Фея и котел

Ос­тро­вок Сан­дрей, од­ни из Внеш­них Геб­рид­ских ос­тро­вов, рас­по­ложен к югу от ос­тро­ва Бар­ры, и его омы­ва­ет без­бреж­ный Ат­ланти­чес­кий оке­ан. Вок­руг ос­тров­ка ки­пят вол­ны с бе­лыми гре­беш­ка­ми, а на бе­регу всег­да ду­ет со­леный рез­кий ве­тер. Над ос­тров­ком, прон­зи­тель­но кри­ча, про­носят­ся мор­ские пти­цы: чай­ки с жа­лоб­ны­ми го­лоса­ми и ус­три­це­еды, что, вы­пятив грудь и рас­плас­тав крылья бе­лым крес­том, ле­та­ют с кри­ком: «Би-глик! Би-глик! Би-глик!» (Ос­то­рож­ней! Ос­то­рож­ней! Ос­то­рож­ней!)
На этом ос­тров­ке ког­да-то жил од­ни пас­тух. Же­ну его зва­ли Мэ­риред. Она дру­жила с од­ной «мир­ной жен­щи­ной», как в ста­рину на­зыва­ли фей. (А еще пле­мя фей на­зыва­ли: «доб­рые со­седи» и «ма­лень­кий на­родец».)
Эта фея бы­ла кро­шеч­ная жен­щи­на с ос­трень­ким ли­чиком, блес­тя­щими глаз­ка­ми и смуг­лой ко­жей оре­хово­го цве­та. Жи­ла она в зе­леном, по­рос­шем тра­вой хол­ми­ке, что воз­вы­шал­ся не­пода­леку от до­ма пас­ту­ха. Каж­дый день фея се­мени­ла по тро­пин­ке к его до­му, сра­зу же вхо­дила в ком­на­ту и, по­дой­дя к оча­гу, где го­рел торф, сни­мала с ог­ня и уно­сила с со­бой боль­шой чер­ный ко­тел. Все это она про­делы­вала мол­ча, а пе­ред са­мым ее ухо­дом Мэ­риред ей го­вори­ла:
В горн куз­нец на­сып­лет уг­лей
И чу­гун рас­ка­лит док­расна.
На­до ко­тел, пол­ный кос­тей,
Ко мне при­нес­ти до­тем­на.

Ве­чером фея воз­вра­щалась и ос­тавля­ла на по­роге до­ма ко­тел, пол­ный вкус­ных моз­го­вых кос­то­чек.
И вот как-то раз приш­лось Мэ­риред от­пра­вить­ся на ос­тров Бар­ру, в его глав­ный го­род — Кас­лбей. Ут­ром пе­ред отъ­ез­дом она ска­зала му­жу:
— Ког­да при­дет «мир­ная жен­щи­на», ска­жи ей, что я у­еха­ла в Кас­лбей. А она пусть возь­мет ко­тел, как всег­да бе­рет.
По­том Мэ­риред у­еха­ла, а муж ее, ос­тавшись один в до­ме, при­нял­ся кру­тить жгут из стеб­лей ве­рес­ка. Нем­но­го по­годя он ус­лы­шал чьи-то лег­кие ша­ги, под­нял го­лову и уви­дел, что к до­му под­хо­дит «мир­ная женщ­нна». И тут ему по­чему-то ста­ло жут­ко. Он вспом­нил вдруг все рас­ска­зы о том, как феи за­кол­до­выва­ют лю­дей, вско­чил с мес­та и, как толь­ко «мир­ная жен­щи­на» по­дош­ла к по­рогу, зах­лопнул дверь.
На­до ска­зать, что «ма­лень­кий на­родец» очень вспыль­чив и лег­ко оби­жа­ет­ся. Блес­тя­щие глаз­ки феи зас­верка­ли гне­вом — так ее рас­серди­ла гру­бость пас­ту­ха. Она сту­пила нож­кой на выс­туп под ок­ном, а от­ту­да вска­раб­ка­лась на кры­шу. По­том нак­ло­нилась над ды­мовым от­вер­сти­ем и что-то крик­ну­ла. Это был зло­вещий, прон­зи­тель­ный крик.
Пас­тух в ужа­се при­жал­ся к две­ри и вдруг уви­дел, как боль­шой чер­ный ко­тел под­прыг­нул раз, по­том еще раз и… вы­летел в ды­моход. Но там его сей­час же ух­ва­тила чья-то су­хонь­кая смуг­лая ру­чон­ка.
Не ско­ро ос­ме­лил­ся пас­тух от­крыть дверь сво­его до­ма, а ког­да от­крыл, феи уже не бы­ло.
В тот же ве­чер Мэ­риред вер­ну­лась с кор­зинкой, пол­ной све­жей сель­ди, и пер­вым дол­гом спро­сила му­жа, по­чему ко­тел не вер­нулся на свое мес­то в оча­ге.
— Ведь «мир­ная жен­щи­на» всег­да воз­вра­щала его зас­ветло, — до­бави­ла она. — Не­уж­то по­забы­ла? Не по­хоже это на нее.
Тут муж рас­ска­зал ей про все, что с ним прик­лю­чилось, по­ка она бы­ла в отъ­ез­де, а ког­да дос­ка­зал, Мэ­риред креп­ко вы­руга­ла его за глу­пость.
По­том она вста­ла, взя­ла фо­нарь и по­бежа­ла к зе­лено­му хол­му, где жи­ла фея. Све­тила лу­на, и при ее све­те Мэ­риред отыс­ка­ла свой ко­тел. Он сто­ял у под­но­жия хол­ми­ка и, как всег­да, был по­лон вкус­ных моз­го­вых кос­тей. Мэ­риред под­ня­ла ко­тел и уже по­вер­ну­лась, что­бы ид­ти до­мой, как вдруг чей-то не­чело­вечес­кий го­лос крик­нул:
Мол­чунья-же­на, мол­чунья-же­на.
Что к нам приш­ла из дре­мучих ле­сов,
И ты, что сто­ишь на вер­ши­не хол­ма,
Пус­ти­те по сле­ду злых, ярос­тных псов!

