Охотник и великаны (Эскимосская сказка)

Ра­зоз­ли­лась по­года на бай­да­ры и унес­ла их. Выб­ро­сила где-то в юж­ной сто­роне на бе­рег. Пош­ли бай­дар­ные охот­ни­ки в тем­но­те вдоль бе­рега. За­хоте­лось им пить, под­ня­лись на­верх во­ду ис­кать. На­щупа­ли в тем­но­те волчью яго­ду. По­ложи­ли в ме­шок из мор­жо­вого пу­зыря. Эта яго­да им вмес­то питья слу­жила. Идут они даль­ше по су­ше. Ощупью про­бира­ют­ся. Кон­чи­лись яго­ды, сно­ва во­ду ста­ли ис­кать. Ис­ка­ли, ис­ка­ли и брус­ни­ку наш­ли. По­ложи­ли ее в ме­шок вмес­то питья. Вдруг не­пода­леку в сто­роне свет, по­хожий на звез­ду, уви­дали. Съ­ели брус­ни­ку, сно­ва ста­ли питье ис­кать. Яго­ду го­луби­ку наш­ли. По­ложи­ли опять в ме­шок, даль­ше пош­ли. Мер­ца­ющий свет рас­ти стал. Пош­ли они на этот свет. Опять яго­ды кон­чи­лись, опять пош­ли питье ис­кать. На этот раз яго­ду шик­шу наш­ли. Свет впе­реди все силь­нее и силь­нее ста­новит­ся. По­дош­ли они к свет­ло­му пят­ну, а это ле­дяной при­пай. Под­нялся стре­лок, под­са­дили его. И го­ворит:

— Эх, по­года за­меча­тель­ная!

И по­шел впе­ред. Лю­ди, ко­торые с ним бы­ли, то­же под­ня­лись все. Один толь­ко ос­тался. Хо­тя и один был, тол­кнул бай­да­ру на при­пай, вта­щил ту­да, сде­лал ма­лень­кой. Усел­ся, от­ча­лил. Не­боль­шую ска­лу объ­ехал. Вдруг на­вер­ху ве­лика­на уви­дал. Зо­вет его ве­ликан, про­сит, что­бы он ску­ку его раз­ве­ял. Охот­ник хо­тел бы­ло уп­лыть, а ве­ликан про­тянул вниз под ска­лу ру­ку, взял бай­да­ру с охот­ни­ком и по­ложил ря­дом с со­бой на су­шу.

— Да­вай иг­рать в прят­ки! — го­ворит охот­ни­ку.

— Да­вай, — от­ве­ча­ет му­жичок. — Толь­ко ты пер­вый заж­мурь­ся!

Спря­тал­ся му­жичок. В пет­лю тор­ба­зов ве­лика­на за­лез. Стал ве­ликан ис­кать его. Ниг­де не мо­жет най­ти. Вот и го­ворит:

— Ах не­год­ный, боль­шое мя­со я упус­тил! По­чему сра­зу не съ­ел его!

А из тор­базной пет­ли сме­шок:

— Ха-кхе!

Вско­чил ве­ликан, стал му­жич­ка ис­кать. А тут му­жичок и сам вы­лез.

Го­ворит ему ве­ликан:

— А, так вот ты где! Да­вай те­перь ша­манить, жи­воты друг дру­гу ре­зать.

— Да­вай, — го­ворит му­жичок, — толь­ко по­дож­ди, по­ка я из бай­да­ры свой нож при­несу.

При­шел он к бай­да­ре, ви­дит: на бе­регу мо­лодая нер­па, мо­рем выб­ро­шен­ная. Ос­ве­жевал он ее, внут­реннос­ти це­ликом вы­тащил. На­дел дож­де­вик («Дождевик — у эскимосов и приморских чукчей плащ из пленки кишок морских зверей. одевался для предохранения меховой одежды от дождя и сырости.») пря­мо на те­ло, нер­пичьи внут­реннос­ти за па­зуху по­ложил, к аму­лет­ным рем­ням при­вязал. Под­по­ясал­ся рем­нем и по­шел.

— Ну, — го­ворит ве­ликан, — ло­жись, му­жичок, вверх ли­цом!

— Лад­но, — от­ве­ча­ет му­жичок. — Толь­ко ты ос­то­рож­нее режь, жи­вот у ме­ня боль­но тон­кий!

Раз­ре­зал ве­ликан че­лове­ка, внут­реннос­ти съ­ел. До сер­дца доб­рался. Му­жичок и го­ворит ему:

— Ты хоть сер­дце-то не ешь!

А ве­ликан и сер­дце съ­ел. А как ве­ликан по­кон­чил с едой, му­жичок и встал.

— Ой, ка­кой ты жи­вучий! — ска­зал му­жич­ку ве­ликан и сам лег вверх жи­вотом. Лег и го­ворит те же сло­ва:

— Ос­то­рож­нее режь. Жи­вот у ме­ня очень тон­кий!

Му­жичок на его жи­вот сел да и прот­кнул но­жом как бы не­ча­ян­но. И убил его. По­том сел в бай­да­ру и от­ча­лил.

Плы­вет даль­ше, опять ви­дит ве­лика­на. Опять ок­ликнул его ве­ликан, но му­жичок даль­ше поп­лыл. Кри­чит тог­да ве­ликан с бе­рега:

— Я те­бе ни­чего пло­хого не сде­лаю!

При­чалил му­жичок. Ве­ликан и го­ворит:

— Как ты ми­мо то­го боль­шо­го че­лове­ка проп­лыл?

От­ве­ча­ет му­жичок:

— Да так и проп­лыл!

