Золотое деревце и серебряное деревце

В ста­родав­ние вре­мена жи­ла-бы­ла ма­лень­кая прин­цесса по име­ни Зо­лотое Де­рев­це, и бы­ла она та­кая кра­сави­ца де­воч­ка, ка­кой свет не ви­дывал.
Мать ее умер­ла. Отец неж­но лю­бил доч­ку и вся­чес­ки ста­рал­ся ей уго­дить, так что она жи­ла очень счас­тли­во. Но вот ко­роль взду­мал сно­ва же­нить­ся, и тог­да нас­та­ли для прин­цессы тя­желые дни.
Вто­рая же­на ко­роля, — а ее, как ни стран­но, зва­ли Се­реб­ря­ное Де­рев­це, — то­же бы­ла кра­сави­ца, но уж очень за­вис­тли­вая. Веч­но она бо­ялась уви­деть жен­щи­ну, что зат­мит ее сво­ей кра­сотой. Пад­че­рицу она сра­зу нев­злю­била за ее прек­расное ли­цо, и ког­да гля­дела на нее, все се­бя спра­шива­ла: «Не­уж­то лю­ди ду­ма­ют, что Зо­лотое Де­рев­це кра­ше ме­ня?» Да она в глу­бине ду­ши и са­ма так ду­мала, а по­тому час­то оби­жала пад­че­рицу.
Как-то раз, ког­да прин­цесса Зо­лотое Де­рев­це уже сов­сем вы­рос­ла и ста­ла де­вуш­кой на вы­данье, она вмес­те с ма­чехой пош­ла по­гулять в од­но глу­бокое ущелье. На дне это­го ущелья под де­ревь­ями был не­боль­шой род­ник, и во­да в нем бы­ла та­кая проз­рачная, что хо­рошо от­ра­жала ли­цо каж­до­го, кто над ним нак­ло­нял­ся. Гор­дая ко­роле­ва лю­била хо­дить к это­му род­ни­ку и смот­реть на свое от­ра­жение.
В тот день она опить нак­ло­нилась над род­ни­ком и уви­дела, как в нем поч­ти у са­мой по­вер­хнос­ти во­ды сну­ет ма­лень­кая фо­рель.
— Фо­рель, фо­рель, от­веть мне на один воп­рос, — ска­зала ей ко­роле­ва. — Прав­да, что кра­ше ме­ня нет жен­щи­ны на све­те?
— Есть! — быс­тро от­ве­тила фо­рель и под­прыг­ну­ла над во­дой, что­бы пой­мать муш­ку.
— Кто же это? — спро­сила ко­роле­ва в до­саде. Ведь она ожи­дала сов­сем дру­гого от­ве­та.
— Ко­неч­но, пад­че­рица твоя, прин­цесса Зо­лотое Де­рев­це, — от­ве­тила фо­рель.
Ли­цо у за­вис­тли­вой ко­роле­вы по­тем­не­ло от гне­ва, и она бро­сила та­кой злоб­ный взгляд на пад­че­рицу — та со­бира­ла цве­ты нев­да­леке, — что рыб­ка ис­пу­галась и ныр­ну­ла пог­лубже.
«А вдруг лю­ди то­же ска­жут, что эта дев­чонка кра­ше ме­ня!» — ду­мала ко­роле­ва. И она так ра­зоз­ли­лась, что сов­сем по­теря­ла власть над со­бой. Вер­ну­лась до­мой, убе­жала в свою спаль­ню и бро­силась на кро­вать, жа­лу­ясь, что тя­жело за­боле­ла.
Нап­расно прин­цесса Зо­лотое Де­рев­це спра­шива­ла ма­чеху, что с нею и чем мож­но ей по­мочь. Ко­роле­ва не поз­во­ляла пад­че­рице да­же дот­ро­нуть­ся до нее и от­талки­вала ее от се­бя, слов­но что-то мер­зкое. На­конец прин­цесса, очень опе­чален­ная, выш­ла из ко­ролев­ской спаль­ни и ос­та­вила ма­чеху од­ну.
