Сватовство шакала

Жил не­ког­да на све­те ткач. Род его был бо­гатым, да толь­ко отец про­мотал все до нит­ки. Вмес­то ве­лико­леп­но­го до­ма ютил­ся те­перь ткач в бед­ной ла­чуге — один-оди­неше­нек.

Нев­да­леке бы­ло ло­гово ша­кала. Он пом­нил, как жи­ли пред­ки тка­ча, и жа­лел его.

Вот раз при­шел ша­кал к со­седу и го­ворит:

— Ви­жу, ху­до те­бе жи­вет­ся, и хо­чу те­бе по­мочь. Да­вай-ка я же­ню те­бя на цар­ской до­чери!

— На цар­ской до­чери?! — изу­мил­ся ткач. — Да ско­рее сол­нце взой­дет на за­паде, чем я ста­ну зя­тем ца­ря!

— Ты, я ви­жу, не ве­ришь мне? — оби­дел­ся ша­кал. — Ну, по­дож­ди!

На сле­ду­ющий день ша­кал пус­тился в да­лекий путь к цар­ской сто­лице. По до­роге он за­вер­нул на план­та­цию бе­теля и нар­вал там це­лую охап­ку листь­ев. Доб­равшись до сто­лицы, ша­кал прош­мыгнул ми­мо двор­цо­вой стра­жи и при­лег воз­ле бас­сей­на, где жен­ская по­лови­на цар­ской семьи со­вер­ша­ла ут­ренние и ве­чер­ние омо­вения.

Вско­ре в соп­ро­вож­де­нии под­руг к бас­сей­ну по­дош­ла цар­ская дочь. Уви­дела она ша­кала и уди­вилась.

— Про­гони­те его от­сю­да, — при­каза­ла она слу­жан­кам.

Но ша­кал как ни в чем не бы­вало под­нялся, слад­ко по­тяги­ва­ясь, буд­то толь­ко прос­нулся, и, по­ложив нес­коль­ко листь­ев бе­теля се­бе в рот, стал их же­вать.

Тут ца­рев­на с под­ру­гами уди­вились еще боль­ше.

— Что за стран­ный ша­кал? — за­шеп­та­ли они. — От­ку­да он тут взял­ся? Ви­дан­ное ли это де­ло, что­бы ша­кал же­вал листья бе­теля? Да в на­шей сто­лице ты­сячи лю­дей не мо­гут поз­во­лить се­бе та­кой рос­ко­ши! На­вер­ное, он из ка­кой-то ска­зоч­но бо­гатой стра­ны.

— Ска­жи, ша­кал, от­ку­да ты при­шел? — спро­сила ца­рев­на. — Вид­но, у вас там столь­ко бе­теля, что да­же ша­калы мо­гут его же­вать?

— Лю­без­ная ца­рев­на, — от­ве­чал ей ша­кал, — я при­был из очень бо­гатой стра­ны. Бе­теля у нас столь­ко, сколь­ко тра­вы на ва­ших лу­гах. Все на­ши жи­вот­ные — ко­ровы, ов­цы и да­же со­баки — очень лю­бят же­вать бе­тель.

— Да бу­дет бла­гос­ло­вен­на та стра­на, в ко­торой та­кое изо­билие, — про­мол­ви­ла ца­рев­на, — и триж­ды бла­гос­ло­вен тот царь, ко­торый ею пра­вит.

— О да! — гор­до от­ве­чал ша­кал. — Наш царь са­мый бо­гатый в ми­ре. Его дво­рец все рав­но что оби­тель бо­га Ин­дры. Ваш дво­рец в срав­не­нии с ним жал­кая ла­чуга!

Ца­рев­на нас­ко­ро ис­ку­палась и пос­пе­шила к ма­тери — рас­ска­зать ей о не­обык­но­вен­ном ша­кале, ко­торо­го встре­тила у бас­сей­на. Ца­рица пот­ре­бова­ла при­вес­ти его во дво­рец.

Ша­кал пред­стал пе­ред ца­рицей, жуя бе­тель.

