Как солдат стал королем

Был у од­но­го от­ца сын. Отец был му­жик бо­гатый, сы­на по­ил-кор­мил. Вы­рос сын — от­да­ли его в сол­да­ты. Стал он пи­сать от­цу, что­бы тот де­нег прис­лал. Пос­лал ему отец де­нег. Три ра­за по­сылал. Сын все пи­сал, что ему чи­ны идут, а сам, как был сол­да­том, так им и ос­та­вал­ся.
Вот соб­рался отец на­вес­тить его, еще и сот­ню зах­ва­тил для не­го. При­ехал в го­род, ос­та­новил­ся на пос­то­ялом дво­ре. А тут вой­ско ми­мо мар­ши­ру­ет. Уз­нал отец сы­на — опом­нить­ся не мо­жет! Пи­сал сын, что он ге­нерал, а сам грязь ме­сит пе­ред пол­ком и в ба­рабан бь­ет.
Под ве­чер идет вой­ско об­ратно, и сно­ва отец сы­на в ба­рабан­щи­ках ви­дит.
Вот прош­ло вой­ско, а один кап­рал за­шел на пос­то­ялый двор. Стал его отец спра­шивать, под ка­ким име­нем этот ба­рабан­щик у них зна­чит­ся. Кап­рал ска­зал. Тог­да отец спро­сил, нет ли у них в пол­ку ге­нера­ла под тем же име­нем. «Нет», — го­ворит. Зап­ла­кал отец. Спра­шива­ет кап­рал: че­го, мол пла­чешь?
— Да как же! — го­ворит отец. — Сы­нок-то мой, Иг­нась, пи­сал, что у вас ге­нера­лом стал, про­сил де­нег прис­лать. Я ему три сот­ни пос­лал, при­ехал его на­вес­тить, а вы­ходит, он прос­той ба­рабан­щик. А я ему еще сот­ню при­вез! Не дам ему боль­ше де­нег.
Рас­про­щал­ся отец с кап­ра­лом, сел на воз и об­ратно по­ехал. А кап­рал по­шел к то­му сол­да­ту и го­ворит;
— От­да­вай день­ги, три сот­ни. Я их тво­ему от­цу от­прав­лю. Он при­ез­жал и ви­дел, что ни­какой ты не ге­нерал, а ба­рабан­щик.
И стал над ним нас­ме­хать­ся.
Вых­ва­тил сол­дат саб­лю, от­ру­бил то­му кап­ра­лу го­лову, по­шел к ге­нераль­ско­му ден­щи­ку и стал у не­го ге­нераль­ский мун­дир про­сить. Про­сил, про­сил — вып­ро­сил. Все день­ги, все три сот­ни за не­го зап­ла­тил. Пе­ре­одел­ся, сел на кап­раль­ско­го ко­ня и вдо­гон­ку за от­цом! Дог­нал его, пос­та­вил ко­ня по­перек до­роги и го­ворит:
— Да­вай день­ги, отец, ту сот­ню, что мне вез. А не дашь — убью!
Отец, рад не рад, дал ему день­ги.
— Толь­ко ты, — го­ворит, — боль­ше мне не сын и до­мой не по­казы­вай­ся.
И по­ехал к се­бе в се­ло.
А тот сол­дат в ге­нераль­ском мун­ди­ре по­ехал к со­сед­не­му ко­ролю и вы­дал се­бя за са­мого стар­ше­го ге­нера­ла. По­вери­ли ему, вой­ско по­ручи­ли. И стал он им ко­ман­до­вать, как по­ложе­но.
Бы­ла у то­го ко­роля дочь. Очень ей за­хоте­лось пос­мотреть, как но­вый ге­нерал ко­ман­ду­ет, мол­ва о нем доб­рая шла. При­еха­ла она, пог­ля­дела, и очень он ей по сер­дцу при­шел­ся. Пош­ла она к от­цу и ста­ла про­сить, что­бы доз­во­лил он ей за­муж за не­го вый­ти. Отец доз­во­лил, по­жени­лись они, а как год про­жили, обе­щал ко­роль, что ос­та­вит ему все ко­ролевс­тво.
