Сладко житье

По­сере­ди зи­мы это бы­ло. И снег, и мо­роз, и суг­ро­бы — все на сво­ем мес­те. Мо­роз не так, что­бы боль­шой, не на сто гра­дусов, врать не бу ду, а все­го на пять­де­сят. Я ле­сом брел. От жо­ны ушел. Моя жо­на го­вор­ли­ва, к ней пос­то­ян­но гос­ти с раз­го­вора­ми, с но­вос­тя­ми, с пе­ресу­дами — я и ушел в лес, от бабь­его го­мону го­лову про­вет­рить.

Иду, сне­гом пос­кри­пываю, а мо­роз по ле­су пос­ту ки­ват.

Гля­жу — пче­лы!

Ох ты — пче­лы? И жи­вы, и ле­та­ют! По­кажет­ся это пчел­ка, хо­лоду хва­тит да в ту­ман и спря­чет се­бя.

Ка­бы я от ку­ма шел, ну, тог­да де­ло прос­то — с пи­ва хмель­но­го в гла­зах вся­ка уди­витель­ность мес­то на­ходит. Ка­бы я из по­лицей­ской ку­туз­ки был вы­пущен, тог да бы и па­мять, и по­ниманье бы­ли бы от­шибле­ны. А я в нас­то­ящем пол­ном сво­ем ви­де, во всем по­ряд­ке.

Я к ним, к пчел­кам, и шаг­нул. В ту­ман стук­нулся. От ту­мана на ме­ня слад­ким теп­лом пах­ну­ло-дох­ну­ло. Нюх­нул — пах­нет ме­дом, пря­ника­ми, лам­пась­ем хо­рошим. Я шаг­нул в ту­ман, а он по­да­ет­ся, а не раз­да­ет­ся, в се­бя не пу­щат. Хо­тел нап­ро­лом прос­ко­чить, на­пором взять, а ту­ман ту­гой — дер­жится ти­хо-ти­хо, а вы тол­кнул ме­ня воб­ратно на хо­лод.

А пчел­ки тру­дящи шмы­га­ют в ту­мане, по­хоже, зо­вут к се­бе в гос­ти. На­до, ду­маю, пчел­кам сло­во ска­зать, а ту­ман сла­достью кон­фетной мне рот на­бил. Я про­жевал — очен­но да­же при­ят­но. К чаю это под­хо­дяще. Стал то­пором ту­ман ру­бить.
Про­рубил ход в слад­ком ту­мане, про­тол­кал се­бя на ту сто­рону. И по­пал на слад­ки во­ды, на те са­мы, ко­торы в на­шей хо­лод­ности хра­нили се­бя.

Стою в лас­ко­вом теп­ле. Ви­жу, озер­ко ле­жит в зе­леной трав­ке, на трав­ке цве­точ­ки раз­ны по­качи­ва­ют­ся, ле­ден­цо­выми ко­локоль­чи­ками поз­ва­нива­ют.

Бе­рег озер­ка усы­пан раз­ноцвет­ным лам­пась­ем. Озер­ко глад­ку вол­ну взды­мет на бе­рег, но­вы при­гор­шни лам­пасья ки­нет, у бе­рега пе­на спе­нит­ся, са­харом на бе­регу ос­та­нет­ся.

Пчел­ки кру­гами но­сят­ся, зо­лоты узо­ры ткут, на во­ду чуть при­сядут и с ме­довым гру­зом к бе­регу. На бе­регу мед ров­ны­ми стоп­ка­ми. Каж­на стоп­ка трой­ке воз, ес­ли ме­рить на увоз.

Хлеб­нул во­ду для ис­пы­тания. Во­да теп­лая, слад­кая. И все мес­то из-за ту­мана ни­како­му по­лицей­ско­му не про­нюхать. Спря­тано хо­рошо.

