Про судью, любившего бейсбол

Не бы­ло во всем Ар­канза­се судьи, бо­лее из­вес­тно­го, чем Ай­зек С. Пар­кер. Он за­седал в Форт-Сми­те и прос­ла­вил­ся тем, что из­ба­вил этот го­род и весь штат от от­ча­ян­ных раз­бой­ни­ков, вы­ходив­ших на боль­шую до­рогу в чер­ных по­вяз­ках и с ору­жи­ем в ру­ках и на­водив­ших страх на чес­тных лю­дей. В те да­лекие вре­мена в Ар­канза­се во­дилось ви­димо-не­види­мо ко­нок­ра­дов, угон­щи­ков ско­та, гра­бите­лей и да­же убийц. А судья Пар­кер вы­вел их, выр­вал с кор­нем, очис­тив эту зем­лю, слов­но ко­сой по лу­гу про­шел.

Двад­цать во­семь ты­сяч прес­тупни­ков и об­ви­ня­емых пред­ста­ли пе­ред его су­дом, и всех су­дил он по спра­вед­ли­вос­ти. Но судья Пар­кер лю­бил не од­ни толь­ко за­коны да су­деб­ные за­седа­ния. Боль­ше все­го на све­те он лю­бил бей­сбол. И сре­ди мно­гих-мно­гих ис­то­рий про зна­мени­того судью Пар­ке­ра од­на из са­мых из­вес­тных как раз про бей­сбол.

Судья Пар­кер го­тов был объ­явить пе­рерыв в раз­гар са­мого серь­ез­но­го за­седа­ния су­да, толь­ко б не про­пус­тить хо­рошую иг­ру, объ­яв­ленную где-ни­будь поб­ли­зос­ти. На­до ска­зать, что в те да­лекие вре­мена, да, собс­твен­но, и в на­ши дни, каж­дый го­род имел свою ко­ман­ду, и меж­ду ни­ми шла пос­то­ян­ная борь­ба, кто возь­мет верх.

Од­нажды бы­ла наз­на­чена ре­ша­ющая встре­ча меж­ду ко­ман­да­ми Форт-Сми­та и со­сед­не­го Ван-Бь­юр­на. Ко­ман­ды эти бы­ли ве­дущи­ми весь лет­ний се­зон, и те­перь пред­сто­яло ре­шить, кто же из них по­беди­тель.

Судья Пар­кер си­дел с друзь­ями и об­суждал по­лити­ку, ког­да к ним по­дош­ли трое. Это бы­ли чле­ны ко­ман­ды Форт-Сми­та.

— Судья, — об­ра­тил­ся к Пар­ке­ру один из них, — нам пред­сто­ит ре­ша­ющая встре­ча с ко­ман­дой Ван-Бь­юр­на, а наш пер­вый иг­рок, ин­де­ец Вер­ная Ру­ка, по­пал в тюрь­му. Он у нас луч­ший на по­даче, и без не­го мы про­иг­ра­ем. А ес­ли он бу­дет иг­рать, по­беда за на­ми.

Судья вни­матель­но слу­шал мо­лодых лю­дей.

— Не мог­ли бы вы от­пустить его на тре­ниров­ки и на встре­чу? — поп­ро­сили они.

Судья по­мол­чал. Он ни­ког­да не го­ворил, по­ка еще не ре­шил, что ска­зать. Но, по­думав, он от­ве­тил:

— Пос­мотрим. Схо­дите-ка по­ка за мя­чом, пер­чаткой и лап­той. При­неси­те их в тю­рем­ный двор. Мы бу­дем ждать вас там.

И судья вмес­те с друзь­ями от­пра­вил­ся в тюрь­му. Гос­ти ус­тро­ились во дво­ре, и судья, выз­вав к се­бе страж­ни­ка, ве­лел при­вес­ти ин­дей­ца. К то­му вре­мени по­дос­пе­ли и три бей­сбо­лис­та с мя­чом, пер­чаткой и лап­той. Ин­дей­ца вы­вели во двор.