— Мне ска­зали, что ты при­был из ска­зоч­ной стра­ны, — на­чала раз­го­вор ца­рица. — Ска­жи, ваш царь же­нат?

— Нет, ца­рица, не же­нат. К не­му сва­тались мно­гие ца­рев­ны из раз­ных даль­них стран, но он всем от­ка­зывал. Как счас­тли­ва бу­дет та ца­рев­на, ко­торую он возь­мет в же­ны!

— А не ка­жет­ся ли те­бе, ува­жа­емый ша­кал, — мол­ви­ла ца­рица, — что моя дочь прек­расна, как ап­са­ра — не­бес­ная де­ва, и она дос­той­на стать же­ной са­мого прос­лавлен­но­го ца­ря в ми­ре?

— О да, ва­ша дочь са­мая кра­сивая из всех, ко­го мне при­ходи­лось ког­да-ли­бо ви­деть, но я не уве­рен, что она пон­ра­вит­ся на­шему ца­рю.

— Пон­ра­вит­ся ли ему моя дочь?! — рас­серди­лась ца­рица. — Да ты толь­ко рас­ска­жи, ка­кая она, и он тут же по­теря­ет го­лову. Ува­жа­емый ша­кал, я хо­чу вы­дать дочь за­муж. Уже мно­гие ца­реви­чи про­сили ее ру­ки, но я не да­ла сог­ла­сия: ник­то из них не был сы­ном мо­гущес­твен­но­го пра­вите­ля. А твой царь, мне ка­жет­ся, имен­но тот, кто нам ну­жен. И я не бу­ду воз­ра­жать, ес­ли он ста­нет мо­им зя­тем.

Она пос­ла­ла за суп­ру­гом. Царь пос­лу­шал рос­ска­зии ша­кала и не стал про­тивить­ся же­ланию ца­рицы от­дать дочь та­кому за­вид­но­му же­ниху.

Вер­нулся ша­кал до­мой и го­ворит тка­чу:

— Ве­зет те­бе, до­рогой со­сед! Все ула­жено, и ты ско­ро бу­дешь зя­тем од­но­го из ве­ликих ца­рей. Я рас­ска­зал им, что у те­бя то­же боль­шое царс­тво и пыш­ный дво­рец, зна­чит, те­бе на­до те­перь вес­ти се­бя по-ум­но­му. Ты дол­жен слу­шать­ся ме­ня, а не то мы оба по­падем в бе­ду.

Ткач обе­щал слу­шать­ся ша­кала во всем. Хит­рый ша­кал все хо­рошень­ко об­ду­мал. Че­рез нес­коль­ко дней он сно­ва вер­нулся в цар­ский дво­рец и с бе­телем во рту лег у бас­сей­на.

Царь с ца­рицей об­ра­дова­лись ша­калу и ста­ли расс­пра­шивать, как об­сто­ят де­ла.

— Мо­гу вас ус­по­ко­ить, — от­ве­чал ша­кал, — я съ­ез­дил не зря. По­ка все идет как по мас­лу. Зна­ли бы вы, сколь­ко я пот­ра­тил сил, что­бы уго­ворить мо­его ца­ря же­нить­ся на ва­шей до­чери. Сна­чала он и слы­шать об этом не хо­тел, но по­том дал сог­ла­сие. Те­перь на­до выб­рать под­хо­дящий день для брач­ной це­ремо­нии. Я ваш друг, и мне хо­чет­ся дать вам один со­вет. Ес­ли мой царь при­будет к вам, как по­ложе­но, со всей сво­ей ог­ромной сви­той, слу­гами, ло­шадь­ми и сло­нами, вы не су­ме­ете раз­местить всех не толь­ко во двор­це, но и в це­лом го­роде. Бу­дет луч­ше, ес­ли он при­едет сю­да с не­боль­шой сви­той. А вы пош­ле­те ему навс­тре­чу сво­их сло­нов и ло­шадей. Вам же мень­ше хло­пот бу­дет.

