гие ду­ма­ют, что они уже нак­ра­ли шел­ка на де­сять ты­сяч пи­ас­тров.

Еще рас­ска­зыва­ют, что мать, став­шая ки­нули, иног­да при­ходит к де­тям. Она вып­ра­шива­ет у них пи­щу: фа­соль, се­мена ку­куру­зы. По­лучив фа­соль и ку­куру­зу, мать-ки­нули боль­ше не воз­вра­ща­ет­ся, по­тому что она жа­рит зер­на. Ес­ли се­мена, ко­торые она за­рыва­ет в зем­лю, не про­рас­та­ют, она в дру­гой раз за ни­ми не при­ходит. Так по­луча­ет­ся, что мать ухо­дит нав­сегда, по­тому что жа­реная фа­соль и ку­куру­за не мо­гут дать рос­тков.

Ес­ли ки­нули прой­дет по по­лю или ос­та­новит­ся пос­то­ять, хо­зя­ин неп­ре­мен­но за­метит его сле­ды, по­тому что око­ло них ту­чей вь­ют­ся му­хи; это из-за то­го, что ки­нули лю­бят жар­кое сол­нце и зло­вон­ные мес­та. Бе­цилеу не прос­то так бол­та­ют, мно­гие из них са­ми ви­дели ки­нули. Прав­да, не­кото­рые бе­цилеу сом­не­ва­ют­ся, что ки­нули мож­но стать че­рез два-три дня пос­ле пог­ре­бения, ког­да на­чина­ют гнить киш­ки. Они не ве­рят, что че­ловек, ко­торый нас­ту­пит на мо­гилу ки­нули, сам ста­нет ки­нули. Они ду­ма­ют, что это неп­равда.