Мальчик, тролли и приключение

Жил-был од­нажды бой­кий маль­чиш­ка, ко­торый меч­тал о прик­лю­чени­ях. А где их ис­кать? Ко­неч­но, в Дре­мучем ле­су. Вот он ту­да и от­пра­вил­ся.

— Эгей! — крик­нул он, зай­дя по­даль­ше в ча­щу. — Эгей! Есть тут прик­лю­чения? А то до­ма та­кие тос­ка да ску­коти­ща, все хо­дят слов­но в во­ду опу­щен­ные. А всё по­тому, что умер­ла на­ша доб­рая ко­роле­ва, вот стра­на и го­рю­ет. Ко­роль и прин­цесса в пе­чали, и на­род то­же. Но у прин­цессы по­яви­лась ма­чеха, и те­перь она всем зап­равля­ет. По­гова­рива­ют, что она ведь­ма, но на­вер­ня­ка-то ник­то не зна­ет.

Маль­чик шёл всё даль­ше и даль­ше в лес.

— Эгей! Эгей! Где же вы, прик­лю­чения?! Ма­туш­ка да­ла мне в до­рогу семь бу­тер­бро­дов, а у ме­ня уже ос­та­лось все­го два. Эгей! Да ког­да же вы нач­нё­тесь?

День стал кло­нить­ся к за­кату, а маль­чик всё шёл и шёл даль­ше и даль­ше вглубь тём­но­го ле­са.

— Прик­лю­чения! — звал он. — Прик­лю­чения, на­чинай­тесь же! До­ма од­ни тос­ка да ску­ка. Вот уже нес­коль­ко дней, как про­пала прин­цесса. Она со­бира­ла цве­ты на лу­гу и вдруг ис­чезла. Го­ворят, ко­роле­ва за­кол­до­вала её, что­бы сде­лать прин­цессой свою собс­твен­ную доч­ку. Но на­вер­ня­ка-то ник­то не зна­ет. Вот те­перь и ца­рят пов­сю­ду од­на грусть да пе­чаль.

Су­мер­ки сгу­щались. Маль­чик до­ел пос­ледний бу­тер­брод. Он ус­тал бро­дить по ле­су, сел на ка­мень и за­думал­ся.

Чу! За­шур­ша­ли листья и зат­ре­щали вет­ки. Но маль­чик ни­чуть не ис­пу­гал­ся: со­весть его бы­ла чис­та, а зна­чит, и бо­ять­ся ему бы­ло не­чего. Он си­дел и ждал, ког­да нач­нутся прик­лю­чения: ра­ди это­го он и от­пра­вил­ся в путь.

И тут ми­мо не­го враз­ва­лоч­ку про­шёл тролль с меш­ком за спи­ной. Это был Боль­шой Брат — стар­ший из трёх трол­лей. Он был страш­ный-прес­траш­ный, а бе­зоб­разней все­го бы­ли его длин­ные мох­на­тые уши, ко­торые поч­ти во­лочи­лись по зем­ле.

— Уф-уф, пуф-пуф! — от­ду­вал­ся он на хо­ду.

— Доб­рый ве­чер, дя­день­ка, — поз­до­ровал­ся с ним маль­чик.

Тролль ос­та­новил­ся, по­шеве­лил уша­ми и пос­мотрел на маль­чи­ка.

— Экий ты кар­лик! — про­бор­мо­тал он.

— Вов­се я не кар­лик, я — маль­чик.

— Экий ты маль­чик! — про­гово­рил тролль. — Ка­кие у те­бя гад­кие ма­лень­кие уш­ки! По­любуй­ся-ка на мои! Вот это уши так уши! Про­тив та­кой кра­соты прин­цесса на­вер­ня­ка не ус­то­ит. А твои уши сов­сем ни­куда не го­дят­ся.

— Я до­волен тем, что имею! — от­ве­чал маль­чик. — А что у те­бя, дя­день­ка, в меш­ке?

— У ме­ня там пол­ным-пол­но се­реб­ра, я на­соби­рал его в ле­су. А свер­ху при­пасен слад­кий уж — пусть прин­цесса по­лако­мит­ся.

— Ка­кая прин­цесса?

— Тсс… всё-то те­бе на­до знать! — Тролль по­махал уша­ми и лу­каво пос­мотрел на маль­чи­ка. — По­жалуй, я бы мог прев­ра­тить те­бя в чёр­но­го во­рона. Но так и быть — ос­та­вай­ся урод уро­дом. Ко­ли уви­дишь мо­их брать­ев, пе­редай им, что я по­шёл до­мой на на­шу го­ру. Про­щай же!

— До сви­дания, дя­день­ка! — от­ве­чал маль­чик.

И тролль ушёл, а маль­чик ос­тался си­деть на кам­не.

Чу! За­шур­ша­ли листья и зат­ре­щали вет­ки. Но и те­перь маль­чик ни­чуть не ис­пу­гал­ся.

Из ле­са по­явил­ся но­вый тролль с меш­ком за пле­чами. Это был Сред­ний Брат. Он то­же был страш­ный-прес­траш­ный, и са­мым от­вра­титель­ным у не­го был длин­ный, поч­ти до са­мой зем­ли, под­бо­родок, весь в бо­родав­ках.

— Уф-уф, пуф-пуф! — от­ду­вал­ся он на хо­ду.