Вско­ре вер­нулся с охо­ты ко­роль и сра­зу же спро­сил про же­ну. Ему ска­зали, что она вне­зап­но за­немог­ла и ле­жит в сво­ей опо­чиваль­не. К ней уже вы­зыва­ли прид­ворно­го ле­каря, но ни он, ни дру­гие лю­ди не мо­гут по­нять, что с ней та­кое.
Ко­роль очень встре­вожил­ся, по­тому что лю­бил же­ну. Он по­дошел к ее пос­те­ли и спро­сил, как она се­бя чувс­тву­ет и что на­до сде­лать, что­бы об­легчить ее стра­дания.
— Ты мо­жешь сде­лать лишь од­но, — от­ве­тила ко­роле­ва рез­ким го­лосом, — но хо­тя толь­ко это мо­жет ме­ня спас­ти, я хо­рошо знаю, что ты не сог­ла­сишь­ся.
— Неп­равда! — ска­зал ко­роль. — Я не зас­лу­жил этих слов. Ты зна­ешь, что я го­тов дать те­бе все — да­же по­лови­ну сво­его ко­ролевс­тва.
— Так дай мне съ­есть сер­дце тво­ей до­чери! — вскри­чала ко­роле­ва. — А ес­ли не дашь, я ум­ру, ум­ру очень ско­ро!
Она про­гово­рила это так го­рячо и так стран­но пос­мотре­ла на му­жа, что бед­ный ко­роль сра­зу по­думал: «Да она по­меша­лась!»
Не зная, что де­лать, он, рас­те­рян­ный, вы­шел из спаль­ни и по­шел по ко­ридо­ру. И вдруг вспом­нил: как раз в этот са­мый день сын од­но­го мо­гущес­твен­но­го ко­роля при­ехал из за­мор­ской стра­ны сва­тать­ся к его до­чери.
«Вот и хо­рошо! — по­думал ко­роль. — Этот брак мне по ду­ше, и я нын­че же при­кажу сыг­рать свадь­бу. Дочь моя по­кинет на­шу стра­ну здра­вой и нев­ре­димой. А я от­прав­лю че­лове­ка в го­ры с при­казом убить коз­ла. Сер­дце это­го коз­ла я ве­лю сва­рить и пош­лю же­не. Мо­жет, она тог­да ис­це­лит­ся от сво­его бе­зумия».
И вот он приз­вал к се­бе за­мор­ско­го прин­ца и ска­зал ему, что ко­роле­ва вне­зап­но за­немог­ла. От бо­лез­ни ра­зум у нее по­мутил­ся, и она воз­не­нави­дела прин­цессу. Так что ес­ли Зо­лотое Де­рев­це сог­ласна, то луч­ше все­го сыг­рать свадь­бу се­год­ня же. Тог­да стран­ная бо­лезнь ко­роле­вы, мо­жет быть, и прой­дет.
Принц очень об­ра­довал­ся, что не­вес­та дос­та­лась ему так лег­ко, а Зо­лотое Де­рев­це то­же бы­ла ра­да рас­стать­ся с ма­чехой, что ее так не­нави­дела. И вот свадь­бу сыг­ра­ли в тот же день, и мо­лодые от­пра­вились за мо­ре, на ро­дину прин­ца.
Тог­да ко­роль пос­лал че­лове­ка в го­ры с при­казом убить коз­ла, а ког­да тот вер­нулся, ве­лел сва­рить сер­дце это­го коз­ла и отос­лал его на се­реб­ря­ном блю­де в спаль­ню ко­роле­вы. Злая жен­щи­на по­вери­ла, что это — сер­дце ее пад­че­рицы. Съ­ела его и сра­зу же вста­ла с пос­те­ли сов­сем здо­ровая.
Меж­ду тем за­мужес­тво прин­цессы ока­залось очень удач­ным. Муж ее, принц, был бо­гатым, мо­гущес­твен­ный влас­ти­тель и ду­ши в нем не ча­ял. Так что жи­ли они в люб­ви и сог­ла­сии.
Поч­ти це­лый год про­шел мир­но и ти­хо. Прин­цесса счас­тли­во жи­ла в сво­ем но­вом до­ме. А ко­роле­ва то­же бы­ла до­воль­на — ведь она ду­мала, что пад­че­рицы ее нет на све­те.