И тут с вер­ши­ны хол­ми­ка до­нес­ся ди­кий визг. Кто-то тем­ный, что там сто­ял, спус­тил со сво­ры двух ле­жащих у его ног за­кол­до­ван­ных псов. С гром­ким про­тяж­ным ла­ем псы сбе­жали с хол­ми­ка. Хвос­ты их бы­ли зак­ру­чены над зе­лены­ми спи­нами, язы­ки вы­вали­лись и бол­та­лись меж­ду ос­тры­ми клы­ками.
Мэ­риред ус­лы­шала, что кто-то за нею го­нит­ся, ог­ля­нулась и пус­ти­лась бе­жать, не пом­ня се­бя от стра­ха. Она зна­ла, что псы фей мо­гут дог­нать и рас­терзать все жи­вое, что встре­тят на сво­ем пу­ти. Но как ни быс­тро она бе­жала, зе­леные псы ста­ли ее на­гонять — она уже чувс­тво­вала, как их ды­хание об­жи­га­ет ей пят­ки, и по­дума­ла: «Еще миг, и они схва­тят ме­ня зу­бами за щи­колот­ки!»
И тут Мэ­риред по­пом­ни­ла про кос­ти в кот­ле и до­гада­лась, как ей спас­тись. Она су­нула ру­ку в ко­тел и на бе­гу ста­ла бро­сать на зем­лю кос­ти, пе­реки­дывая их че­рез пле­чо.
Псы фей жад­но хва­тали кос­ти, и Мэ­риред об­ра­дова­лась, ког­да они нем­но­го от­ста­ли. На­конец она уви­дела свои дом и вско­ре под­бе­жала к две­ри. Но вдруг ус­лы­шала, что псы опять ее до­гоня­ют, и в от­ча­янии крик­ну­ла му­жу из пос­ледних сил:
— Впус­ти ме­ня!
А как толь­ко вор­ва­лась в дом, рух­ну­ла на пол за по­рогом. Муж тот­час зах­лопнул за нею дверь. и тут они ус­лы­шали, как псы фей сви­репо ца­рапа­ют ког­тя­ми дверь и ярос­тно во­ют.
Всю ночь Мэр­нред с му­жем про­сиде­ли, дро­жа от стра­ха, — спать и не ло­жились. Ког­да же ут­ром на­конец от­ва­жились выг­ля­нуть за дверь, уви­дели, что она с на­руж­ной сто­роны вся ис­ца­рапа­на ког­тя­ми зе­леных псов и обож­же­на их ог­ненным ды­хани­ем.
С тех пор «мир­ная жен­щи­на» боль­ше не при­ходи­ла за кот­лом, а Мэ­риред и ее муж всю свою жизнь бо­ялись по­пасть­ся на гла­за сво­им «доб­рым со­седям» — фе­ям.