— Доб­рый ве­чер, дя­день­ка! — поз­до­ровал­ся маль­чик.

— Экий ты кар­лик! — ус­мехнул­ся тролль.

Он упёр­ся под­бо­род­ком в зем­лю и при­щурил­ся.

— Вов­се я не кар­лик, я — маль­чик.

— Экий ты маль­чик! — про­гово­рил тролль. — Ка­кой же у те­бя гад­кий ма­лень­кий под­бо­родок! По­любуй­ся-ка на мой! Вот заг­ля­дение! Про­тив та­кой кра­соты прин­цесса на­вер­ня­ка не ус­то­ит. А твой под­бо­родок сов­сем ни­куда не го­дит­ся.

— Я до­волен тем, что имею. А что у те­бя, дя­день­ка, в меш­ке?

— У ме­ня там пол­ным-пол­но зо­лота. А свер­ху от­личная зе­лёная ля­гуш­ка — пусть прин­цесса по­лако­мит­ся.

— Ка­кая прин­цесса?

— Тсс… всё-то те­бе на­до знать! — Тролль лу­каво пос­мотрел на маль­чи­ка. — А не ви­дел ли ты мо­его Боль­шо­го Бра­та?

«Доб­рый ве­чер, дя­день­ка», — поз­до­ровал­ся с ним маль­чик

— А как же! Он ве­лел пе­редать, что по­шёл до­мой на го­ру!

— Тог­да и мне на­до по­торап­ли­вать­ся! — ска­зал Сред­ний Брат. — Ес­ли бы я не спе­шил, то прев­ра­тил бы те­бя в во­рону. Но так и быть — ос­та­вай­ся урод уро­дом.

И тролль за­ковы­лял прочь. А маль­чик ос­тался си­деть на кам­не. И сно­ва за­шур­ша­ли листья и зат­ре­щали вет­ки.

Из ле­са по­явил­ся ещё один тролль с меш­ком за пле­чами. Это был Млад­ший Брат. Он был страш­ный-прес­траш­ный, и са­мым от­вра­титель­ным у не­го был пры­щавый длин­ный нос.

— Уф-уф, пуф-пуф! — от­ду­вал­ся он на хо­ду.

— Доб­рый ве­чер, дя­день­ка! — поз­до­ровал­ся маль­чик.

— Экий ты кар­лик! — хмык­нул тролль, ос­та­новил­ся и стал при­нюхи­вать­ся.

— Вов­се я не кар­лик, я — маль­чик.

— Экий ты маль­чик! — про­гово­рил тролль. — Ка­кой же у те­бя гад­кий ма­лень­кий нос! По­любуй­ся-ка на мой! Вот ка­ким дол­жен быть нос! Про­тив та­кой кра­соты прин­цесса на­вер­ня­ка не ус­то­ит. А у те­бя нос сов­сем ни­куда не го­дят­ся.

— Я до­волен тем, что имею. А что у те­бя, дя­день­ка, в меш­ке?

— Ме­шок мой по­лон дра­гоцен­ных кам­ней. А свер­ху ле­жит жир­ная вкус­ная жа­ба — пусть прин­цесса по­лако­мит­ся.

— Ка­кая прин­цесса?

— Тсс… всё-то те­бе на­до знать! — И тролль лу­каво пос­мотрел на маль­чи­ка. — А не ви­дел ли ты мо­их брать­ев?

— А как же! Они ве­лели пе­редать, что пош­ли до­мой на го­ру.

— Тог­да и мне на­до по­торап­ли­вать­ся! — зас­пе­шил Млад­ший Брат. — Жаль, что у ме­ня нет вре­мени, а то бы я прев­ра­тил те­бя в со­року. А те­перь так и ос­та­вай­ся урод уро­дом.

Мальчик, тролли и приключение

«Ка­кой же у те­бя гад­кий ма­лень­кий нос! По­любуй­ся-ка на мой!»

И тролль за­ковы­лял прочь. А маль­чик ос­тался си­деть на кам­не.

«Прик­лю­чения! — по­думал он. — Вот они и на­чались. Пой­ду-ка я за трол­ля­ми и уз­наю, чем де­ло обер­нётся».

И он ос­то­рож­но, кра­дучись, по­шёл за трол­ля­ми.

Ох, как шур­ша­ли листья и тре­щали вет­ки! Но маль­чик не ис­пу­гал­ся.

В са­мой глу­бине Дре­муче­го ле­са сто­яла Се­рая го­ра — это-то и был за­мок трол­лей. Там в од­ной из ком­нат то­милась в пле­ну прин­цесса, та са­мая ма­лень­кая кра­сави­ца прин­цесса, ко­торая про­пала, ког­да со­бира­ла цве­ты на лу­гу.

С од­ной сто­роны в ком­на­те бы­ла тер­ра­са с лес­тни­цей, а под са­мым по­тол­ком — од­но-единс­твен­ное окош­ко, че­рез ко­торое све­тили звёз­ды.

Прин­цесса си­дела на под­стил­ке из мяг­ко­го мха, но ей он ка­зал­ся жёс­тким-пре­жёс­тким, ведь она при­вык­ла к пу­ховым по­душ­кам. Стол ло­мил­ся от при­несён­ных трол­ля­ми уго­щений: кол­ба­са из кро­ви дра­кона и суп из жаб, жа­реные уши ле­тучих мы­шей и ядо­витая ка­ша из бе­лены…

Ко­неч­но, прин­цесса ни к че­му это­му да­же не прит­ро­нулась. Она бы ско­рее умер­ла, чем от­ве­дала по­доб­ные ку­шанья.

