Есть ли справедливость на свете?

Соб­рался раз му­жик в лес по дро­ва. А на дво­ре дождь хле­щет, ве­тер сос­ны с кор­нем вы­вора­чива­ет.

При­шел му­жик в лес, на­чал ру­бить сучья, вдруг слы­шит — кто-то сто­нет, да так жа­лоб­но! У му­жика от стра­ха ду­ша уш­ла в пят­ки. Од­на­ко по­дошел он к то­му мес­ту, от­ку­да слы­шал­ся стон. Смот­рит — под по­вален­ной сос­ной ле­жит мед­ведь и еле ды­шит.

Му­жику ста­ло жаль зве­ря. При­тащил он жердь и две ко­лоды, при­под­нял жердью сос­ну у ком­ля, под­ло­жил ко­лоду. По­том с дру­гой сто­роны при­под­нял, под­ло­жил и ос­во­бодил мед­ве­дя.

Очу­хал­ся мед­ведь нем­но­го и го­ворит:

— Я те­бя съ­ем.

— По­бой­ся бо­га! — от­ве­ча­ет му­жик. — Ведь я те­бя от вер­ной смер­ти спас! Те­бе ме­ня бла­года­рить на­до, а ты: «Съ­ем!»

А мед­ведь знай свое: съ­ем да съ­ем. Хо­тел му­жик де­ру дать, да не выш­ло — схва­тил его мед­ведь, вот-вот по­дом­нет.

Ви­дит му­жик — де­ло пло­хо. Вот и го­ворит он мед­ве­дю:

— Без су­да ни­кого есть не по­лага­ет­ся. Пусть нас кто-ни­будь рас­су­дит.

Мед­ведь сог­ла­сил­ся. Пош­ли они ис­кать судью, а тут не­пого­да сов­сем раз­гу­лялась — дождь се­чет, ве­тер во­ет. Вдруг ви­дят они — конь вет­ки ду­бовые в ле­су гло­жет.

— Рас­су­ди нас, дру­жище, — го­ворит му­жик ко­ню.

Рас­ска­зал му­жик все, как бы­ло. Конь и от­ве­ча­ет:

— Прав мед­ведь. За доб­ро толь­ко злом и пла­тят. По­ка я был мо­лод — ра­ботал на хо­зя­ина, не жа­лея сил, а как стал стар и слаб, так клоч­ка со­ломы для ме­ня жал­ко. Вон ка­кая не­погодь, а он ме­ня в лес выг­нал ду­бовые вет­ки гло­дать.

Не пон­ра­вились му­жику сло­ва ко­ня.

— Пой­дем даль­ше, — го­ворит он мед­ве­дю, — по­ищем дру­гого судью.

Пош­ли они даль­ше. Вдруг навс­тре­чу им за­яц.

— Эй, ко­сой! Рас­су­ди-ка нас! — го­ворит мед­ведь.

За­яц ис­пу­гал­ся.

— Как же я вас су­дить бу­ду?

Рас­ска­зал му­жик зай­цу все, как бы­ло. За­яц и го­ворит:

— За доб­ро всег­да пла­тят злом. Я ни­кому ни­чего ху­дого не сде­лал, а на ме­ня все на­пада­ют, ко­му не лень: и со­бака, и волк, и да­же во­рона. Не мо­гу я так боль­ше жить. Я то­пить­ся иду.

И впрямь уто­пил­ся бы за­яц, да си­дела на бе­регу жа­ба, уви­дела зай­ца и со стра­ху прочь зап­ры­гала. «Эге! — по­думал за­яц. — По­гожу-ка я то­пить­ся. Есть еще и та­кие, что ме­ня бо­ят­ся».

А му­жик и мед­ведь тем вре­менем идут се­бе даль­ше. Ви­дят — бе­жит навс­тре­чу лис.

Рас­ска­зали они ли­су все, как бы­ло.

— Рас­су­ди нас, ку­манек!

— Хо­рошо, — сог­ла­сил­ся лис.

От­вел му­жик ли­са в сто­рон­ку и шеп­нул ему на уш­ко:

— Ес­ли рас­су­дишь как сле­ду­ет — по­лучишь в наг­ра­ду шесть ку­рочек.

Кив­нул лис и го­ворит:

— Как же мне су­дить вас, ес­ли я да­же не ви­дел мес­та, где мед­ве­дя при­дави­ло?

Пош­ли они все трое к по­вален­ной сос­не.

— И ты, му­жик, го­воришь, что эту сос­ну рас­ше­велил! — удив­ля­ет­ся лис. — Да не мо­жет быть!

Му­жик взял жердь, под­дел сос­ну и при­под­нял ее.

— А те­перь, — го­ворит лис, — ты, миш­ка, лезь под сос­ну, по­кажи, как ты ле­жал.

Мед­ведь улег­ся под де­ревом, а му­жик уб­рал жердь. Тут сос­на опять мед­ве­дя и при­жала.

Поб­ла­года­рил му­жик ли­са и дал ему для на­чала од­ну ку­рицу.

На дру­гой день лис при­шел за вто­рой, на тре­тий — за треть­ей. Му­жик от­да­вал, не пре­кос­ло­вил, но на чет­вертый день одол­жил у со­седа двус­твол­ку, под­ка­ра­улил ли­са у ку­рят­ни­ка да как грох­нет по ку­мань­ку!

Про­мах­нулся му­жик. Ну, а лис — да­вай бог но­ги! Бе­жит и кри­чит:

— Ой, му­жик! А сам-то чем за доб­ро пла­тишь!

Тут и сказ­ке ко­нец.