О том, как народ хопи обрёл родину

Го­ворят, что ин­дей­цы хо­пи — древ­ней­шее пле­мя Аме­рики. Рань­ше, нам­но­го рань­ше дру­гих лю­дей по­явил­ся на свет этот на­род и по­селил­ся там, где жи­вет по сей день, — на Юго-За­паде США. Вот как это слу­чилось.

В не­запа­мят­ные вре­мена Тай­ова, отец Все­лен­ной, соз­дал Пер­вый Мир и по­селил в нем лю­дей. Им жи­лось так лег­ко и при­воль­но, что ско­ро лю­ди за­были о сво­ем бла­город­ном приз­ва­нии. Низ­кие по­мыс­лы ов­ла­дели ими, и на­чались раз­до­ры и вой­ны. И, ви­дя не­совер­шенс­тво Пер­во­го Ми­ра, Тай­ова пот­ряс зем­лю и унич­то­жил ее в ог­не По­том он соз­дал Вто­рой Мир, но и в нем лю­ди не су­мели жить как им сле­ду­ет. И сно­ва Тай­ова унич­то­жил зем­лю в ог­не и соз­дал Тре­тий, а по­том Чет­вертый, пос­ледний мир, в ко­тором и жи­вут те­перь хо­пи.

На по­роге Чет­верто­го Ми­ра Тай­ова об­ра­тил­ся к лю­дям и ска­зал:

— Этот мир не так кра­сив и удо­бен для жиз­ни, как пер­вые. В нем есть вы­сокие го­ры и бо­лотис­тые ни­зины, зной и сту­жа, кра­сота и уродс­тво, ску­дость и изо­билие. Вы смо­жете вы­бирать, и от ва­шего вы­бора за­висит, су­ме­ете ли вы воп­ло­тить то, что за­ложе­но в вас мною, ва­шим От­цом.

Не бро­дите по ми­ру бес­цель­но в по­ис­ках сво­его прис­та­нища. Пусть каж­дое пле­мя со­вер­шит че­тыре дол­гих странс­твия на все че­тыре сто­роны све­та, а по­том пусть пле­мена встре­тят­ся у ис­то­ков пу­ти. И тог­да им от­кро­ет­ся смысл этих странс­твий.

Тай­ова по­кинул лю­дей, а лю­ди от­пра­вились в да­лекие странс­твия: на се­вер, на юг, на вос­ток и на за­пад. И центр ог­ромно­го пе­рек­рестья их пу­тешес­твий стал тем кра­ем, где жи­вет сей­час пле­мя хо­пи.

Мно­го ис­пы­таний вы­пало на до­лю пу­тешес­твен­ни­ков, мно­го стой­кос­ти и му­жес­тва про­яви­ли они. Те, ко­торые шли на се­вер, взби­ра­ясь на вы­сокую го­ру, взя­ли с со­бой двух куз­не­чиков Ма­ху. Ма­ху уме­ли соз­да­вать теп­ло и гре­ли лю­дей в их дол­гом труд­ном пу­ти. И еще иг­ра­ли им на сво­их ма­лень­ких флей­тах. И вот на­конец лю­ди дош­ли до вер­ши­ны и уви­дели на вер­ши­не Ор­ла. Вы­шел впе­ред один из Ма­ху и спро­сил от име­ни лю­дей у Ор­ла:

— Дав­но ты жи­вешь здесь?

— Да, — от­ве­тил Орел. — Я жи­ву здесь с са­мого сот­во­рения Чет­верто­го Ми­ра.

— Мы про­дела­ли боль­шой путь, — про­дол­жал Ма­ху. — Поз­воль нам жить вмес­те с то­бой.

— Сна­чала я дол­жен ис­пы­тать вас, — ска­зал Орел, — есть ли в вас си­ла и му­жес­тво. Приб­лизь­тесь!

И оба Ма­ху по­дош­ли к Ор­лу.

— Сей­час я вот­кну те­бе в глаз стре­лу, — ска­зал Орел од­но­му из них. — И ес­ли ты не зак­ро­ешь глаз, те, кто идет за то­бой, смо­гут ос­тать­ся.

И он вне­зап­но приб­ли­зил стре­лу к са­мому гла­зу Ма­ху, но тот не заж­му­рил­ся, не мор­гнул да­же. И Орел ска­зал:

— Ви­жу, что есть в вас си­ла и му­жес­тво. Но пос­мотрим, вы­дер­жи­те ли вы вто­рое ис­пы­тание. Оно пот­руднее пер­во­го.

— Мы го­товы, — ска­зали оба Ма­ху.

Орел дос­тал лук, на­тянул те­тиву и пус­тил стре­лу пря­мо в од­но­го из них. Но прон­зенный стре­лой Ма­ху под­нял флей­ту и за­иг­рал ти­хую, неж­ную пес­ню.

— В вас боль­ше му­жес­тва, чем я ду­мал, — ска­зал Орел, сно­ва на­тянул те­тиву и выс­тре­лил во вто­рого Ма­ху.