Прин­цесса не сме­ла го­ворить гром­ко, лишь шё­потом раз­го­вари­вала она со звёз­да­ми и всё спра­шива­ла их:

— Ког­да же при­летят лес­ные эль­фы? Ког­да же при­летят эль­фы?

И вот по­яви­лись лес­ные эль­фы — це­лая про­цес­сия. Они прос­коль­зну­ли сквозь окош­ко и по­цело­вали прин­цессу в гла­за и щё­ки. Гос­ти при­нес­ли прин­цессе вдо­воль ягод и фрук­тов, заб­ра­ли нет­ро­нутую еду трол­лей, поп­ро­щались и уле­тели.

Мальчик, тролли и приключение

«Ну, как те­бе уго­щение?» — про­дол­жа­ла ста­руха

Тут зас­кри­пел же­лез­ный за­сов, и в ком­на­ту вва­лилась ста­рая трол­ли­ха. Она бы­ла страш­ная-прес­траш­ная, уши у неё бы­ли, как у Боль­шо­го Бра­та, под­бо­родок — как у Сред­не­го, а нос — как у Млад­ше­го.

— Фу! — ска­зала она. — Фу, ка­кой гад­кий све­жий воз­дух! При­дёт­ся мне нос за­жать. Зак­рой-ка ок­но или луч­ше пе­реби­рай­ся в мою ком­на­ту. Вот там-то воз­дух за­меча­тель­ный! Там, по­ди, ты­сячу лет не про­вет­ри­вали.

— Но мне нра­вит­ся смот­реть на звёз­ды! — от­ве­чала прин­цесса.

Она не сме­ла приз­нать­ся, что не пе­рено­сит спёр­то­го воз­ду­ха. Это бы ста­рухе трол­ли­хе не пон­ра­вилось.

— Смот­реть на звёз­ды! — про­вор­ча­ла трол­ли­ха. — Ка­кие глу­пос­ти! На что там смот­реть! Мои пе­щеры пол­ны се­реб­ра, зо­лота и дра­гоцен­ных кам­ней, ко­торые свер­ка­ют по­луч­ше вся­ких звёзд. Ну как те­бе уго­щение? — про­дол­жа­ла ста­руха, гля­дя на пус­тые мис­ки. — Вот мо­лод­чи­на! Всё съ­ела. Ха-ха-ха!

Трол­ли­ха рас­ха­жива­ла по ком­на­те и сме­ялась во всё гор­ло. Она и не до­гады­валась, что эль­фы унес­ли трол­ли-чье уго­щение и на­кор­ми­ли прин­цессу яго­дами. По­ка она рас­ха­жива­ла по ком­на­те, раз­дался стук в дверь. Бум!

— Ни­как это Боль­шой Брат! — об­ра­дова­лась трол­ли­ха и пош­ла от­кры­вать.

Во­шёл стар­ший тролль, поз­до­ровал­ся и снял с пле­ча

— Вот тут уго­щение для прин­цессы! — ска­зал он и про­тянул ей ужа.

И сно­ва раз­дался стук в дверь. Бум-бум!

— По­хоже, это Сред­ний Брат, — про­бор­мо­тала ста­руха и пош­ла от­кры­вать.

Во­шёл сред­ний тролль, поз­до­ровал­ся и снял с пле­ча ме­шок.

— Вот тут уго­щение для прин­цессы! — ска­зал он и про­тянул ей ля­гуш­ку.

И сно­ва раз­дался стук в дверь. Бум-бум-бум!

— Ка­жет­ся, это Млад­ший Брат, — про­гово­рила трол­ли­ха и пош­ла от­кры­вать.

Во­шёл млад­ший тролль, поз­до­ровал­ся и снял с пле­ча ме­шок.

— Вот тут уго­щение для прин­цессы! — ска­зал он и про­тянул ей жа­бу.

Приш­лось прин­цессе их всех поб­ла­года­рить и при­нять по­дар­ки. А ста­руха трол­ли­ха но­силась вок­руг и хо­хота­ла во всё гор­ло.

— Ой, как я ра­да-ра­дёшень­ка! — при­гова­рива­ла она. — Вот ве­чер­ком и ус­тро­им по­мол­вку! Прин­цесса об­ру­чит­ся с од­ним из мо­их сы­ноч­ков. Пусть са­ма вы­бира­ет, кто ей боль­ше по сер­дцу. Ко­неч­но, ей, по­ди, все трое ми­лы, но при­дёт­ся выб­рать толь­ко од­но­го.

И трол­ли­ха за­хохо­тала так, что ей приш­лось ух­ва­тить­ся за жи­вот, что­бы не лоп­нуть. А сын­ки её улы­бались от уха до уха, ведь каж­дый ду­мал, что прин­цесса вы­берет имен­но его.

Прин­цесса же бы­ла чуть жи­ва от стра­ха. Она бы­ла од­на-оди­нёшень­ка, и ни еди­ного дру­га ря­дом. Да­же эль­фы боль­ше не по­яв­ля­лись. Толь­ко звёз­ды си­яли на не­бе.