Но вот ко­роле­ва как-то раз сно­ва пош­ла гу­лять в ущелье к род­ни­ку, что­бы пос­мотреть на свое от­ра­жение в во­де.
И слу­чилось так, что в род­ни­ке опять сно­вала та же ма­лень­кая фо­рель, что пла­вала тут в прош­лом го­ду. Тщес­лавной ко­роле­ве опять за­хоте­лось за­дать ей воп­рос, — она ду­мала, что те­перь-то уж ус­лы­шит же­лан­ные сло­ва. И вот она нак­ло­нилась над во­дой и спро­сила:
— Фо­рель, фо­рель, прав­да, что кра­ше ме­ня нет жен­щи­ны на све­те?
— Нет, есть! — нап­ря­мик от­ве­тила фо­рель.
— А кто же кра­ше ме­ня? — спро­сила ко­роле­ва и да­же поб­ледне­ла — до то­го ей бы­ло до­сад­но, что у нее есть ка­кая-то со­пер­ни­ца.
— Ко­неч­но, пад­че­рица тво­его ве­личес­тва, прин­цесса Зо­лотое Де­рев­це! — от­ве­тила фо­рель.
Тут ко­роле­ва сра­зу ус­по­ко­илась.
— Ну, ес­ли да­же и так, — ска­зала она, — то лю­ди те­перь уже не мо­гут на нее лю­бовать­ся. Ведь ско­ро год, как она умер­ла. Я съ­ела ее сер­дце за ужи­ном.
— Ты в этом так уве­рена, ко­роле­ва? — спро­сила фо­рель, и глаз­ки ее заб­лесте­ли. — А по-мо­ему, она год на­зад выш­ла за доб­лес­тно­го мо­лодо­го прин­ца, что явил­ся про­сить ее ру­ки, и в тот же день у­еха­ла с ним за мо­ре в его стра­ну.
Как ус­лы­шала ко­роле­ва эти сло­ва, зат­ряслась от злос­ти. Те­перь она по­няла, что муж ее об­ма­нул. Она вста­ла с ко­лен и пош­ла пря­мо до­мой, во дво­рец, вся­чес­ки ста­ра­ясь скрыть свою ярость. И вот она поп­ро­сила ко­роля при­гото­вить ко­ролев­скую ладью.
— Я хо­чу съ­ез­дить на­вес­тить свою ми­лую пад­че­рицу, — ска­зала она. — Ведь мы так дав­но не ви­делись!
Ко­роль уди­вил­ся этой прось­бе, но в то же вре­мя об­ра­довал­ся, что ко­роле­ва пе­рес­та­ла не­нави­деть его дочь. И он при­казал под­го­товить ко­ролев­скую ладью к пла­ванию.
Вско­ре ладья уже ле­тела по вол­нам, и нос ее был по­вер­нут к той стра­не, где жи­ла прин­цесса Зо­лотое Де­рев­це. За ру­лем си­дела са­ма ко­роле­ва. Она зна­ла, ку­да на­до нап­равлять ладью, и так спе­шила пос­ко­рее при­быть на мес­то, что ни­кому не да­вала сесть за руль.
Слу­чилось так, что в тот день прин­цесса Зо­лотое Де­рев­це ос­та­лась до­ма од­на — муж ее у­ехал на охо­ту. Она си­дела у ок­на и смот­ре­ла на мо­ре, как вдруг уви­дела, что к прис­та­ни на всех па­русах ле­тит ладья. Прин­цесса сра­зу же уз­на­ла ее и до­гада­лась, кто в ней си­дит.
Тут она чуть не по­меша­лась от стра­ха, — ведь она зна­ла, что не с доб­ром едет к ней ко­роле­ва. Прин­цесса от­да­ла бы все на све­те, что­бы муж ее был до­ма, по он еще не вер­нулся с охо­ты. В от­ча­янии она по­бежа­ла в люд­скую к слу­гам.
