Ве­сёлый

Жил-был Ве­сёлый. Всё он гу­лял вез­де по се­лам. Все на не­го го­ворят, что бы где ни по­теря­лось; а он сном это­го де­ла не зна­ет. Бе­рет се­бе скри­поч­ку, идет пу­тем-до­рогой.

По­пада­ет­ся ему волк навс­тре­чу. — «Ку­ды, брат, ты, Ве­сёлый, идешь?» — «А вот иду се­бе пу­тем-до­рогой». — «Возь­ми, брат, ме­ня в то­вари­щи! Где бы вот там овеч­ка (по­теря­ет­ся?), или кто ук­ра­дет — все го­ворят, что волк за­давил, а я и сном де­ла не знаю!»

От­прав­ля­ют­ся се­бе пу­тем-до­рогой и иг­ра­ют в скри­поч­ку. По­пада­ет­ся им мед­ведь навс­тре­чу. Вот и го­ворит мед­ведь: «Ку­ды, брат, вы пош­ли?» — «Да вот, где че­го не по­теря­лось, все на нас го­ворят!» — Мед­ведь и го­ворит: «Я так же: все го­ворят, что мед­ведь за­давил, ско­тина ес­ли где по­теря­лась; а я и сном де­ла не знаю!»
Идут пу­тем-до­рогой, иг­ра­ют в скри­поч­ку. Под­хо­дят к озе­рине. И сто­ят вят­ские с во­зами: с то­лок­ном едут. Под­ня­лась бу­ря-ве­тер, сбро­сало их все эти во­за в озе­рину.

По­сыла­ют (Ве­сёлый с то­вари­щами) мед­ве­дя тас­кать хмель в эту озе­рину — де­лать пи­во. На­тас­ка­ли хме­лю, сде­лали пи­во. Пос­та­вили из­бушку, ок­на­ми к озе­рине, что­бы смот­реть. Сде­лали ме­ру — пи­во у них что­бы не убы­вало.
По­вади­лась это пи­во пить (за пи­вом хо­дит к ним) Яга-ба­ба. Ста­ло у них это пи­во убы­вать; пог­ля­дят по ме­ре: пи­ва ма­ло; в озе­рине убы­ва­ет мно­го.

Пер­вую ночь по­сыла­ют пи­во ка­ра­улить вол­ка. Волк от­прав­ля­ет­ся, ста­новит­ся на свое мес­то. Под­хо­дит Яга-ба­ба с вед­ра­ми на ко­ромыс­ле. — «Ты ку­ды идёшь?» — «За пи­вом. Те­бе ка­кое де­ло?!» — Сбра­сыва­ет вед­ра с ко­ромыс­ла; да­вай это­го вол­ка ко­ромыс­лом лу­пить. Волк кое-как уполз в свою из­бушку.

Яга-ба­ба на­пилась пи­ва, под­де­ла вед­ра и от­пра­вилась с пи­вом. То­вари­щи ут­ром и го­ворят (про вол­ка): «Эх, как наж­рался пи­ва-то! Пь­яне­хонек ле­жит!» — «Ай­да­те-ка. схо­дите, уз­най­те, как дос­та­ет­ся пи­во-то!»
На дру­гую ночь дос­та­ет­ся мед­ве­дю пи­во ка­ра­улить ид­ти. Вре­мя при­над­ле­жа­ет, мед­ведь от­прав­ля­ет­ся. Стал на свое мес­то. При­ходит Яга-ба­ба. — «Те­бе что нуж­но?» — Сгреб­ла, бро­сила вед­ра, взя­ла ко­ромыс­ло, на­чина­ет мед­ве­дя лу­пить ко­ромыс­лом. Мед­ведь кое-как уполз в свою из­бушку. Яга-ба­ба на­пилась пи­ва, по­чер­пну­ла вед­ра и от­пра­вилась с пи­вом.
По­ут­ру вста­ют то­вари­щи и го­ворят: «Эх, как наж­рался пи­ва-то! Пь­янё­хонёк ле­жит!» — «Ай­да­те схо­дите-ка са­ми: как дос­та­ет­ся пи­во-то!»

На третью ночь Ве­сёло­му (приш­лось ка­ра­улить). Ве­сёлый от­пра­вил­ся со сво­ей скри­поч­кой, ста­новит­ся к сос­не. Под­хо­дит Яга-ба­ба к Ве­сёло­му. — «Что ты, Ве­сёлый, де­ла­ешь?» — «А в скри­поч­ку иг­раю». — Сбра­сыва­ет (Яга-ба­ба) вед­ра, ко­ромыс­ло с се­бя, да­вай у­ез­жи­вать — пля­сать.

«А как бы мне, Ве­сёлый, на­учить­ся бы в скри­поч­ку иг­рать?» — «У те­бя, Яга-ба­ба, паль­цы тол­сты». — «А что на­до им де­лать — сде­лать их по­тонь­ше?» — «А вот тут сто­ит пе­нёк, в пень­ке-то клин: клин-от вы­тащить, в ды­ру-то паль­цы-то за­коло­тить — они по­тонь­ше бу­дут, мо­жешь ты ими тог­да иг­рать».

Вы­тащи­ли этот клин, за­тол­ка­ли ту­да паль­цы; ру­ки за­жало у ней. Тут он ее и кон­чил. А са­ми ста­ли пи­во пить. Тог­да и уз­на­ли, как от­че­го де­ло у них про­ис­хо­дило!