Фермер Джеймс Грэй и великанша Клэншид

В ди­ких за­рос­лях Бен­ши­ра жил ве­ликан. Он был злой и жес­то­кий ве­ликан и очень пло­хо об­ра­щал­ся со сво­ей же­ной — ве­ликан­шей Клэн­шид.
Толь­ко по­думай­те: он каж­дую ночь бил-ко­лотил ее чем по­пало. То она пе­щеру не так вы­мыла, то обед не так при­гото­вила, а то прос­то у не­го ру­ки че­сались, и он не мог ус­нуть, по­ка не по­коло­тит ее.
И каж­дую ночь над ле­сами и хол­ма­ми Бен­ши­ра раз­но­сились воп­ли бед­ной ве­ликан­ши. Ху­же всех при­ходи­лось Джей­мсу Грэю, фер­ма ко­торо­го сто­яла не­пода­леку от тех мест.
Од­ну ночь за дру­гой ни он, ни вся его семья глаз не мог­ли сом­кнуть, и по­тому днем вмес­то ра­боты Джей­мс Грэй кле­вал но­сом в по­ле, его же­на — на кух­не, а их де­ти — над уро­ками. Все де­ла сто­яли, и фер­ме гро­зило ра­зоре­ние.
И вот од­нажды, ког­да Джей­мс Грэй чи­нил из­го­родь на гра­нице сво­ей зем­ли — хо­тя гла­за у не­го, чес­тно го­воря, сов­сем сли­пались, — он вдруг ус­лы­шал гром­кие рас­ка­ты гро­ма. Чу­до, да и толь­ко! И не­бо яс­ное, ни об­лачка, и сол­нце све­тит, от­ку­да ж гром гре­мит?
А это, ока­зыва­ет­ся, ве­ликан­ша Клэн­шид выш­ла по­ис­кать че­го-ни­будь на обед сво­ему му­жу.
— Вот уда­ча! — об­ра­довал­ся Джей­мс Грэй. — Дав­но я ждал этой встре­чи.
И он зак­ри­чал что бы­ло мо­чи, под­зы­вая Клэн­шид, го­лова ко­торой вид­не­лась где-то вы­соко над де­ревь­ями ближ­не­го ле­са.
Ве­ликан­ша тут же нап­ра­вилась к не­му, раз­дви­гая в сто­роны вы­сочен­ные де­ревья, слов­но то бы­ли жал­кие кус­ти­ки еже­вики.
— Доб­рый день, че­ловек! — прог­ре­мел ее го­лос. — Что те­бе от ме­ня на­до?
— Хо­чу по­жало­вать­ся! — крик­нул Джей­мс. — Из-за те­бя ни я, ни моя семья не зна­ем ни сна, ни по­коя!
Клэн­шид от­ве­тила, что очень со­жале­ет, и спро­сила, чем она пот­ре­вожи­ла их.
— Ты та­кой шум под­ни­ма­ешь каж­дую ночь, — ска­зал Джей­мс, — что со­вер­шенно не да­ешь нам спать. Не­уже­ли нель­зя хоть ноч­ку од­ну не во­пить и не орать? В ушах та­кой звон сто­ит, слов­но ты­сяча злых ду­хов ог­ла­ша­ет воз­дух сво­ими кри­ками. Так про­дол­жать­ся не мо­жет!
Но Клэн­шид объ­яс­ни­ла ему, по­чему она кри­чит и во­пит каж­дую ночь, и Джей­мсу да­же жал­ко ее ста­ло.
— Ужас­ный че­ловек мой муж, — вздох­ну­ла ве­ликан­ша. — Я бы так хо­тела от не­го из­ба­вить­ся.
— Вы пра­вы, су­дары­ня, — с ра­достью под­хва­тил он, — Хо­рошо бы вам от не­го из­ба­вить­ся. Нам бы всем тог­да спо­кой­ней ста­ло.
Сло­во за сло­во, и ве­ликан­ша с фер­ме­ром рас­ста­лись доб­ры­ми друзь­ями.
В эту же ночь, как толь­ко вып­лы­ла пол­ная лу­на, Клэн­шид приш­ла на фер­му. Она пос­ту­чала ле­гонь­ко в дверь, от че­го весь дом так и зат­рясся. Джей­мс Грэй сра­зу до­гадал­ся, что за ноч­ной гость по­жало­вал к не­му.