— Ох, что мне де­лать, что де­лать? — сто­нала она. — Я ви­жу, как по мо­рю плы­вет к нам ладья мо­его от­ца, и знаю, что в ней си­дит моя ма­чеха. А уж она пос­та­ра­ет­ся ме­ня убить — ведь она не­нави­дит ме­ня пу­ще все­го на све­те!
Слу­ги очень лю­били свою мо­лодую гос­по­жу, по­тому что она всег­да бы­ла к ним доб­ра. Они уви­дели, как бед­няжка ис­пу­галась, ус­лы­шали ее жа­лобы и все стол­пи­лись вок­руг нее, слов­но за­тем, что­бы ог­ра­дить ее от бе­ды.
— Не пу­гай­ся, прин­цесса, — го­вори­ли они. — Ес­ли по­надо­бит­ся, мы бу­дем за­щищать те­бя до пос­ледней кап­ли кро­ви. Но что­бы ма­чеха твоя не окол­до­вала те­бя злы­ми ча­рами, мы зап­рем те­бя в боль­шой кла­довой, той, что с ре­шет­ка­ми на ок­нах. Там она до те­бя не до­берет­ся.
На­до ска­зать, что кла­довая на­ходи­лась в бо­ковом кры­ле зам­ка и дверь у нее бы­ла та­кая проч­ная, что взло­мать ее бы­ло не­воз­можно. Прин­цесса зна­ла, что, ког­да за нею зап­рут эту тол­стую ду­бовую дверь, злая ма­чеха не смо­жет ей ни­чем пов­ре­дить.
И вот она спря­талась в кла­довой с ре­шет­ка­ми на ок­нах, и слу­ги за­пер­ли ее там.
А ко­роле­ва Се­реб­ря­ное Де­рев­це сош­ла на бе­рег и нап­ра­вилась к во­ротам зам­ка. Навс­тре­чу ей вы­шел слу­га, и она при­каза­ла ему про­водить ее к прин­цессе. Но он толь­ко низ­ко пок­ло­нил­ся и от­ве­тил, что не мо­жет вы­пол­нить ее при­каз, по­тому что прин­цесса за­пер­та в кла­довой и вы­пус­тить ее от­ту­да нель­зя, так как ник­то не зна­ет, где ключ от две­ри.
Это бы­ла прав­да: ник­то в зам­ке и в са­мом де­ле не знал, где ключ от кла­довой, по­тому что ста­рик дво­рец­кий при­вязал его к ошей­ни­ку лю­бимой ов­чарки прин­ца и пос­лал со­баку в го­ры за хо­зя­ином.
— Так про­води ме­ня до две­ри этой кла­довой, — при­каза­ла ко­роле­ва. — Я хоть од­ним сло­веч­ком пе­ремол­влюсь со сво­ей ми­лой до­черью!
И слу­га по­вино­вал­ся — он ду­мал, что в этом ни­чего опас­но­го нет.
— Ес­ли ключ и вправ­ду по­терян, — ска­зала злая ко­роле­ва, ког­да они по­дош­ли к тол­стой ду­бовой две­ри, — и ты не мо­жешь вый­ти ко мне, до­рогая моя Зо­лотое Де­рев­це, так хоть про­сунь свой ми­зин­чик в за­моч­ную сква­жину — мне так хо­чет­ся его по­цело­вать!
И прин­цесса, не чуя бе­ды, про­суну­ла свои ми­зин­чик в за­моч­ную сква­жину. Но бе­да приш­ла! Вмес­то то­го что­бы по­цело­вать кро­шеч­ный паль­чик прин­цессы, ма­чеха уко­лола его от­равлен­ной иг­лой. А яд и этой иг­ле был та­кой силь­ный, что бед­ная прин­цесса не ус­пе­ла да­же вскрик­нуть — за­мер­тво рух­ну­ла на пол.
Ко­роле­ва ус­лы­шала, как она упа­ла, и улыб­ну­лась, очень до­воль­ная. «Ну, те­перь я смо­гу ска­зать, что кра­ше ме­ня нет жен­щи­ны на све­те!» — про­шеп­та­ла она.
Она вер­ну­лась к слу­ге, что ожи­дал ее в кон­це ко­ридо­ра, и ска­зала ему:
— Я уже по­гово­рила со сво­ей до­черью, а те­перь хо­чу вер­нуть­ся до­мой.
