Курица и папанго

По­надо­билась, го­ворят, од­нажды ку­рице игол­ка. Она обе­жала всю ок­ру­гу, что­бы ее одол­жить, но со­сед­ки ку­да-то уш­ли, и ку­рица не зна­ла, что де­лать. Вдруг она ус­лы­шала, что у нее над го­ловой ка­кая-то пти­ца кри­чит: «Ку­ху! Ку­ху!». Это был па­пан­го. В те вре­мена ку­рица и па­пан­го бы­ли друзь­ями, и па­пан­го сог­ла­сил­ся одол­жить ей игол­ку. На свою бе­ду, Ра­куху­вави — так зва­ли ку­рицу — ее по­теря­ла. Ве­чером па­пан­го при­шел за игол­кой, но ку­рица не мог­ла ее вер­нуть и из­ви­нялась пе­ред ним как толь­ко мог­ла. Рас­сержен­ный па­пан­го ни­чего не хо­тел слу­шать и ска­зал, что зав­тра опять при­дет за сво­ей иг­лой. Це­лый день ку­рица с под­ру­гами ис­ка­ла игол­ку и не наш­ла. Ку­рица ры­лась в зем­ле, заг­ля­дыва­ла под каж­дую тра­вин­ку — игол­ка про­пала и все. Па­пан­го при­шел и в страш­ном гне­ве стал тре­бовать ка­кую-ни­будь дру­гую вещь, что­бы воз­местить убы­ток. Но ку­рица, ко­торая при­вык­ла со­бирать, не хо­тела ни­чего ему от­да­вать. Тог­да па­пан­го вмес­то сво­ей игол­ки схва­тил ее цып­ленка и зак­ри­чал:

— Пусть бу­дут прок­ля­ты все мои по­том­ки, ко­торые за­будут о при­чинен­ном мне зле, под­ру­жать­ся с ку­рицей и пе­рес­та­нут прес­ле­довать ее де­тей и вну­ков!

Го­ворят, с тех пор ку­рица и па­пан­го ста­ли вра­гами. Ког­да па­пан­го кру­жит над де­рев­ней, он кри­чит: «Фи­лу! Ку­ху! Ку­ху!» Это он тре­бу­ет у ку­рицы игол­ку. Ес­ли ему уда­ет­ся, он кра­дет у нее цып­лят. А ку­рица до сих пор раз­гре­ба­ет зем­лю ла­пами и ты­чет­ся но­сом: все ста­ра­ет­ся най­ти игол­ку.