— Что те­бе? — спро­сил он, от­во­ряя дверь. — К со­жале­нию, в дом я те­бя не мо­гу приг­ла­сить: ты в нем не по­мес­тишь­ся.
— И не на­до, — ска­зала ве­ликан­ша. — Пой­дем, по­моги мне убить мо­его му­жа! Я слы­шала, ты хо­роший стре­лок. А ес­ли ты убь­ешь его, он уже не смо­жет ме­ня ко­лотить и вы тог­да бу­дете спать спо­кой­но.
— Смеш­ная ты жен­щи­на, — ска­зал Джей­мс Грэй. — Как же я убью его? Это все рав­но что ска­зать му­равью: убей сло­на!
— Ах, ты ни­чего не зна­ешь, — ска­зала ве­ликан­ша. — У мо­его му­жа над сер­дцем есть ро­дин­ка. Ес­ли по­пасть в нее, он сра­зу ум­рет.
Джей­мс Грэй сог­ла­сил­ся. На его мес­те и вы бы сог­ла­сились: по­думать толь­ко, сколь­ко но­чей не спал он по ви­не это­го са­мого ве­лика­на!
И вот, прих­ва­тив лук и стре­лы и сев вер­хом на пле­чи ве­ликан­ши Клэн­шид, Джей­мс Грэй от­пра­вил­ся к пе­щере ве­лика­на.
А ве­ликан уже встре­чал их, под­жи­дая у вхо­да в пе­щеру и пот­ря­сая в воз­ду­хе ку­лачи­щами.
Грэй дос­тал стре­лу, вло­жил ее в лук, на­тянул те­тиву пок­репче, при­целил­ся — что ж, это бы­ло не так уж труд­но сде­лать, по­тому что ро­дин­ка над сер­дцем ве­лика­на бы­ла ве­личи­ной, на­вер­ное, с шот­ланд­скую ша­поч­ку, — и выс­тре­лил.
Ве­ликан ох­нул и рас­тво­рил­ся в воз­ду­хе.
Тут Клэн­шид на ра­дос­тях пус­ти­лась в пляс и так при­топы­вала и кру­жилась, что Джей­мс Грэй взмо­лил­ся, что­бы она пе­рес­та­ла: не очень-то удоб­но си­деть на пле­чах тан­цу­ющей ве­ликан­ши.
Клэн­шид опус­ти­ла Джей­мса на зем­лю и мол­ви­ла:
— Ты ока­зал мне ве­ликую ус­лу­гу, Джей­мс Грэй! От­ны­не мо­жешь рас­по­лагать мной и мо­им вре­менем как те­бе взду­ма­ет­ся. Ска­жи ско­рей: что я мо­гу для те­бя сде­лать?
Но Джей­мсу мень­ше все­го хо­телось в ту ми­нуту поль­зо­вать­ся ус­лу­гами ве­ликан­ши. Единс­твен­ное, о чем меч­тал он, — это хо­рошень­ко выс­пать­ся! И, же­лая пос­ко­рее от­де­лать­ся от ус­лужли­вой ве­ликан­ши, он ска­зал, по­казы­вая на ста­до оле­ней, про­бегав­ших в это вре­мя по ле­су:
— Ви­дишь, это мои ко­ни выр­ва­лись из ко­нюш­ни. Со­бери их и за­гони на­зад в стой­ла!
До­вер­чи­вая и не очень-то ум­ная Клэн­шид бро­силась вы­пол­нять его за­дание, а Джей­мс Грэй вер­нулся до­мой и лег спать.
Но не ус­пел он и го­лову по­ложить на по­душ­ку, как — тук! тук! тук! — дом его так и зат­рясся от зна­комо­го сту­ка.
— Я заг­на­ла тво­их ко­ней в стой­ла, — ска­зала она. — Хо­тя это бы­ло не так-то лег­ко: ко­ни ока­зались ужас­но не­пос­лушные. Ну, а те­перь что?..
Но мы не зна­ем, ни что от­ве­тил ей Джей­мс Грэй, ни ког­да на­конец это­му бед­ня­ге уда­лось хоть од­ну ночь прос­пать спо­кой­но!