Слу­га поч­ти­тель­но про­водил ее до ладьи, и ко­роле­ва пус­ти­лась в об­ратный путь.
Лю­ди в зам­ке и не по­доз­ре­вали, ка­кая бе­да слу­чилась с их хо­зяй­кой, по­ка принц не вер­нулся до­мой с охо­ты. В ру­ке у не­го был ключ от кла­довой — его при­нес­ла ов­чарка.
Прин­цу рас­ска­зали, что в гос­ти при­ез­жа­ла ко­роле­ва Се­реб­ря­ное Де­рев­це, а прин­цесса от нее спря­талась. Но он на это толь­ко рас­сме­ял­ся и ска­зал слу­гам, что они пос­ту­пили пра­виль­но. По­том он быс­тро под­нялся по лес­тни­це, что­бы от­крыть кла­довую и вы­пус­тить на во­лю же­ну.
Но до че­го же он ис­пу­гал­ся, ког­да от­пер дверь и уви­дел, что же­на его ле­жит на по­лу и не ды­шит! Чуть не обе­зумел от гне­ва и го­ря.
Тот яд, ка­ким ко­роле­ва от­ра­вила пад­че­рицу, сох­ра­нял мер­твые те­ла нет­ленны­ми. Шло вре­мя, а прин­цесса по-преж­не­му ле­жала, как жи­вая. Принц не стал ее хо­ронить, а по­ложил на пок­ры­тое шел­ком ло­же и ос­та­вил в кла­довой, что­бы иног­да при­ходить и смот­реть на нее.
Од­на­ко он так стра­дал от оди­ночес­тва, что ско­ро же­нил­ся во вто­рой раз. Вто­рая его же­на ока­залась та­кой же доб­рой и лас­ко­вой, как и пер­вая, и она то­же ста­ла жить с ним в ла­ду и сог­ла­сии. Но кое-что все-та­ки не да­вало ей по­коя.
Она зна­ла, что в зам­ке, в са­мом кон­це од­но­го ко­ридо­ра, есть ком­на­та, ку­да ей вой­ти нель­зя, ибо ключ от нее принц всег­да но­сит при се­бе. Не раз она спра­шива­ла му­жа про эту ком­на­ту, но он ук­ло­нял­ся от от­ве­та, и она пе­рес­та­ла спра­шивать, что­бы он не по­думал, что она ему не до­веря­ет.
Но од­нажды принц по­забыл за­переть дверь в кла­довую, и его вто­рая же­на вош­ла в нее, — ведь муж не зап­ре­щал ей ту­да вхо­дить. И вот она уви­дела прин­цессу Зо­лотое Де­рев­це на ло­же, пок­ры­том шел­ко­вым пок­ры­валом. Ка­залось, буд­то она спо­кой­но спит.
«Умер­ла она или толь­ко ус­ну­ла?» — по­дума­ла вто­рая же­на прин­ца. Она по­дош­ла к ло­жу и ста­ла раз­гля­дывать прин­цессу Зо­лотое Де­рев­це. Но вдруг за­мети­ла в ее ми­зин­чи­ке игол­ку и сра­зу обо всем до­гада­лась, — ведь она бы­ла ис­кусной вра­чева­тель­ни­цей.
«Тут свер­ши­лось злое де­ло, — по­дума­ла она. — Бь­юсь об зак­лад, что эта иг­ла от­равле­на, а ес­ли нет, так, зна­чит, я ни­чего не по­нимаю в люд­ских не­дугах». И она ос­то­рож­но вы­тащи­ла иг­лу.
Зо­лотое Де­рев­це от­кры­ла гла­за, приш­ла в се­бя и вско­ре рас­ска­зала вто­рой прин­цессе обо всем, что с нею слу­чилось.
На­до ска­зать, что ес­ли ко­роле­ва Се­реб­ря­ное Де­рев­це бы­ла за­вис­тни­цей, то вто­рая же­на прин­ца бы­ла ни­чуть не за­вис­тли­ва и не рев­ни­ва. Она выс­лу­шала прин­цессу Зо­лотое Де­рев­це и ра­дос­тно зах­ло­пала в ла­доши.