— По­любуй­ся на них! — не уни­малась трол­ли­ха. — По­любуй­ся на мо­их сы­ноч­ков! Та­ких кра­сав­цев боль­ше не сы­щешь на всём бе­лом све­те. Все в мать!

Од­на­ко прин­цесса на трол­лей да­же не взгля­нула. Со сле­зами на гла­зах смот­ре­ла она на звёз­ды. Го­ре горь­кое с ней прик­лю­чилось, и не­от­ку­да ей ждать спа­сения! Она за­пер­та в зам­ке у страш­ных трол­лей, и ник­то ей не по­может… Вдруг в окош­ке по­каза­лась чья-то го­лова. Не­уже­ли ещё один тролль? Хо­тя, по­жалуй, он очень по­хож на обыч­но­го маль­чи­ка, да­же кив­нул ей при­вет­ли­во.

— Ну, ко­го же ты вы­берешь? — не уни­малась трол­ли­ха. — Ре­шай же! Мои сын­ки все как на под­бор, а уж как лов­ко ищут кла­ды! Все трое го­товы же­нить­ся. Млад­шень­ко­му ис­полнит­ся на сле­ду­ющей не­деле де­вять­сот со­рок семь лет. И ес­ли все бу­дет хо­рошо, то про­живут они ещё мно­го ты­сяч лет. Мы, трол­ли, лишь од­но­го дол­жны опа­сать­ся.

— Че­го? — спро­сил Боль­шой Брат.

— Раз­ве я вам не рас­ска­зыва­ла? — уди­вилась ста­руха. — Ну так зна­чит нас­та­ла по­ра вам это уз­нать. Есть од­но зак­ля­тие, ко­торое на­водит на трол­лей пор­чу. Ох, мне вся­кий раз ста­новит­ся дур­но, ког­да я его вспо­минаю. Вот оно:

Све­жий ве­тер, при­летай!
Трол­лей прочь с го­ры сду­вай!
Страш­ных, глу­пых, гад­ких, злых —
Не ос­тавь сле­да от них!

— Уф, чуть и впрямь не зах­во­рала от этих слов! — по­жало­валась трол­ли­ха. — Но это ско­ро прой­дёт. А вы не бой­тесь, сы­ноч­ки: от зак­ля­тия не бу­дет вре­да, ес­ли его про­чита­ет слу­чай­ный че­ловек.

— А кто же дол­жен его про­честь, что­бы оно ста­ло опас­ным? — спро­сил Сред­ний Брат.

— Приш­ло вре­мя вам и это уз­нать! — от­ве­чала ста­руха. — Ес­ли его про­чита­ет маль­чик, ко­торый не бо­ит­ся ни трол­лей, ни ть­мы — тог­да нам бе­да. Но я та­кого маль­чиш­ки ни ра­зу не встре­чала, да и не встре­чу, на­де­юсь. А ес­ли та­кой и объ­явит­ся, пос­ко­рее его за­кол­дуй­те, что­бы он не ус­пел и рта рас­крыть.

«По­любуй­ся на них! По­любуй­ся на мо­их сы­ноч­ков! Та­ких кра­сав­цев боль­ше не сы­щешь на всем бе­лом све­те»

— Ви­дел я се­год­ня ве­чером в ле­су од­но­го маль­чиш­ку, — ска­зал Боль­шой Брат.

— И я! — под­хва­тил Млад­ший. — И он сов­сем не бо­ял­ся трол­лей!

— И тем­но­ты то­же! — до­бавил с ис­пу­гом Сред­ний.

— Ох, бе­да-то ка­кая, страх один! — вспо­лоши­лась трол­ли­ха и за­бега­ла по ком­на­те. — Ну по­чему же вы его сра­зу не за­кол­до­вали?

— Но мы так спе­шили! — от­ве­чали братья. — Мы же то­ропи­лись к прин­цессе.

— Уф, те­перь-то мне и впрямь ста­ло не по се­бе! — про­гово­рила трол­ли­ха. — А впро­чем, гля­дишь, и обой­дёт­ся. Че­го нам бо­ять­ся это­го маль­чиш­ку?! Он же не зна­ет зак­ля­тия! Зна­чит, всё в по­ряд­ке! Ох, те­перь мне вро­де по­лег­ча­ло.

И трол­ли­ха за­хохо­тала во всё гор­ло и зас­ка­кала по ком­на­те.

— Ой, мы же за­были о по­мол­вке! — спох­ва­тилась вдруг она. — Ну что, прин­цесса, выб­ра­ла уже?

Од­на­ко бед­няжка по-преж­не­му си­дела и смот­ре­ла на звёз­ды, а по ще­кам её ка­тились ог­ромные слё­зы. Ни­ког­да ни од­на прин­цесса не зна­ла та­кого го­ря! И не к ко­му бы­ло ей об­ра­тить­ся за по­мощью. Впро­чем, тот тролль в окош­ке ки­вал ей при­вет­ли­во и ка­зал­ся впол­не ми­лым. И вот что уди­витель­но: он был очень по­хож на сы­на ко­ролев­ско­го прив­ратни­ка — то­го са­мого, с ко­торым она так час­то вмес­те иг­ра­ла. Но это на­вер­ня­ка лишь трол­личьи ча­ры. И по­мощи от не­го ждать не сто­ит…

— Ну что же ты мол­чишь? — те­реби­ла её трол­ли­ха. — Ты что, ус­ну­ла? Ну-ка я те­бя ущип­ну ра­зочек!

