О том, как полковник Уокер преподал судье урок вежливости

Слу­чилось это дав­но, но рас­ска­зыва­ют эту ис­то­рию и по сей день.

Жил в шта­те Ар­канзас в мес­течке под стран­ным наз­ва­ни­ем Гар­ни­зон один слав­ный че­ловек. Зва­ли его — пол­ковник У­окер. Рос­та он был не­высо­кого, но за­то от­ли­чал­ся вы­соки­ми иде­ями нас­чет то­го, как се­бя вес­ти, как хра­нить свое дос­то­инс­тво, и вся­кое та­кое про­чее. Прав­да, не все со­седи сог­ла­шались с ним в этом, а по­тому и го­вори­ли, что он чу­дак. Так всег­да го­ворят про тех, чьи идеи вам чуж­ды.

Он ут­вер­ждал, что все на све­те прек­расно, кро­ме жен­щин, ко­торые свис­тят, ку­риц, ко­торые ку­каре­ка­ют, ка­мин­ных ре­шеток, ко­торые скри­пят, и скри­пачей, ко­торые фаль­ши­вят.

Слиш­ком при­веред­лив был этот пол­ковник У­окер, и Бог за это на­казал его. Его род­ная доч­ка, кра­сот­ка Джейн, сбе­жала из до­ма со скри­пачом, ко­торый без­божно фаль­ши­вил.

Ког­да ад­ми­нис­тра­ция шта­та пе­ре­еха­ла в Литл-Рок, пол­ковник У­окер ку­пил се­бе в его ок­рес­тнос­тях фер­му.

В те вре­мена не так уж на­селе­ны бы­ли эти мес­та. Бли­жай­ший со­сед У­оке­ра жил в двух ми­лях от не­го. Зва­ли его — судья Ро­вер.

Од­нажды судья Ро­вер при­шел к пол­ковни­ку У­оке­ру.

— Пос­лу­шай­те, У­окер, — ска­зал судья Ро­вер, — мне нуж­но яр­мо, что­бы зап­рячь во­ла и вспа­хать зем­лю. Мое сло­малось по­полам. Не одол­жи­ли бы вы свое на вре­мя?

— Бе­рите, по­жалуй­ста, судья. Поль­зуй­тесь им, сколь­ко пот­ре­бу­ет­ся.

Ро­вер взял яр­мо, поль­зо­вал­ся им, сколь­ко бы­ло на­до, а по­том «за­был» его вер­нуть.

У­окер ждал, ждал… Яр­мо ему са­мому бы­ло нуж­но, и он пос­лал че­лове­ка с вес­точкой к Ро­веру. Ро­вер в тот день был в пло­хом нас­тро­ении и ряв­кнул:

— Ес­ли оно ему так сроч­но нуж­но, пусть сам при­дет и возь­мет!

Ус­лы­шав от­вет судьи, У­окер чуть не за­дох­нулся от воз­му­щения. И, прих­ва­тив хо­рошо сма­зан­ное ружье, от­пра­вил­ся к до­му судьи Ро­вера, хо­тя день был жар­кий и ид­ти на­до бы­ло две ми­ли. Но мень­ше все­го он ду­мал о сол­нце.

Судью Ро­вера он на­шел на зад­нем дво­ре, тот ос­матри­вал мо­лодо­го быч­ка.

— Дэ­вид Ро­вер, — ска­зал пол­ковник У­окер, нас­та­вив ружье на судью, — бе­рите-ка яр­мо, ко­торое вы у ме­ня ког­да-то одол­жи­ли, и не­мед­ленно от­не­сите его ко мне до­мой или вы об­ра­титесь во прах!

Ро­вер гля­нул на ду­ло ружья и ска­зал:

— Ми­лень­кое об­ра­щение с со­седя­ми! Я что, по-ва­шему, об­во­ровал цер­ковный ал­тарь? Лад­но, я приш­лю ва­ше по­ганое яр­мо с мо­им че­лове­ком!

— Ни с кем вы его не приш­ле­те! Вас сле­ду­ет учить доб­ро­сосед­ским от­но­шени­ям и прос­той веж­ли­вос­ти. Сни­май­те-ка с гвоз­дя яр­мо и не­сите ко мне до­мой, не то…

Ро­вер пе­ревел взгляд с У­оке­ра на ружье, на­целен­ное ему в грудь, и при­кусил язык. Он снял со сте­ны тя­желое яр­мо, на­дел на се­бя и от­пра­вил­ся в путь. Две ми­ли по сол­нце­пеку. А У­окер шел за ним по пя­там с ружь­ем на пле­че.

Ро­вер еле пе­ред­ви­гал но­ги. Яр­мо с каж­дым ша­гом де­лалось все тя­желей. Он триж­ды хо­тел ос­та­новить­ся и сбро­сить его на зем­лю, но каж­дый раз пол­ковник У­окер прис­тавлял ду­ло ружья к его за­тыл­ку и го­ворил:

— Впе­ред!

На­конец они дош­ли до до­ма У­оке­ра. У во­рот Ро­вер сбро­сил яр­мо и прис­ло­нил его к из­го­роди.

— Вы взя­ли его не у во­рот, — за­метил У­окер стро­го, — а в са­рае. От­не­сите его ту­да, где взя­ли. — Тон его не тер­пел воз­ра­жений.

Ро­вер под­нял яр­мо и от­нес в са­рай.

Ког­да он по­весил яр­мо на мес­то, У­окер опус­тил ружье и ска­зал ми­ролю­биво:

— Пой­дем­те на ве­ран­ду, судья Ро­вер. Там луч­ше про­дува­ет, день-то жар­кий. Я поп­ро­шу мою же­ну схо­дить за во­дой и при­гото­вить нам прох­ладный на­питок.

Они се­ли на ве­ран­де, У­окер поз­вал же­ну, и она при­гото­вила им прох­ладный на­питок.

Пол­ковник У­окер по­гово­рил с судь­ей о том, о сем, о фер­ме, де­лах, а по­том до­бавил:

— Ро­вер, вы в лю­бое вре­мя мо­жете брать мое яр­мо для во­ла, толь­ко, чур, уго­вор: ког­да за­кон­чи­те па­хать, вер­ни­те его на мес­то, что­бы мне не при­ходи­лось про­сить об этом. Вот это бу­дет по-доб­ро­сосед­ски.

И они рас­ста­лись друзь­ями.