А кру­гом де­ла де­ла­ют­ся. От мо­его при­хода теп­ла при­бави­лось. Мед на бе­регу за­под­та­ивал и по­тек на во­ду, с са­хар­ной пе­ной тес­том за­месил­ся и го­товым пря­ником дви­нул­ся.

Я пос­то­ронил­ся, ту­ман раз­дви­нул­ся. Пря­ники ши­роча­щи, длин­ня­щи дви­нулись по мо­им сле­дам. Пчел­ки тру­дящи, ра­ботя­щи на пря­никах ме­дом-са­харом пись­мен­но-пе­чат­но узо­рочье вы­вели. Лам­пасье под пря­ники для ко­лес­но­го хо­ду рас­сы­палось и к нам в де­рев­ню, к мо­ему дво­ру, вмес­тях с пря­ника­ми при­кати­лось.

На­до слад­ко доб­ро от зах­ватчи­ков спря­тать и по до­роге прик­рыть. Я ту­ман прих­ва­тил за край и рас­тя­нул за­навес­кой на весь путь пря­никам, прик­рыл и с той и с дру­гой сто­роны.

Че­рез ту­ман не вид­но пря­ников са­мо­иду­щих, скрозь ту­ман без осо­бой сно­ров­ки не прос­ко­чишь. Де­ло хо­роше, боль­шо и ни­кому не из­вес­тно.

Будь пря­ники рос­том с во­роти­ну, прос­то бы их по по­ветям под на­веса­ми, по ам­ба­рам спря­тать от жад­ных глаз, от гра­битель­ских лап. Пря­ники ши­риной с ули­цу!

А пря­ники идут и идут. Мы их на реб­ро да к до­му. Пря­ники во всю сте­ну. Мы до­мы пря­ника­ми об­ста­вили, кры­ши пря­ника­ми нак­ры­ли. В пря­никах окош­ки про­руби­ли. У пря­нич­ных до­мов уг­лы, обо­кон­ни­ки и кры­ши лам­пась­ем ле­ден­цо­вым раз­ноцвет­ным об­ле­пили. Да­же из­да­ли гля­деть слад­ко.

Ту­ман по по­казан­ной ему до­роге тя­нет­ся от слад­ко го озе­ра и у нас на зад­ворках вь­ет­ся, в слад­ки ку­чи скла­дыват­ся.
Пря­ники без ус­та­ли са­моход­но се­бя ме­сят, пе­кут, к нам се­бя ка­тят, ку­чами скла­дыва­ют­ся.

На­род у нас ар­тель­ный, на по­мощь приш­ли, пря­ники к се­бе рас­та­щили. До­ма, си­дя за ча­ем, уго­ща­ют­ся, пот­чу­ют­ся.
К нам ко­ли хо­роший че­ловек по­коло­тит­ся, мы пря­нич­ны во­рота от­во­рим, с пок­ло­ном при­нимам, уго­щам, пря­ника­ми на­кор­мим, с со­бой за­пас да­дим.

По­коло­тит­ся уряд­ник, поп, чи­нов­ник, мы скрозь окош­ки кри­чим:
— Ми­лос­ти про­сим, за­ходи­те, гос­ти­те, для вас са­мовар ста­вим, на стол со­бирам, рюм­ки на­ливам, толь­ко во­рота пря­нич­ны не от­во­ря­ют­ся. Уж не стес­няй­те се­бя це­ремо­ни­ей, по­ешь­те пря­ники, про­ешь­те ды­ру в ме­ру сво­ей вы­шины, ши­рины и в из­бу зай­ди те, гос­тя­ми бу­дете.

Поп, уряд­ник, чи­нов­ник на пря­нич­ны во­рота наб­ра­сыва­лись, жи­воты на­бива­ли пря­ника­ми, пря­ники ло­мали, в кар­ма­ны кла­ли, а к нам хо­ду ни прож­рать, ни про­ломать не мог­ли.

Без них у нас и ста­ло слад­ко житье.