И она с та­кой си­лой ущип­ну­ла прин­цессу за ру­ку, что та вскрик­ну­ла от бо­ли.

— Или ты ро­бе­ешь? Тог­да я са­ма за те­бя вы­беру. По­лучай мо­его стар­шень­ко­го! Ну что, до­воль­на те­перь?

— Нет! — крик­ну­ла прин­цесса. — Нет и нет! Не вый­ду я за­муж за этих гад­ких трол­лей! Я хо­чу до­мой. И есть от­вра­титель­ную трол­личью еду не ста­ну. И воз­ду­хом спёр­тым ды­шать то­же не мо­гу.

— Ах вот, зна­чит, как! — про­шипе­ла ста­руха, по­зеле­нев от злос­ти. — Вот, зна­чит, как! Ну нет, до­мой ты боль­ше не вер­нёшь­ся! Там те­перь ко­роле­вой моя сес­три­ца, а она тролль не ху­же ме­ня. Это она отос­ла­ла те­бя сю­да и вов­се не же­ла­ет тво­его воз­вра­щения. По­тому что те­перь её доч­ка ста­нет прин­цессой и по­лучит в нас­ледс­тво всё ко­ролевс­тво. Ха-ха-ха! Не ви­дать те­бе боль­ше род­но­го зам­ка! Бу­дешь жить здесь, в мо­ей ком­на­те! Воз­дух там впол­не гож. Я те­бя на­учу хо­рошим ма­нерам. Это те­бе, ви­дать, не­об­хо­димо. Ста­ну кор­мить те­бя на­шей едой по семь раз на дню и, чуть что не так, бу­ду щи­пать те­бя, а то поз­на­ком­лю и с роз­гой, вон той, что сто­ит в уг­лу.

Трол­ли­ха схва­тила прин­цессу и по­тащи­ла за со­бой.

— От­прав­ляй­ся в мою ком­на­ту! Там-то уж не по­нежишь­ся на мяг­ком мху!

Од­на­ко вдруг из окош­ка пос­лы­шал­ся чей-то го­лос — обыч­ный маль­чи­шес­кий го­лос, — но трол­ли­ха ра­зом вы­пус­ти­ла ру­ку прин­цессы и за­мер­ла вмес­те с сы­новь­ями, слов­но ока­мене­ла.

Све­жий ве­тер, при­летай!
Трол­лей прочь с го­ры сду­вай!
Страш­ных, глу­пых, гад­ких, злых —
Не ос­тавь сле­да от них!

И тут же по­дул с за­пада све­жий ве­тер, рас­пахнул две­ри нас­тежь и вмиг унёс прочь ста­руху трол­ли­ху и её сы­новей. Всё слу­чилось так быс­тро, что ник­то и за­метить не ус­пел, ку­да они по­дева­лись.

Но ма­лень­кую прин­цессу ве­тер не тро­нул.

А вско­ре в две­рях по­явил­ся маль­чик и веж­ли­во ей пок­ло­нил­ся. Это был тот са­мый сын прив­ратни­ка, ко­торый от­пра­вил­ся на по­ис­ки прик­лю­чений.

— Не бой­ся, прин­цесса! — ска­зал он. — Те­перь трол­лей и след прос­тыл, боль­ше они ни­ког­да не вер­нутся. А мы от­пра­вим­ся на­зад в на­ше ко­ролевс­тво и прих­ва­тим с со­бой всё их зо­лото-се­реб­ро и дра­гоцен­ные ка­меш­ки.

— Спа­сибо, доб­рый маль­чик! — от­ве­чала прин­цесса. — Мне бы­ло так горь­ко и страш­но! Я ду­мала, что и ты то­же тролль.

Ус­лы­шав эти сло­ва, маль­чик рас­сме­ял­ся, а от­сме­яв­шись, ска­зал так:

— Это бы­ло нас­то­ящее прик­лю­чение!

И яс­но бы­ло, что он этим очень до­волен.

Меж тем до­ма, в род­ном ко­ролевс­тве, в зам­ке и в го­роде, ца­рило смя­тение: но­вая пра­витель­ни­ца по­веле­ла, что­бы от­ны­не вся­кая грусть по преж­ней ко­роле­ве и её про­пав­шей до­чери бы­ла за­быта. И од­новре­мен­но гла­шата­ям при­каза­но бы­ло рас­тру­бить о том, что стра­на по­лучи­ла но­вую прин­цессу, дочь но­вой ко­роле­вы и пад­че­рицу ко­роля: она-то и ста­нет нас­ледни­цей тро­на.

— Ту-те-ли-ту! — гу­дели тру­бы на ули­цах и пло­щадях. Фла­ги и вым­пе­лы взмы­вали в не­бо, а лю­ди вновь дос­та­вали яр­кие одеж­ды, как им и бы­ло ве­лено. — Ту-те-ли-ту!

Лишь ко­роль оди­ноко си­дел в уг­лу и иг­рал со ски­пет­ром и дер­жа­вой.

Пе­чаль его бы­ла так тя­жела, что он слов­но впал в детс­тво. Он от­ве­чал лишь «да» на всё, что пред­ла­гала ко­роле­ва, так что та зап­равля­ла те­перь всем в ко­ролевс­тве.