— Спа­сибо те­бе, ша­кал, за муд­рый со­вет, — ска­зал царь. — Я и в са­мом де­ле не смо­гу при­нять у се­бя в сто­лице столь мно­гочис­ленную сви­ту тво­его ца­ря. Ска­жи ему, пусть при­ез­жа­ет без сви­ты. А то я ра­зорюсь вко­нец!

— Ну что ж, — важ­но за­метил ша­кал, — я пос­та­ра­юсь его уго­ворить.

Цар­ские ас­тро­логи выс­чи­тали день, бла­гоп­ри­ят­ный для свадь­бы, и ша­кал от­пра­вил­ся вос­во­яси. Вер­нувшись до­мой, он за­нял­ся при­готов­ле­ни­ями к свадь­бе. Пер­во-на­пер­во он ве­лел тка­чу сбро­сить с се­бя гряз­ные лох­мотья, пой­ти к де­ревен­ским прач­кам и взять у них на вре­мя под­хо­дящий на­ряд. А сам от­пра­вил­ся к вож­дю сво­его ша­каль­его пле­мени и поп­ро­сил пос­лать с ним, ког­да пот­ре­бу­ет­ся, ты­сячу ша­калов. За­тем по­сетил вла­дыку во­рон и уго­ворил дать ему в про­вожа­тые ты­сячу его чер­ных под­данных. О том же он умо­лял и вла­дыку во­робь­ев.

И вот нас­тал день свадь­бы. Ткач на­рядил­ся в одеж­ду, взя­тую нап­ро­кат. Ша­кал по­явил­ся в соп­ро­вож­де­нии це­лой стаи ша­калов, во­рон и во­робь­ев. Сва­деб­ная про­цес­сия дви­нулась в путь и к ве­черу при­была на ок­ра­ину цар­ской сто­лицы. И тут по ко­ман­де ша­кала все учас­тни­ки про­цес­сии по­дали свой го­лос: за­выла ты­сяча ша­калов, за­кар­ка­ла ты­сяча во­рон и про­тив­но за­пища­ла ты­сяча во­робь­ев. Ник­то та­кого ни­ког­да не слы­хивал.

А ша­кал тем вре­менем нап­ра­вил­ся во дво­рец и спро­сил ца­ря, смо­жет ли он раз­местить у се­бя при­быв­ших гос­тей, ко­торые ожи­да­ют на ок­ра­ине сто­лицы.

Царь, ус­лы­шав страш­ный шум, не на шут­ку пе­репу­гал­ся:

— Нет, нет, дос­точти­мый ша­кал. Ви­димо, при­было не ме­нее ста ты­сяч гос­тей. Мне нег­де их раз­местить. Сде­лай так, что­бы же­них при­шел один!

— Ну что ж, поп­ро­бую, — сог­ла­сил­ся ша­кал. — Го­ворил же я вам, что вы не смо­жете при­нять всю сви­ту мо­его го­суда­ря. Так и быть. Пой­ду ска­жу ему, пусть сни­мет с cебя цар­ские одеж­ды и идет сю­да, как са­мый что ни на есть прос­той че­ловек. Дай­те мне ло­шадь и слу­гу.

Поб­ла­года­рил он ша­калов, во­рон и во­робь­ев за их ус­лу­гу и от­пустил. По­том уса­дил тка­ча на ло­шадь и от­пра­вил­ся с ним во дво­рец.

Прид­ворные уди­вились, что же­них при­был один, без вся­кой тор­жес­твен­ности. Но ша­кал уве­рил всех, что его го­сударь на­роч­но на­дел та­кой скром­ный на­ряд и при­ехал сов­сем зап­росто, по­тому что об этом про­сил его бу­дущий тесть.

Брах­ма­ны на­чали сва­деб­ную це­ремо­нию, и вско­ре брач­ный узел был за­вязай на­веч­но. По со­вету ша­кала ткач ста­рал­ся не от­кры­вать рта, что­бы не вы­дать сво­его про­ис­хожде­ния. Но ночью, улег­шись в пос­тель с мо­лодой же­ной, он взгля­нул на по­толоч­ные бал­ки и гром­ко ска­зал:

— Эта бал­ка хо­роша для ста­нины, та — пой­дет на на­вой, а из той, что ря­дом, вый­дет доб­рый чел­нок.