— Ох, как об­ра­ду­ет­ся принц! — вос­клик­ну­ла она. — Хоть он и же­нил­ся на мне, но я знаю, что те­бя он лю­бит боль­ше.
В тот ве­чер принц воз­вра­тил­ся до­мой с охо­ты очень ус­та­лый и пе­чаль­ный. Вто­рая прин­цесса ска­зала прав­ду: хоть он и при­вязал­ся к ней, но всег­да тос­ко­вал по сво­ей пер­вой же­не — не мог ее раз­лю­бить.
— Ка­кой ты пе­чаль­ный! — ска­зала вто­рая прин­цесса, ког­да выш­ла ему навс­тре­чу. — Чем мо­гу я выз­вать улыб­ку на тво­ем ли­це?
— Ни­чем, — ус­та­ло от­ве­тил принц и от­ло­жил в сто­рону свой лук.
Он так тос­ко­вал, что был не в си­лах прит­во­рять­ся ве­селым.
— Нет, смо­гу! — воз­ра­зила вто­рая прин­цесса, лу­каво улы­ба­ясь. — Смо­гу, ес­ли вер­ну те­бе Зо­лотое Де­рев­це. А я ее вер­ну! Сту­пай — ты най­дешь ее жи­вую и здо­ровую в кла­довой с ре­шет­ка­ми на ок­нах.
Принц, не го­воря ни сло­ва, по­бежал на­верх. И вот он уви­дел свою воз­люблен­ную же­ну Зо­лотое Де­рев­це. Она си­дела на ло­же, пок­ры­том шел­ком, и улы­балась ему.
Он так об­ра­довал­ся, что об­нял ее и при­нял­ся це­ловать, а про вто­рую прин­цессу сов­сем за­был. Но она приш­ла за ним сле­дом и те­перь сто­яла на по­роге и ра­дова­лась счастью суп­ру­гов. Ведь оно бы­ло де­лом ее рук. Она как буд­то сов­сем не ду­мала о се­бе.
— Я знаю, что ты всег­да тос­ко­вал о Зо­лотом Де­рев­це, — ска­зала она. — И так оно и дол­жно быть. Ведь ее ты по­любил пер­вую, и раз уж она ожи­ла, я у­еду до­мой к сво­им род­ным.
— Нет, не у­едешь, — воз­ра­зил принц. — Ты ос­та­нешь­ся с на­ми. Ведь это ты вер­ну­ла ее мне. Зо­лотое Де­рев­це ста­нет тво­ей са­мой за­душев­ной под­ру­гой.
Так оно и выш­ло. Прин­цесса Зо­лотое Де­рев­це и вто­рая прин­цесса под­ру­жились и по­люби­ли друг дру­га, как род­ные сес­тры. Ка­залось, буд­то они от рож­де­ния не раз­лу­чались.
Про­шел еще год. Но вот как-то раз ве­чером ко­роле­ва Се­реб­ря­ное Де­рев­це опять приш­ла в ущелье, что­бы пос­мотреть на свое от­ра­жение в во­де род­ни­ка. И опять в во­де пла­вала ма­лень­кая фо­рель.
— Фо­рель, фо­рель, — шеп­ну­ла ей ко­роле­ва, — прав­да, я са­мая кра­сивая жен­щи­на на све­те?
— Вов­се нет! — от­ве­тила фо­рель.
— А кто же, по-тво­ему, са­мая кра­сивая? — спро­сила ко­роле­ва, и го­лос ее зад­ро­жал от до­сады и ярос­ти.
— Я те­бе уже два го­да на­зад наз­ва­ла ее имя, — от­ве­тила фо­рель. — Ко­неч­но, это прин­цесса Зо­лотое Де­рев­це.
— Но ведь она умер­ла! — со сме­хом вос­клик­ну­ла ко­роле­ва. — Уж те­перь-то ее на­вер­ное нет в жи­вых! Ров­но год на­зад я уко­лола ее в ми­зинец от­равлен­ной иг­лой и сво­ими уша­ми слы­шала, как она, мер­твая, рух­ну­ла на пол.