«Ко­роле­ва — трол­ли­ха! Ко­роле­ва — кол­дунья!» — ду­мали лю­ди.

Од­на­ко ник­то не мог су­дить на­вер­ня­ка, и ник­то не ре­шал­ся про­из­нести это вслух.

А в од­ном из по­ко­ев ко­роле­ва по­мога­ла до­чери на­водить кра­соту. Ни­ког­да ни од­ной гор­ничной не поз­во­лялось при этом при­сутс­тво­вать.

— Зак­рой­те-ка все ок­на и про­вали­вай­те! — при­казы­вала обыч­но ко­роле­ва.

Гор­ничные зак­ры­вали ок­на и спе­шили уб­рать­ся с глаз до­лой.

— Фу, ка­кой гад­кий све­жий воз­дух! — про­вор­ча­ла ко­роле­ва, ког­да они с доч­кой ос­та­лись од­ни. — Фу, ды­шать не­воз­можно! Мне пря­мо-та­ки дур­но ста­новит­ся. Но ско­ро мы за­ведём тут иные по­ряд­ки. Зав­тра же я от­дам при­каз за­коло­тить все ок­на в ко­ролевс­тве. А по­том по­велю об­нести сте­ной всё го­сударс­тво, что­бы ни­какие вет­ры сю­да не за­лета­ли. Ну-ка, моя де­воч­ка, — про­дол­жа­ла она, — да­вай умо­ем те­бя губ­кой.

— Нет! — за­вопи­ла доч­ка. — Не же­лаю я мыть­ся!

— По­тер­пи, не­дол­го ос­та­лось, — уго­вари­вала её мать. — Ну ещё ра­зочек! Вот про­воз­гла­сят те­бя прин­цессой и нас­ледни­цей, и мо­жешь по­том боль­ше не мыть­ся. Тог­да мы во­об­ще ве­лим сжечь все губ­ки и мо­чал­ки. И по­весим зам­ки на ко­лод­цы. Это всё глу­пые люд­ские до­мыс­лы, буд­то на­до умы­вать­ся. Ну-ка! Толь­ко не кри­чи!

Од­на­ко доч­ка всё рав­но во­пила как ре­заная. Толь­ко трол­ли мо­гут так кри­чать, ког­да их зас­тавля­ют мыть­ся чис­той во­дой.

— Ну вот, те­перь всё го­тово, — ска­зала ко­роле­ва. — Та­кой ты этим лю­диш­кам на­вер­ня­ка пон­ра­вишь­ся. Хо­тя мне-то ка­жет­ся, что до умы­вания ты бы­ла нам­но­го кра­ше.

Трол­ли­ха на­ряди­ла доч­ку в са­мое кра­сивое платье прин­цессы, но ми­лее та от это­го не ста­ла. Трол­ля ни шёлк, ни бар­хат не ук­ра­сят.

— На­капай па­ру ка­пель ски­пида­ра на но­совой пла­ток, — по­сове­това­ла ко­роле­ва. — Ког­да вый­дешь на све­жий воз­дух, смо­жешь из­редка прик­ла­дывать пла­ток к но­су, что­бы при­вес­ти се­бя в чувс­тво.

И ко­роле­ва с доч­кой выш­ли на тер­ра­су зам­ка, где дол­жно бы­ло сос­то­ять­ся праз­дно­вание. Ко­роль уже был там — си­дел на тро­не, ря­дом сто­ял трон ко­роле­вы, а трол­ли­хина доч­ка усе­лась у них в но­гах. Прид­ворные в яр­ких на­рядах вста­ли за спи­нами ко­роля и ко­роле­вы, а сол­да­ты с блес­тя­щими ружь­ями выс­тро­ились че­тырё­хуголь­ни­ком на пло­щади пе­ред зам­ком. За сол­да­тами плот­ной тол­пой сто­ял обыч­ный люд — все в яр­ких одеж­дах, как и бы­ло ве­лено. Раз­ве­вались фла­ги и вым­пе­лы, гре­мели тру­бы: «Ту-те-ли-ту!»

Но нас­то­яще­го ве­селья не бы­ло. Ко­роль си­дел мрач­нее ту­чи и иг­рал ски­пет­ром и дер­жа­вой, прид­ворные ка­зались на­пуган­ны­ми до смер­ти, сол­да­ты за­были о вып­равке, а лю­ди, соб­равши­еся пе­ред зам­ком, смот­ре­ли на всё пе­чаль­но, слов­но ох­ва­чен­ные тя­жёлым го­рем.

Так и бы­ло на са­мом де­ле. Лю­ди го­рева­ли о доб­рой ко­роле­ве, ко­торая умер­ла, и о кра­сави­це прин­цессе, ко­торая ис­чезла. Жаль им бы­ло и доб­ро­го ко­роля, ко­торый впал в детс­тво. Од­на­ко они бо­ялись но­вой ко­роле­вы и её доч­ки, ко­торая вот-вот дол­жна бы­ла стать нас­ледной прин­цессой.

— Та­кая уро­дина! — шеп­та­лись на пло­щади, но гром­ко это ска­зать ник­то не пос­мел. — Та­кая уро­дина! Ну вы­литый тролль­чо­нок! Не­уже­ли она ста­нет на­шей прин­цессой? Ка­кой ужас!