«Кто это со мной ле­жит, царь или ткач? — уди­вилась ца­рев­на. — На­вер­ное, нас об­ма­нули, ина­че по­чему бы ему за­водить раз­го­вор о ста­нине, на­вое и чел­но­ке? Не­уже­ли судь­ба уго­тови­ла мне та­кую до­лю?»

Ут­ром ца­рев­на рас­ска­зала обо всем ма­тери. Царь с ца­рицей поз­ва­ли ша­кала и ста­ли до­пыты­вать­ся, в чем де­ло.

Хит­рый ша­кал тут же на­шел­ся:

— Вы не дол­жны удив­лять­ся та­ким ре­чам ва­шего зя­тя, го­сударь. Вок­руг его двор­ца жи­вет бо­лее се­мисот се­мей­ств луч­ших в ми­ре тка­чей. Он бес­плат­но дал им зем­лю и пос­то­ян­но о них за­ботит­ся. Вид­но, они прис­ни­лись ему во сне.

А сам по­думал: «На­до ско­рее уно­сить от­сю­да но­ги, по­ка не поз­дно».

По­шел он к ца­рю и го­ворит:

— Го­сударь, важ­ные го­сударс­твен­ные де­ла и за­боты не поз­во­ля­ют нам ос­та­вать­ся здесь доль­ше. Мы се­год­ня же едем до­мой. Мой гос­по­дин пой­дет пеш­ком, как са­мый прос­той че­ловек, а ца­рев­ну на­до нес­ти в па­лан­ки­не.

Царь с ца­рицей по­коле­бались, но от­пусти­ли мо­лодых. У око­лицы де­рев­ни, где жил ткач, про­цес­сия ос­та­нови­лась, но­силь­щи­ков с па­лан­ки­ном от­пра­вили до­мой, и ца­рев­не приш­лось ид­ти даль­ше пеш­ком. Ша­кал при­вел ее к хи­жине тка­ча.

— А вот, су­дары­ня, и дво­рец ва­шего му­жа, — ска­зал он.

— О Прад­жа­пати, бог но­воб­рачных, за что ты наг­ра­дил ме­ня та­ким му­жем? — зап­ри­чита­ла ца­рев­на, уда­ряя се­бя ла­донью по лбу. — Луч­ше бы мне уме­реть.

Но бы­ло уже поз­дно, и ца­рев­на сми­рилась со сво­ей судь­бой. Она зна­ла сек­рет, как сде­лать сво­его му­жа бо­гатым. Поп­ро­сила она ку­пить ей нем­но­го му­ки, за­меси­ла ее на во­де и на­маза­лась тес­том. Ког­да тес­то вы­сох­ло, она ста­ла его от­ко­выри­вать, и кус­ки его, па­дая на пол, прев­ра­щались в зо­лотые мо­неты. Она про­дела­ла это нес­коль­ко раз, и у них ста­ло столь­ко зо­лота, сколь­ко не наб­ра­лось бы в сун­ду­ках ни у од­но­го ца­ря.

На­няла ца­рев­на ис­кусных мас­те­ров, и они выс­тро­или чу­дес­ный дво­рец. Вок­руг не­го ца­рев­на по­сели­ла семь­сот се­мей­ств тка­чей и приг­ла­сила в гос­ти от­ца с ма­терью.

Царь прис­лал свое сог­ла­сие. На­чались при­готов­ле­ния к его при­ез­ду: в го­роде пос­тро­или ле­чеб­ни­цы для увеч­ных жи­вот­ных, соб­ра­ли всю ско­тину и по­ложи­ли пе­ред ней це­лые го­ры бе­теля. Путь ца­рю ус­тла­ли каш­мир­ски­ми ша­лями.

Царь с ца­рицей при­были в соп­ро­вож­де­нии пыш­ной сви­ты и очень об­ра­дова­лись, ког­да уви­дели, что их зять так бо­гат.

— Ну что, раз­ве неп­равду я го­ворил? — гор­до спро­сил ша­кал.