Но и вто­рой Ма­ху под­нял флей­ту и за­иг­рал, и ме­лодия бы­ла так прек­расна, что оба Ма­ху ис­це­лились, и их прон­зенные стре­лами те­ла ста­ли та­кими же, как преж­де. И тог­да Орел поз­во­лил лю­дям за­нять его зем­лю и ска­зал им:

— Вы лю­ди боль­шой си­лы, но вы все­го лишь лю­ди. Я же воп­ло­щаю ве­личие ду­ха, у ме­ня есть власть над Не­бом. Я мо­гу до­нес­ти ва­ши мо­лит­вы к Тай­ове, от­цу Все­лен­ной, и раз­ре­шаю вам брать для это­го мои перья.

И лю­ди ста­ли де­лать та­лис­ма­ны из перь­ев Ор­ла и пок­ло­нять­ся куз­не­чику Ма­ху. Они наз­ва­ли его Гор­ба­тым Флей­тис­том: ведь в сво­ем гор­бе он но­сит се­мена цве­тов и рас­те­ний, а стре­кота­ние его, так по­хожее на пе­ние ма­лень­кой флей­ты, да­рит теп­ло и у­ют. И ес­ли у ин­дей­цев бо­лен ре­бенок, они по­ют над ним пес­ни, зная, что слад­кая власть му­зыки мо­жет его ис­це­лить.

В честь обо­их Ма­ху хо­пи наз­ва­ли два сво­их ро­да: род Си­ней и Се­рой Флей­ты, и, где бы ни странс­тво­вали хо­пи, вез­де на ска­лах ос­тавля­ли они изоб­ра­жения ду­ха Ко­копе­ли — ду­ха куз­не­чика Ма­ху.

Не ме­нее тяж­ким был путь тех, кто по­шел на юг. Род Бар­су­ка — так наз­ва­ли се­бя эти лю­ди в честь сво­его пок­ро­вите­ля, ко­торый на­учил их ле­чить не­дуги и по­казал це­леб­ные тра­вы. Всю эту муд­рость пе­редал Бар­сук ста­рей­ши­не ро­да Са­лави.

Шло вре­мя. Род Бар­су­ка быс­тро рос, вож­ди ста­ли со­пер­ни­чать меж­ду со­бой, а Са­лави ста­новил­ся все не­мощ­нее. И вот нас­тал час, ког­да он ска­зал:

— Мы за­вер­ши­ли странс­твие к че­тырем пре­делам зем­ли. Приш­ло вре­мя ос­та­новить­ся и ждать зна­ка Тай­овы. Он под­ска­жет нам, что де­лать даль­ше.

Лю­ди выб­ра­ли кра­сивый кань­он с ог­ромной пе­щерой на скло­не и ста­ли стро­ить в ней жи­лища, хра­нили­ща для по­чат­ков ку­куру­зы и воз­во­дить тай­ные свя­тили­ща. Но раз­до­ры меж­ду людь­ми все про­дол­жа­лись. И тог­да вдруг пе­рес­та­ли ид­ти дож­ди и па­дать снег, за­сох­ли стеб­ли ку­куру­зы и убе­жали прочь ди­кие зве­ри. Го­лод при­шел в се­ление. И сно­ва ста­рый Са­лави соб­рал весь свой род.

— Ва­ши раз­до­ры при­нес­ли нам нес­частье, — ска­зал он. — Мы дол­жны уй­ти от­сю­да. Иди­те раз­ны­ми пу­тями, в раз­ные сто­роны. Сам я слиш­ком слаб, что­бы вес­ти вас. Но выс­лу­шай­те мою пос­леднюю во­лю. Воз­вра­щай­тесь ров­но че­рез че­тыре го­да, воз­вра­щай­тесь и ищи­те мои сле­ды — у ручь­ев, в до­мах и свя­тили­щах. Ес­ли в ссо­рах ва­ших бы­ла и моя ви­на, вы не най­де­те ни ме­ня, ни мо­их ос­танков, ни па­мяти обо мне. Ес­ли же сер­дце мое бы­ло чис­тым, вы най­де­те знак, ко­торый под­ска­жет вам, как жить даль­ше.

Лю­ди по­кину­ли свои жи­лища и ра­зош­лись в раз­ные сто­роны, а че­рез наз­на­чен­ное вре­мя вер­ну­лись. И что же? У вхо­да в се­ление сно­ва бе­жал пе­ресох­ший че­тыре го­да на­зад ру­чей, а ря­дом сто­яла елоч­ка — ей то­же ис­полни­лось ров­но че­тыре го­да. Это Са­лави ос­та­вил сво­ему ро­ду знак, ибо сер­дце его бы­ло чис­тым, а дух ве­ликим. В свой смер­тный час спус­тился он к ручью и при­нял об­лик ели. С тех пор в ро­ду Бар­су­ка прек­ра­тились раз­до­ры: лю­ди по­няли, что им не про­жить без под­дер­жки друг дру­га.

Так странс­тво­вали по зем­ле лю­ди. В этих дол­гих странс­тви­ях од­ни пле­мена за­были на­каз Тай­овы, дру­гие ос­та­нови­лись, не со­вер­шив всех че­тырех странс­твий, и по­теря­ли бы­лую си­лу и му­жес­тво. Но те, кто упор­но шел впе­ред, по­няли на­конец ве­ликое зна­чение этих странс­твий: очи­щение че­лове­ка от низ­ких по­мыс­лов.