А как стран­но ко­роле­ва с доч­кой ве­ли се­бя! Си­дели, при­жав к но­сам плат­ки, слов­но им тош­но бы­ло.

Да так оно и бы­ло на са­мом де­ле! Трол­ли страш­но му­чились на све­жем воз­ду­хе, и ес­ли бы не во­нючие но­совые плат­ки, они бы прос­то не вы­дер­жа­ли.

— Ну ду­маю, мож­но на­чинать, — про­шипе­ла ко­роле­ва ко­ролю.

— Да, да, — кив­нул ко­роль.

Он всег­да от­ве­чал ко­роле­ве толь­ко «да, да», что бы та ни го­вори­ла.

— По­жалуй, луч­ше я са­ма об­ра­щусь к на­роду, — ска­зала ко­роле­ва.

— Да, да, — сог­ла­сил­ся ко­роль.

И тру­бы за­иг­ра­ли но­вый сиг­нал: «Ту-ту-ли-ту!» А по­том трол­ли­ха вста­ла и про­из­несла речь. Она так кра­сиво го­вори­ла о преж­ней ко­роле­ве — той, ко­торая умер­ла. Горь­кие слё­зы тек­ли у неё по ще­кам, но ник­то не ве­рил, что она пла­кала от чис­то­го сер­дца. Го­вори­ла она и о про­пав­шей прин­цессе, и сно­ва на гла­зах её блес­те­ли слё­зы. Од­на­ко и на этот раз ник­то не по­верил в её ис­крен­ность.

— И вот те­перь, — зак­лю­чила трол­ли­ха, — ко­роль по­веле­ва­ет, что­бы нас­ледной прин­цессой ста­ла моя доч­ка. Но по­ка прин­цесса не вы­рас­тет, стра­ной уп­равлять бу­ду я, пос­коль­ку ко­роль чувс­тву­ет, что слиш­ком стар, и же­ла­ет уй­ти на по­кой.

Она за­вери­ла всех, что бу­дет хо­рошей ко­роле­вой. Ей луч­ше, чем ко­му-ли­бо из­вес­тно, че­го хо­тят под­данные. Так что те, кто бу­дет пос­лушным и пок­ла­дис­тым, за­живут рас­прек­расно. Но за вся­кое не­пос­лу­шание ста­нут жес­то­ко на­казы­вать.

Кол­дунья за­кон­чи­ла речь, пер­вый ми­нистр вы­шел впе­рёд, на­дел ко­рону на ко­ролев­скую доч­ку и мах­нул на­роду, что­бы тот кри­чал «Ура», да и сам зак­ри­чал со всей мо­чи. А прид­ворные за ним сле­дом: они не сме­ли ос­лу­шать­ся. Од­на­ко лю­ди на пло­щади мол­ча­ли. У всех бы­ло тя­жело на ду­ше, а с тя­жёлым сер­дцем труд­но кри­чать «ура».

А ещё лю­ди не кри­чали по­тому, что в этот са­мый мо­мент за­мети­ли, как по до­роге приб­ли­жа­ет­ся к го­роду длин­ный ка­раван и нап­равля­ет­ся пря­миком к зам­ку. По­воз­ка за по­воз­кой, каж­дую ве­зёт па­ра ло­шадей. На са­мой пер­вой си­дела де­воч­ка, как две кап­ли во­ды по­хожая на про­пав­шую прин­цессу, так что не труд­но бы­ло до­гадать­ся, кто это бы­ла та­кая. А ря­дом с ней — слав­ный па­ренёк, ну пря­мо вы­литый сы­нок прив­ратни­ка ко­ролев­ско­го зам­ка, прос­то точь-в-точь.

Сле­дом ехал обоз, гру­жён­ный се­реб­ром, зо­лотом и дра­гоцен­ны­ми кам­ня­ми. Лю­ди рас­сту­пились, да­вая им до­рогу. Они не ве­рили сво­им гла­зам.

— Не­уже­ли это нас­то­ящая прин­цесса? — шеп­та­лись они. — А это раз­ве не прив­ратни­ков сы­нок? А в по­воз­ках-то, по­хоже, се­реб­ро, зо­лото и дра­гоцен­ные кам­ни.

Прив­ратник с же­ной то­же сто­яли в тол­пе.

— Да это же наш сын! — вскри­чали они. — И прин­цесса са­мая нас­то­ящая!

И тут на­чалось нас­то­ящее ли­кова­ние: лю­ди за­маха­ли шап­ка­ми и зак­ри­чали «Ура» — сно­ва и сно­ва: та­кая их ох­ва­тила ра­дость.

«Не­уже­ли это они ме­ня так при­ветс­тву­ют? — по­дума­ла ко­роле­ва. — Ме­ня и но­вую прин­цессу!»

Од­на­ко тут трол­ли­ха за­мети­ла по­воз­ки, подъ­ез­жавшие к па­рад­но­му крыль­цу. Ни­чего по­доб­но­го она в жиз­ни не ви­дыва­ла! На пер­вой по­воз­ке си­дела нас­то­ящая прин­цесса, ко­торую кол­дунья хо­тела за­точить в го­ре у сво­ей сес­тры.

«Как она сю­да доб­ра­лась?» — Трол­ли­ха по­зеле­нела со злос­ти.

