Сон фейнов в Великой скале

Од­на­ко дру­гое пре­дание гла­сит, что Фин Мак-Кул по­ко­ит­ся вмес­те со сво­ими то­вари­щами по ору­жию и охо­те в од­ной ог­ромной ска­ле на ос­тро­ве Скай. И, ве­ря это­му пре­данию, лю­ди го­ворят, что ве­ликий ге­рой и его во­ины в не­кое вре­мя вос­пря­нут ото сна во всем блес­ке сво­его преж­не­го мо­гущес­тва. Это бу­дет, ког­да слу­чит­ся од­но из сле­ду­ющих двух со­бытий.
Ес­ли кто-ни­будь вой­дет в Ве­ликую ска­лу и триж­ды прот­ру­бит в де­ревян­ную тру­бу, что ле­жит ря­дом с Фнном, или же ес­ли ник­то на зем­ле в те­чение су­ток не за­гово­рит про сла­ву фей­нов — то фей­ны тог­да прос­нутся.
Од­на­ко про­будят­ся не все, что не­ког­да сра­жались и охо­тились вмес­те с Фи­иом. Ведь Ос­гар пал в бою, а Ос­си­ан еще в юнос­ти был раз­лу­чен со сво­ими ро­дича­ми и вер­нулся на ро­дину лишь че­рез мно­го лет, уже пос­ле то­го, как фей­ны по­кину­ли наш мир. Весь ос­та­ток сво­ей жиз­ни этот сле­пой ста­рец про­жил в оди­ночес­тве. Не прос­нутся так­же ни Ру­сый Дир­мед, ни Ко­нен, чья бе­шеная ду­ша при­вела его к ги­бели.
Ска­лу, в ко­торой по­ко­ят­ся фей­ны, на­зыва­ют так­же «Ска­лой Куз­не­ца», и вот по­чему.
Жил ког­да-то на ос­тро­ве Скай один куз­нец. Он ус­лы­шал пре­дание о Ве­ликой ска­ле и ре­шил по­пытать­ся вой­ти в нее и раз­бу­дить фей­нов.
Од­нажды он по­шел в го­ры и бро­дил там, по­ка не доб­рался до ска­лы. И он отыс­кал в ней про­ход, что вел в са­мые ее нед­ра. В глу­бине ска­лы про­ход рас­ши­рял­ся, и куз­нец ско­ро по­пал в ог­ромную пе­щеру. Ее сте­ны и по­толок те­рялись во мгле.
И там, в этом стран­ном по­лус­ве­те, куз­нец раз­ли­чил мно­жес­тво лю­дей ог­ромно­го рос­та, рас­прос­тертых на по­лу. То бы­ли фей­ны. Ты­сяче­лет­ний сон ско­вал их веж­ды. Ру­ки и но­ги у них бы­ли как дре­вес­ные ство­лы, а ли­ца зас­ты­ли, су­ровые и мрач­ные. Ря­дом с ни­ми ле­жали их шле­мы и ору­жие; их ог­ромные щи­ты; их копья, дли­ной с мо­лодую сос­ну; их ме­чи, чей блеск еще не по­тус­кнел.
Са­мый круп­ный из фей­нов по­ко­ил­ся в се­реди­не пе­щеры, и у его рас­кры­той ла­дони ле­жал ог­ромный де­ревян­ный жезл, прос­верлен­ный по всей дли­не, от од­но­го кон­ца до дру­гого. И куз­нец до­гадал­ся, что ве­ликан этот — сам Фин Мак-Кул, а по­лый жезл у его ла­дони — де­ревян­ная тру­ба.
Дол­го сто­ял куз­нец в оце­пене­нии, пот­ря­сен­ный тем, что уви­дел мо­гучих ге­ро­ев. Ведь про их ве­ликие под­ви­ги он слы­шал еще в детс­тве от ста­рых ска­зите­лей, а их име­на знал, как име­на сво­их род­ных.
И он ре­шил: раз уж он заб­рался так да­леко, на­до ему по­пытать­ся вы­пол­нить то, за­чем он сю­да при­шел. Он пред­ста­вил се­бе, как эти ве­ликие лю­ди вер­нутся на зем­лю во всем блес­ке сво­ей сла­вы, и нак­ло­нил­ся, что­бы под­нять де­ревян­ную тру­бу.
У се­бя на ро­дине куз­нец счи­тал­ся си­лачом, од­на­ко ему уда­лось толь­ко при­под­нять один ко­нец тру­бы. А Фин — тот под­но­сил ее к гу­бам дву­мя паль­ца­ми и тру­бил в нее, ког­да гро­зила смер­тель­ная опас­ность. Тог­да эти труб­ные зву­ки до­носи­лись до всех се­ми гра­ниц зем­ли и да­же до края све­та.
И вот куз­нец, соб­рав все свои си­лы, ду­нул в тру­бу. Раз­да­лись труб­ные зву­ки, да та­кие гром­кие, что сте­ны пе­щеры дрог­ну­ли и зем­ля зат­ряслась под но­гами куз­не­ца.
А ве­лика­ны ше­вель­ну­лись во сне, и тре­пет про­бежал по их те­лам с го­ловы до ног. Быть мо­жет, гро­мовый клич, ко­торый они не­ког­да слы­шали, про­будил в них ка­кие-то смут­ные вос­по­мина­ния и пог­нал кровь по их жи­лам.
Куз­нец опять глу­боко втя­нул в се­бя воз­дух и зат­ру­бил во вто­рой раз. И тут все фей­ны по­вер­ну­лись на дру­гой бок и при­под­ня­лись, опи­ра­ясь на лок­ти. А куз­нец с ужа­сом уви­дел, как гла­за их при­от­кры­ва­ют­ся.
— Ох! Что я на­делал! — вос­клик­нул он.
И его обу­ял та­кой ди­кий страх, что он вы­пус­тил из рук де­ревян­ную тру­бу и ри­нул­ся вон из пе­щеры. Он бе­жал по про­ходу, что вел на свет бо­жий, и его прес­ле­дова­ли зву­ки мно­жес­тва го­лосов. Ве­лика­ны кри­чали в глу­боком го­ре:
— Нам ху­же, чем бы­ло до тво­его при­хода! Нам ху­же, чем бы­ло до тво­его при­хода!
Но куз­нец ни ра­зу не ог­ля­нул­ся. Он выс­ко­чил на гор­ный склон и бе­жал, не ос­та­нав­ли­ва­ясь, по­ка не доб­рался до сво­его до­ма. Там он креп­ко за­пер за со­бой дверь и дал се­бе обет ни­ког­да боль­ше не под­да­вать­ся та­ким ис­ку­шени­ям, как то, что при­вело его к Ве­ликой ска­ле.