И вашим, и нашим

Один фер­мер на­ведал­ся в ад­во­кат­скую кон­то­ру, за со­ветом.

— Ва­ша честь, — ска­зал он ад­во­кату, — я при­шел к вам по де­лу, ко­торое ме­ня силь­но тре­вожит.

— Что ж, из­ло­жите все по по­ряд­ку, — пред­ло­жил ад­во­кат.

— Пред­по­ложим, у ко­го-то на учас­тке про­тека­ет реч­ка, — на­чал ис­тец. — А его со­сед, тот, что жи­вет ни­же по те­чению, пе­рек­ры­ва­ет реч­ку пло­тиной, и во­да за­лива­ет учас­ток пер­во­го фер­ме­ра. Что в та­ких слу­ча­ях мож­но сде­лать?

— Прес­ле­довать его по су­ду, и ду­мать тут не­чего. В суд его! — вос­клик­нул ад­во­кат, при­ходя, как всег­да, в ве­ликое воз­бужде­ние от оби­ды за сво­его кли­ен­та. — Мы пот­ре­бу­ем воз­ме­щения по­несен­ных убыт­ков, и суд зас­та­вит его зап­ла­тить все спол­на. По­ручи­те это де­ло мне, а я уж су­мею вы­тянуть из не­го де­неж­ки!

— Стой­те, стой­те! — ис­пу­гал­ся жа­лоб­щик, при­шед­ший за со­ветом к ад­во­кату. — Ведь это я пос­тро­ил пло­тину. Реч­ка-то за­лива­ет учас­ток со­седа Джон­са, это он гро­зит­ся по­дать на ме­ня в суд.

Ад­во­кат за­мер лишь на миг и поп­лыл даль­ше сво­им кур­сом: че­ловек он был гиб­кий.

— Так, так, сэр, ста­ло быть, вы пос­тро­или че­рез реч­ку пло­тину. А что это за пло­тина?

— Ну, зна­ете, пло­тина для мель­ни­цы.

— Так, так, зна­чит, пло­тину под мель­ни­цу, что­бы мо­лоть зер­но, вер­но?

— Имен­но так, ва­ша честь.

— И ва­шим со­седям при­годи­лась ва­ша мель­ни­ца, так ведь?

— Да, сэр, имен­но так.

— Они при­носят вам на по­мол зер­но?

— Да, сэр, все при­носят, кро­ме со­седа Джон­са.

— Ста­ло быть, ва­ша пло­тина слу­жит на поль­зу лю­дям, так ведь?

— Ко­неч­но, ина­че раз­ве я стал бы ее стро­ить! И я вло­жил в нее боль­шие средс­тва. Ни у ко­го в ок­ру­ге нет та­кой мель­ни­цы!

— Итак, сэр, — сде­лал зак­лю­чение опыт­ный ад­во­кат, — на ва­шу мель­ни­цу ве­зут мо­лоть зер­но со все­го графс­тва, а со­сед Джонс хо­чет по­дать на вас в суд толь­ко за то, что в его ру­чей­ке из-за ва­шей пло­тины при­бави­лось во­ды, так ведь? Что ж, пус­кай по­даст. Пусть толь­ко поп­ро­бу­ет, и он прок­ля­нет день, ког­да это сде­лал, даю вам чес­тное, бла­город­ное сло­во…