И тут маль­чик за­гово­рил:

— Здравс­твуй­те, ко­роль и лю­ди доб­рые! Я от­пра­вил­ся на по­ис­ки прик­лю­чений, и вот вер­нулся до­мой с прин­цессой.

— Ура, ура! — зак­ри­чали лю­ди.

— Ко­роле­ва, что сто­ит там, на тер­ра­се, — про­дол­жал маль­чик, — на са­мом де­ле кол­дунья, она сес­тра ста­рухи трол­ли­хи, что жи­ла в Се­рой го­ре. А доч­ка её — нас­то­ящий тролль­чо­нок.

— Мы так и ду­мали! — зак­ри­чали в тол­пе.

И тут — о чу­до! — трол­ли­ха и её доч­ка вдруг пре­об­ра­зились… или, мо­жет, лю­ди прос­то впер­вые уви­дели то, че­го рань­ше не за­меча­ли.

У обе­их по­яви­лись длин­ню­щие уши, ко­торые поч­ти во­лочи­лись по зем­ле, а под­бо­род­ки и но­сы ока­зались та­кими ог­ро­мен­ны­ми и урод­ли­выми — прос­то страх! Трол­ли зак­ру­тились-за­вер­те­лись, раз­ма­хивая уша­ми, слов­но крыль­ями, и злоб­но за­шипе­ли сквозь зу­бы.

Уф, жуть ка­кая! Ко­роль от ужа­са вы­ронил ски­петр и дер­жа­ву, прид­ворные зак­ри­чали и по­лез­ли под стулья, сол­да­ты, уж на что бы­ли храб­ре­цы, то­же по­дума­ли: не пус­тить­ся ли им в бегс­тво? — а лю­ди в тол­пе сжа­лись и пы­тались спря­тать­ся друг за друж­кой.

Толь­ко маль­чик, тот са­мый, ис­ка­тель прик­лю­чений, не ис­пу­гал­ся. Он-то знал вол­шебное зак­ли­нание и пос­пе­шил крик­нуть:

Све­жий ве­тер, при­летай!
Трол­лей прочь с го­ры сду­вай!
Страш­ных, глу­пых, гад­ких, злых —
Не ос­тавь сле­да от них!

И в тот же миг на­летел за­пад­ный ве­тер и под­хва­тил трол­лей за уши. Свишш — их и след прос­тыл! Всё слу­чилось так быс­тро, что ник­то не ус­пел за­метить, ку­да они по­дева­лись. Но за­пад­ный ве­тер боль­ше ни­кому вре­да не при­чинил — ни ко­ролю, ни прин­цессе, ни маль­чи­ку, ни прид­ворным, ни сол­да­там. А как не ста­ло боль­ше трол­лей, то и страх у всех про­пал. Лю­ди кри­чали от ра­дос­ти и сме­ялись, сол­да­ты сно­ва вста­ли во фрунт, креп­ко сжи­мая ружья, прид­ворные вы­пол­зли из-под стуль­ев и при­нялись как ни в чём не бы­вало бе­седо­вать о по­годе.

Ста­рый ко­роль об­ни­мал прин­цессу, сме­ял­ся и пла­кал от счастья.

И вот что за­меча­тель­но — рас­су­док сно­ва к не­му вер­нулся. Кол­дов­ские ча­ры бы­ли раз­ру­шены: боль­ше он не ста­нет си­деть в уг­лу, иг­рая ски­пет­ром и дер­жа­вой. Он ещё раз об­нял доч­ку и по­цело­вал в лоб. А по­том об­нял и маль­чи­ка и пох­ло­пал его по спи­не, как тот то­го и зас­лу­живал.

— Да здравс­тву­ет ко­роль! — кри­чали лю­ди. — Да здравс­тву­ет прин­цесса! Да здравс­тву­ет маль­чик, от­пра­вив­ший­ся на по­ис­ки прик­лю­чений!

— Да, это бы­ло слав­ное прик­лю­чение! — ска­зал ко­роль так гром­ко, что все ус­лы­шали. — Это бы­ло слав­ное прик­лю­чение! А слав­ное прик­лю­чение дол­жно иметь слав­ный ко­нец. Мне ка­жет­ся, моя дочь ду­ма­ет так же, как я. Маль­чик по­лучит ру­ку прин­цессы и ста­нет мои нас­ледни­ком. Он не бо­ит­ся ни трол­лей, ни ть­мы, лю­бит све­жий воз­дух и умы­ва­ет­ся без кап­ри­зов. При­дёт срок, и из не­го вый­дет хо­роший ко­роль.

Маль­чик веж­ли­во поб­ла­года­рил ко­роля и пос­ту­пил так, как ему под­ска­зыва­ли его хо­рошие ма­неры: по­цело­вал ко­ролю ру­ку, а прин­цессу по­цело­вал в гу­бы.

— Я бу­ду всег­да за­ботить­ся о те­бе! — по­обе­щал он. — За­ботить­ся и ох­ра­нять от трол­лей. А ког­да ста­ну ко­ролем, ты бу­дешь си­деть толь­ко на пу­ховых по­душ­ках.

Тут кон­ча­ет­ся од­но прик­лю­чение и на­чина­ет­ся дру­гое, как это бы­ва­ет и в жиз­ни. Но­вое прик­лю­чение то­же ста­нет сказ­кой, но это бу­дет уже дру­гая ис­то­рия.