— Ну, а я не уве­рена, что она умер­ла, — воз­ра­зила фо­рель и, ни сло­ва боль­ше не вы­мол­вив, ныр­ну­ла в глубь род­ни­ка.
А ко­роле­ва по­теря­ла по­кой с то­го дня, как ус­лы­шала за­гадоч­ные сло­ва фо­рели. На­конец она опять поп­ро­сила му­жа под­го­товить ко­ролев­скую ладью к пла­ванью. Она-де хо­чет на­вес­тить свою пад­че­рицу.
Ко­роль охот­но при­казал под­го­товить ладью, и все по­том бы­ло так, как бы­ло год на­зад.
Ко­роле­ва са­ма се­ла за руль, и ког­да ладья ста­ла приб­ли­жать­ся к бе­регу, ее уви­дела и уз­на­ла прин­цесса Зо­лотое Де­рев­це.
Принц и на этот рад был на охо­те, и прин­цесса в ужа­се по­бежа­ла к сво­ей лю­бимой под­ру­ге.
— Ох, что мне де­лать, что де­лать? — зас­то­нала она. — Я ви­жу, плы­вет ладья мо­его от­ца и знаю, что в ней си­дит моя жес­то­кая ма­чеха. Она опять по­пыта­ет­ся ме­ня убить, как пы­талась рань­ше. Ох, да­вай убе­жим в го­ры!
— Нет, не на­до, — воз­ра­зила вто­рая прин­цесса и об­ня­ла тре­пещу­щую под­ру­гу. — Я не бо­юсь тво­ей ма­чехи. Пой­дем со мной, встре­тим ее на бе­регу.
И вот они обе пош­ли на бе­рег, а ко­роле­ва Се­реб­ря­ное Де­рев­це как уви­дела свою пад­че­рицу, прит­во­рилась, что очень об­ра­зова­лась ей. Она выс­ко­чила из ладьи и про­тяну­ла пад­че­рице се­реб­ря­ный ку­бок с ви­ном.
— Это ред­кое ви­но — оно вы­везе­но из вос­точных стран, — ска­зала ко­роле­ва. — Я при­вез­ла с со­бой фляж­ку — хо­чу вы­пить с то­бой ку­бок друж­бы.
Прин­цесса Зо­лотое Де­рев­це бы­ла жен­щи­на крот­кая и уч­ти­вая. Она уже про­тяну­ла бы­ло ру­ку к куб­ку, но вто­рая прин­цесса по­меша­ла ей, встав меж­ду ней и ко­роле­вой.
— Нет, гос­по­жа, — ска­зала она, стро­го гля­дя ко­роле­ве пря­мо в ли­цо, — и на­шей стра­не та­кой обы­чай: тот, кто пред­ла­га­ет дру­гому вы­пить ку­бок друж­бы, дол­жен пер­вый от­пить из не­го.
— Что ж, это я охот­но сде­лаю, — отоз­ва­лась ко­роле­ва и под­несла к гу­бам ку­бок.
Но вто­рая прин­цесса прис­таль­но сле­дила за ко­роле­вой и за­мети­ла, что она ни ка­пель­ки не от­пи­ла. Тог­да вто­рая прин­цесса сде­лала шаг впе­ред и, как бы не­ча­ян­но, под­тол­кну­ла дно куб­ка пле­чом. Часть ви­на брыз­ну­ла на ли­цо ко­роле­вы, часть по­пала ей в рот.
Так она са­ма за­пута­лась в сво­их се­тях. Ведь она от­ра­вила ви­но та­ким силь­ным ядом, что ед­ва прог­ло­тила нес­коль­ко ка­пель, как упа­ла мер­твая к но­гам прин­цесс.
Ник­то о ней не жа­лел — она зас­лу­жила свою участь. Ее спеш­но по­хоро­нили в у­еди­нен­ном мес­те, и вско­ре все о ней по­забы­ли.
А прин­цесса Зо­лотое Де­рев­це счас­тли­во и мир­но жи­ла вмес­те с му­жем и под­ру­гой до кон­ца дней сво­их.