Вот про­жили они еще год и го­ворит ге­нерал сво­ей же­не-ко­ролев­не:
— Жи­вешь ты здесь и каж­дый день сво­их род­ных ви­дишь. А я у сво­их дав­ным-дав­но не бы­вал. Хо­чу я к ним съ­ез­дить.
Взял он с со­бой пя­терых ка­питан-ми­нис­тров, де­нег наб­рал и в путь-до­рогу от­пра­вил­ся. А же­не на­казал:
— Ес­ли мы че­рез год и шесть не­дель не по­явим­ся, то ез­жай за на­ми, толь­ко возь­ми с со­бой еще пя­терых ка­питан-ми­нис­тров, их на­чаль­ни­ка да вой­ска по­боль­ше.
На том и рас­про­щались.
Ехал он, ехал, за­ехал в гус­той лес, а в ле­су кор­чма. За­ноче­вали они там. Толь­ко лег­ли спать — вы­ходят из ле­су раз­бой­ни­ки.
— Доб­рый ве­чер, — го­ворят кор­чма­рю. — Что но­вого?
— Доб­рый ве­чер, — от­ве­ча­ет кор­чмарь и шеп­чет: «Пять ка­питан-ми­нис­тров и с ни­ми шес­той, на­чаль­ник».
Ве­лели раз­бой­ни­ки ужин го­товить, се­ли в кру­жок, сго­вори­лись и на­пали на них, на сон­ных. Пя­терых ка­пита­нов по­руби­ли, а тот ге­нерал без мун­ди­ра, без де­нег че­рез ма­лое окош­ко вы­лез, ру­ки-но­ги по­кале­чил, но убе­жал.
Доб­рался он до сво­ей тет­ки, стал про­сить, что­бы она схо­дила к от­цу. Пош­ла она и го­ворит:
— По­вери­те ли, прис­ни­лось мне, что вер­нулся наш Иг­нась.
— Ви­деть его не же­лаю, — от­ве­ча­ет отец. — Пусть он мне на гла­за не по­казы­ва­ет­ся. Он убить ме­ня хо­тел.
Тет­ка тол­ку­ет:
— А ес­ли б он и вправ­ду при­шел, вы бы его до­мой пус­ти­ли?
— Ви­деть его не же­лаю!
— За про­вин­ность-то по­бить мож­но, — го­ворит тет­ка. — А из до­му гнать не го­дит­ся.
Вер­ну­лась она, рас­ска­зала обо всем Иг­на­сю, а на дру­гой день опять пош­ла к его от­цу и го­ворит:
— По­вери­те ли, при­шел-та­ки Иг­нась. Гол, как со­кол, раз­дет, ра­зут, весь по­кале­чен­ный.
— Ви­деть его не же­лаю! Он убить ме­ня гро­зил­ся.
А тет­ка знай про­сит:
— При­мите его. Это же сын ваш.
На­конец отец сми­лос­ти­вил­ся.
— Лад­но, пус­кай при­ходит. Пош­лю его коз пас­ти.
Пош­ла тет­ка за ним, при­вела, пал он от­цу в нож­ки. Взял отец ду­бину по­тол­ще, вы­тянул его ра­за три вдоль спи­ны и пос­лал коз пас­ти. Оде­жон­ку дал са­мую ху­дую, ла­таную, свое ста­до по­ручил и еще из го­рода коз наг­нал. Па­си, мол, всех.
А сы­нок доз­нался, где ко­жи дос­тать, сде­лал ба­рабан, и да­вай коз муш­тро­вать! Боль­шую к боль­шой, мень­шую к мень­шой, ро­гатых — нап­ра­во, без­ро­гих — на­лево. И — ша­гом марш под ба­рабан!
При­гонит к ве­черу коз до­мой — отец на не­го кри­чит:
— Ты что мне коз мо­ришь?
— Па­су, как по­ложе­но, — сын от­ве­ча­ет. — С тра­вой нын­че ху­до, су­хо в по­ле.
А сам-то час их па­сет, час муш­тру­ет да кла­нять­ся учит. Вот они все и ото­щали, го­ремыч­ные.