— Сде­ла­ешь нес­коль­ко по­дач, — ска­зал ему судья. — Я ви­дел, как ты иг­ра­ешь. По­да­ешь ты неп­ло­хо, но я хо­чу лиш­ний раз убе­дить­ся.

Ин­де­ец Вер­ная Ру­ка бро­сал мяч за мя­чом иг­ро­ку в пер­чатке, а вто­рой от­би­вал их, раз­махнув­шись лап­той, так что толь­ко свист сто­ял.

— Го­дит­ся, — мол­вил судья. — А те­перь, Вер­ная Ру­ка, слу­шай вни­матель­но. Я те­бе раз­ре­шаю при­нять учас­тие в иг­ре. Но уч­ти, я бу­ду сто­ять ря­дом с пис­то­летом на­гото­ве. Толь­ко поп­ро­буй бе­жать, да­леко не убе­жишь. И ес­ли ты пос­ме­ешь пло­хо бро­сать и мы про­иг­ра­ем, си­деть те­бе в тюрь­ме до скон­ча­ния ве­ка. Так что пом­ни об этом и вык­ла­дывай­ся, как су­ме­ешь. Ес­ли ж ты вы­иг­ра­ешь… Впро­чем, об этом мы по­гово­рим, ког­да пробь­ет час.

Ин­де­ец выс­лу­шал и не ска­зал ни сло­ва. По­том ушел со все­ми на тре­ниров­ку. Страж­ник сле­дом за ним.

На дру­гой день — день сос­тя­зания — Вер­ная Ру­ка явил­ся вмес­те с ко­ман­дой Форт-Сми­та на бей­сболь­ное по­ле. Зри­телей соб­ра­лось ви­димо-не­види­мо. Судья си­дел в пер­вом ря­ду.

Иг­ра бы­ла пер­воклас­сная, и бо­лель­щи­ки шу­мели боль­ше, чем ин­дей­цы, вы­шед­шие на тро­пу вой­ны.

Вер­ная Ру­ка бро­сал мяч, раз за ра­зом все луч­ше. В жиз­ни он так не иг­рал. Ван-бь­юр­нцы про­иг­ра­ли всу­хую, и ко­ман­да Форт-Сми­та вы­иг­ра­ла матч. Она ока­залась не­побе­димой! А все из-за Вер­ной Ру­ки. Все его го­рячо поз­драв­ля­ли. Зри­тели так ора­ли и ре­вели от вос­торга, что бы­ло слыш­но в со­сед­нем шта­те Ок­ла­хома.

На дру­гое ут­ро судья за­седал в су­де. Пе­ред ним сто­ял ин­де­ец Вер­ная Ру­ка. Де­ло его бы­ло пус­тяшное: он вел зап­ретную тор­говлю це­леб­ны­ми тра­вами. Судья его вни­матель­но выс­лу­шал. В это ут­ро он был нас­тро­ен ми­лос­ти­во, и спра­вед­ли­вость вос­торжес­тво­вала.

Пар­кер про­вел длин­ную бе­седу с Вер­ной Ру­кой, он пос­та­рал­ся объ­яс­нить ему, что все кош­ки сме­лы, по­ка со­бачь­его лая не слыш­но. А у за­кона го­лос гром­кий, очень гром­кий, и ни­кому, кто на­рушил его, еще не уда­лось дол­го пря­тать­ся в кус­тах. Но ес­ли он, Вер­ная Ру­ка, бу­дет во­дить ком­па­нию с чес­тны­ми людь­ми, ему ни­ког­да и не при­дет­ся пря­тать­ся.

Под ко­нец судья до­бавил, что на этот раз он от­пуска­ет его на все че­тыре сто­роны и же­ла­ет по­боль­ше та­ких ли­хих брос­ков, как в пос­леднем мат­че.