— Ведь ми­мо не­го да­же пти­ца не про­летит!

— Ес­ли он чу­жой те­бе, знай — я убил его!

Тог­да ве­ликан ска­зал ему:

— Ну, те­перь ми­мо нас то­же пти­цы про­летать бу­дут! Ви­жу я, го­лод­ный ты. Пой­ду-ка я на охо­ту.

И по­шел в глу­бину мо­ря пеш­ком. Че­рез не­кото­рое вре­мя воз­вра­ща­ет­ся: ки­та мо­лодо­го убил. По­ложил на бе­рег. От­ре­зал се­бе му­жичок но­жом ку­сок с жи­ром и по­ел. А ве­ликан ки­та, как мел­кую ры­беш­ку, це­ликом в рот по­ложил да и прог­ло­тил. Толь­ко кость вып­лю­нул. Кон­чив есть, ска­зал му­жич­ку:

— Да­вай я те­бе зем­лянку пос­трою! Как вы там у се­бя зем­лянки-то стро­ите?

— Ос­тов из ки­товых кос­тей де­ла­ем.

По­шел ве­ликан в мо­ре, при­нес ки­товые кос­ти. Сде­лал из этих кос­тей ос­тов для зем­лянки. И опять спра­шива­ет:

— Чем вы пок­ры­ва­ете их?

— Дер­ном, — от­ве­ча­ет му­жичок.

Пок­рыл зем­лянку дер­ном и ос­тался тут жить. Го­ворит ему ве­ликан:

— Опять на охо­ту пой­ду. Пос­та­ра­юсь по­луч­ше охо­тить­ся.

По­шел и ско­ро с дву­мя ки­тами вер­нулся. Му­жичок опять се­бе один ку­сок от­ре­зал, а ве­ликан съ­ел обо­их ки­тов в один при­сест. Нас­ту­пила зи­ма, го­ворит ве­ликан му­жич­ку:

— Я на зи­му спать за­лягу. Бо­юсь, вши ме­ня есть бу­дут. Так ты уж по­бей этих вшей. Я в дол­гу не ос­та­нусь.

Опять на охо­ту от­пра­вил­ся. Че­тырех ки­тов убил, су­нул им паль­цы в ноз­дри, так на паль­цах и при­нес. От­ре­зал му­жичок на зи­му се­бе нес­коль­ко кус­ков ки­тово­го мя­са. Ос­таль­ное ве­ликан съ­ел. За­тем лег в боль­шую яму и го­ворит:

— Что­бы вши не ели ме­ня, об­ло­жи ме­ня все­го мя­сом. И еще яму от боль­шо­го де­рева, сва­лен­но­го вет­ром, ту, что ве­личи­ной с озе­ро, на­пол­ни до кра­ев сне­гом. Там даль­ше мой стар­ший брат жи­вет. Так ты в ап­ре­ле раз­бу­ди ме­ня, а то он рань­ше ме­ня вста­нет, ни­чего мне не ос­та­вит.

Ска­зал эти сло­ва ве­ликан и ус­нул, пок­ры­тый мя­сом. А му­жичок один стал жить. Це­лую зи­му жил, ук­ры­вая спя­щего ве­лика­на мя­сом. А вша­ми, ко­торые ве­лика­на ели, бы­ли, ока­зыва­ет­ся, ли­сы, пес­цы и дру­гой пуш­ной зверь.

Це­лую зи­му му­жичок жил тут. Уви­дит му­жичок зве­ря с хо­рошей шерстью и убь­ет его. А как ап­рель при­шел, раз­бу­дил он ве­лика­на. Прос­нулся ве­ликан, съ­ел свое мяс­ное оде­яло, при­паса­ми му­жич­ка еще под­кре­пил­ся. Кон­чил есть, во­дой из ямы за­пил. И опять в мо­ре охо­тить­ся от­пра­вил­ся. Вер­нулся, сно­ва двух ки­тов при­нес. Съ­ели этих ки­тов. Му­жичок к се­бе до­мой со­бирать­ся стал. Ве­ликан по­ложил его вмес­те с бай­да­рой к се­бе на ла­донь и по­нес. Как вер­ши­ны гор по­каза­лись, хо­тел от­пустить его. А му­жичок и го­ворит:

— Не бой­ся, ник­то те­бя не уви­дит. По­неси еще нем­но­го.

Ско­ро бе­рег по­казал­ся, при­бой уже ста­ло слыш­но. Поп­ро­сил му­жичок ве­лика­на опус­тить бай­да­ру на во­ду. Доп­лыл до бе­рега. Ви­дит, его же­на жир со шку­ры сни­ма­ет. Ок­ликнул ее:

— Же­на, под­тя­ни ме­ня!

— Ай, что-то у ме­ня в ушах зве­нит! — го­ворит же­на. От­ре­зала от жи­ра ма­лень­кий ку­сочек, к уху сво­ему при­ложи­ла и вниз бро­сила. По­катил­ся ку­сок жи­ра к бай­да­ре, пря­мо в ли­цо му­жика по­пал. Ска­зал му­жичок:

— Ой, ка­кая вред­ная!

Из бай­да­ры вы­шел, вверх по бе­регу по­шел. Жен­щи­ну, сни­ма­ющую жир, в зад но­гой пнул. Ког­да пнул, сам к ней в ут­ро­бу по­пал. Пош­ла жен­щи­на до­мой, за­бере­мене­ла, ока­зыва­ет­ся. И вот соб­ра­лась ро­дить. Ро­дила ре­бен­ка, хо­тела это­го ре­бен­ка вы­мыть. А он на но­ги встал, сам мыть­ся соб­рался. Пос­ле это­го свою же­ну взял. Все.