Про­шел год и шесть не­дель. Ждет Иг­нась, вот-вот за ним при­едут.
И вправ­ду же­на его взя­ла пять ка­питан-ми­нис­тров, на­чаль­ни­ка их да все вой­ско и по­еха­ла за ним. Доб­ра­лась до той са­мой лес­ной кор­чмы и там с ка­питан-ми­нис­тра­ми за­ноче­вала. А вой­ско в ле­су ос­та­нови­лось, в кор­чме-то его и не ви­дели.
Раз­бой­ни­ков-то бы­ло там один­надцать, кор­чмарь — две­над­ца­тый, они его за ата­мана по­чита­ли. И ку­хар­ка еще бы­ла в кор­чме. Вот ко­ролев­нин слу­га ужин со­бира­ет, с ку­хар­кой за­гова­рива­ет и ви­дит, что она са­ма не своя. А уж тем­не­ет. Вот слу­га и спра­шива­ет:
— Ты че­го, вро­де са­ма не своя? Че­го сле­зы ль­ешь? От ме­ня те­бе ни ху­да, ни доб­ра. Что пла­кать-то?
— Я бы, — шеп­чет ку­хар­ка, — ска­зала, толь­ко луч­ше в сто­рон­ку отой­дем.
Отош­ли они в сто­рон­ку, она и тол­ку­ет:
— Год шесть не­дель то­му на­зад про­ез­жа­ли здесь пя­теро ка­питан-ми­нис­тров и с ни­ми шес­той — на­чаль­ник. За­ноче­вали здесь. Тут яви­лись один­надцать раз­бой­ни­ков да две­над­ца­тый — хо­зя­ин мой. Уби­ли они пя­терых, шес­той не­ведо­мо ку­да по­девал­ся.
По­бежал слу­га к ко­ролев­не и все рас­ска­зал. Да­ли знать вой­ску, что­бы сто­яло на­гото­ве, ухо вос­тро дер­жа­ло — не то все по­гиб­нут. И тай­ный ка­ра­ул вок­руг кор­чмы выс­та­вили.
К по­луно­чи вва­лились в кор­чму один­надцать раз­бой­ни­ков, спра­шива­ют хо­зя­ина:
— Как ве­чер? Доб­рый?
— Доб­рый-доб­рый, — от­ве­ча­ет хо­зя­ин. — Доб­рей, чем год и шесть не­дель то­му на­зад.
И до­гово­рить не ус­пел, как — ба­бах! — со всех сто­рон сол­да­ты на­пали и всех по­уби­вали. Толь­ко ту ку­хар­ку по­щади­ли. По­каза­ла она им, где под­ва­лы. В од­ном под­ва­ле де­нег пол­ным-пол­но, в дру­гом — одеж­ды вся­кой, а в треть­ем — все уби­тые ле­жат. Уз­на­ли они одеж­ду с тех ка­питан-ми­нис­тров и их на­чаль­ни­ка, а кто имен­но убит, кто жив ос­тался — уже не­воз­можно бы­ло уз­нать. Ко­ролев­на и го­ворит:
— Уж я не знаю, сто­ит ли даль­ше ехать. Да лад­но уж, по­едем. Мо­жет, хоть ро­дите­лей его по­вида­ем.
Вот подъ­ез­жа­ют они, а ко­зопас их из­да­лека при­метил, коз по-во­ен­но­му пос­тро­ил, ро­гатым вен­ки на­дел, без­ро­гим бу­кеты при­вязал и по­вел навс­тре­чу вой­ску свое ста­до — боль­шие впе­реди, мень­шие — по­зади. Идет че­рез го­род, сам в ба­рабан бь­ет. Лю­ди по­выбе­гали, смот­рят, что за вой­ско, кто ба­раба­нит.
— Это же, — го­ворят, — ко­зопас наш! То-то на­ши ко­зы та­кие за­морен­ные! Он их, ока­зыва­ет­ся, мар­ши­ровать зас­тавлял!
Сош­лись два вой­ска: ко­ролев­ни­но и козье. Уз­на­ла ко­ролев­на му­жа. Спе­шит навс­тре­чу, а ко­зы-то кла­ня­ют­ся, кла­ня­ют­ся. Ка­питан-ми­нис­тры чуть с ко­ней не по­пада­ли со сме­ху. Поз­до­рова­лась они, вер­нулся Иг­нась к сво­им ко­зам, ско­ман­до­вал. И пош­ли они: он впе­реди, а ко­зы за ним, что твое вой­ско.
По­дош­ли они к до­му от­ца, вой­ско в по­ле ос­та­нови­лось, а ко­ролев­на с дву­мя ка­питан-ми­нис­тра­ми, слу­гой и тем ко­зопа­сом во двор вош­ли. Иг­нась коз за­гоня­ет, а она у его от­ца ноч­ле­га про­сит. Отец ей от­ве­ча­ет, что, мол, стыд­но ему та­кую гос­по­жу при­нимать, в ха­те у не­го-де гряз­но. А гостья ужин ве­лит го­товить. Иг­нась коз заг­нал и в ха­ту вхо­дит. Пог­ля­дела на не­го ко­ролев­на и го­ворит его от­цу:
— Ус­ту­пи мне это­го мо­лод­ца. Хо­чу его к се­бе на служ­бу взять.
Отец сер­ди­то от­ве­ча­ет, что он-де не­пос­лушный сын, убить его гро­зил­ся; ку­да, мол, ему слу­жить у та­кой гос­по­жи, ког­да он коз, и тех пе­ремо­рил, еще пла­тить за них при­дет­ся!
Тог­да ко­ролев­на про­сит, пус­кай-де ко­зопас хоть ей на стол по­даст. Отец от­го­вари­ва­ет­ся. Ку­да, мол, та­кому дра­ному да строп­ти­вому на стол по­давать!
— А мы ему и та­кому ра­ды, — го­ворит ко­ролев­на.
Наб­рал Иг­нась та­релок с едой, при­нес, пос­та­вил. По­том мя­са по­ложил, по­нес та­рел­ки, да уви­дел сте­белек на по­лу, заг­ля­дел­ся на не­го, спот­кнул­ся, упал и все по­бил. Отец на не­го кри­чит, а ко­ролев­на знай сме­ет­ся.
А на­ут­ро ко­зопас на­дел свой ге­нераль­ский на­ряд, ко­торый ему же­на при­вез­ла. От­ца и спра­шива­ют:
— Ну что, уз­на­ешь сво­его сы­на се­редь нас, ми­нис­тров?
— Что ему се­редь вас де­лать? — вор­чит отец.
— А вы уз­най­те. Не­бось не уз­на­ете.
Не уз­нал его отец. Выс­ту­пил сын впе­ред, поп­ро­сил у от­ца про­щения.
— Прос­ти­те, — го­ворит, — ба­тюш­ка, ме­ня за глу­пое ба­ловс­тво. И по­едем­те с на­ми, ес­ли бу­дет та­кое ва­ше же­лание.
— Не по­еду, — го­ворит отец.
— Во­ля ва­ша. Как хо­тите, — от­ве­ча­ет сын.
А ко­ролев­на спра­шива­ет:
— Сколь­ко нуж­но, ба­тюш­ка, вам де­нег за оби­ду ва­шу и за тех коз?
Мол­чит отец.
Вы­нула она це­лую ты­сячу и на стол по­ложи­ла.
— Хо­тите — от­дай­те коз лю­дям. Хо­тите — зап­ла­тите за них.
Рас­ска­зал ему сын про свою же­нить­бу, рас­про­щались они и у­еха­ли. За­еха­ли по пу­ти в лес­ную кор­чму, где раз­бой­ни­ки за­саду ус­тра­ива­ли, заб­ра­ли там из под­ва­лов, что за­хоте­ли, а кор­чму под­па­лили. И даль­ше по­еха­ли.
При­еха­ли к се­бе, пир ус­тро­или, всех гос­под приг­ла­сили. Рас­ска­зал им Иг­нась, что с вам в до­роге прик­лю­чилось. От­дал ему ко­роль все ко­ролевс­тво, и он до се­го дня тем ко­ролевс­твом пра­вит.