Как опрышек бедняка отблагодарил

На­чина­ет­ся сказ­ка с боль­шо­го бо­гача, у ко­торо­го бы­ло двое сы­новей. Стар­ший пос­лушный был, вел се­бя, как по­ложе­но. За это отец и же­нил его с вы­годой: ка­ким бо­гачом сам был, у та­кого и дочь взял сы­ну в же­ны.
А млад­ший, не­пос­лушный, же­нил­ся по сво­ей во­ле, взял в же­ны де­вуш­ку, ка­кую сам за­хотел. Отец рас­сердил­ся, ли­шил его нас­ледс­тва. Жил этот сын бед­но, но ве­село, ни­ког­да не уны­вал. Еще зи­ма не нас­ту­пила, а у не­го хлеб уже кон­чился, есть не­чего.
— Что же нам де­лать? Не про­дать ли ко­рову на тор­ге?
А же­на от­ве­ча­ет:
— Ни­чего я те­бе не ска­жу, сам ре­шай.
От­пра­вил­ся бед­няк на торг и про­дал ко­рову за ты­сячу се­реб­ря­ных. На ра­дос­тях по­шел на ба­зар ку­пить хле­ба. Ви­дит, по­лиция ве­дет оп­рышка. При­вели его на пло­щадь и со­бира­ют­ся ве­шать.
Но в при­гово­ре су­да бы­ло ска­зано, что оп­ры­шек мо­жет от­ку­пить­ся за ты­сячу се­реб­ря­ных. Пе­рег­ля­дыва­ют­ся лю­ди, од­на­ко ник­то де­нег не дос­та­ет. А тот бед­няк, что ко­рову про­дал, по­лез в тор­бу, вы­нул ты­сячу се­реб­ря­ных и объ­явил, что вы­купа­ет го­лову хлоп­ца. Ког­да от­пусти­ли оп­рышка, тот по­дошел к бед­ня­ку, низ­ко пок­ло­нил­ся:
— От­ку­да ты, че­лове­че, из ка­кого се­ла?
Бед­няк ска­зал, от­ку­да он.
И ра­зош­лись они, каж­дый сво­ей до­рогой. Бед­ный че­ловек креп­ко при­заду­мал­ся, что не­лад­но сде­лал — не на что ку­пить и крош­ки хле­ба де­тям. Идет до­мой. Вхо­дит в ха­ту, а там оп­ры­шек си­дит за сто­лом с его же­ной и деть­ми, тот са­мый оп­ры­шек, ко­торо­го он за ты­сячу се­реб­ря­ных спас от ви­сели­цы.
Уго­ща­ют­ся они, ве­селый раз­го­вор ве­дут. Уви­дал оп­ры­шек хо­зя­ина, спра­шива­ет:
— От­че­го ты так бед­но жи­вешь? Ни­чего у те­бя в до­ме нет:
А бед­няк ему:
— От­то­го я та­кой бед­ный, что ба­тюш­ку не слу­шал, и не ос­та­вил он мне ни­како­го нас­ледс­тва, все от­дал стар­ше­му бра­ту, пос­лушно­му. Вот и вся при­чина. А те­перь ты ска­жи, за­чем раз­бой­ни­ча­ешь? Ведь те­бе в этом де­ле не ве­зет.
Гость от­ве­ча­ет:
— Я не вор, а оп­ры­шек: у бо­гато­го бе­ру, бед­но­му даю. Ска­жи-ка мне, бед­ный че­ловек, где жи­вет твой брат, пой­ду пос­мотрю на не­го.
И по­шел оп­ры­шек к бра­ту бед­ня­ка. Ди­ву да­ет­ся: сколь­ко ни хо­дил по све­ту, а та­кого бо­гача не встре­чал. Дож­дался ве­чера, проб­рался в дом, за­жег све­чу и пус­тил от нее та­кой дух, что все креп­ко ус­ну­ли. Тог­да на­чал ис­кать день­ги. От­крыл шкаф, а там пол­но зо­лота. На­бил чер­вонца­ми бе­саги и от­нес бед­ня­ку, ко­торый его спас от ви­сели­цы. Вста­ет ут­ром бо­гач, ви­дит: в шка­фу не хва­та­ет мно­го де­нег. И за­охал:
— Кто же это на­ше зо­лото взял?
А жи­ла у не­го де­вянос­то­лет­няя мать, и го­ворит она:
— Сы­нок, день­ги ук­рал твой бед­ный брат.
Бо­гач от­ве­ча­ет:
— Это­го не мо­жем ска­зать — мы его здесь не ви­дали.
А мать го­ворит:
— Ни­чего, я его пой­маю. Ты толь­ко со­зови по­боль­ше гос­тей, а мой ста­рый сун­дук от­ве­зи к бед­но­му бра­ту. Я бу­ду си­деть в том сун­ду­ке и слу­шать, что у не­го в до­ме го­ворят. Ес­ли он день­ги ук­рал, то бу­дет ве­селый.
Пос­лу­шал­ся бо­гач. Соз­вал мно­го гос­тей, приг­ла­сил и бед­но­го бра­та. Спра­шива­ет, нет ли у не­го мес­та, чтоб пос­та­вить на вре­мя ста­рый сун­дук, а то ему, мол, стыд­но выс­тавлять его пе­ред гос­тя­ми. Бед­няк сог­ла­сил­ся:
— Ве­зи, в мо­ей ха­те мес­та хва­тит.
Бо­гач спря­тал в сун­дук ста­руху-мать, по­ложил ей ка­лачей, чтоб не го­лода­ла, и от­вез к бед­но­му бра­ту. Но бед­няк не дол­го гу­лял у бра­та — ни­кому он там не был ну­жен, не да­ли ему да­же кус­ка хле­ба. И при­шел он до­мой, а оп­ры­шек спра­шива­ет:
— Что это ты так ско­ро вер­нулся из гос­тей?
— Да не­чего мне там де­лать. Тог­да оп­ры­шек го­ворит:
— Заг­ля­ну-ка я в этот сун­дук.
Вы­нул из кар­ма­на мно­го клю­чей — ка­кой из них по­дой­дет. От­крыл сун­дук и ви­дит: ба­ба спит, рот рас­кры­ла. Взял оп­ры­шек ка­лач, зат­кнул ба­бе рот. Она по­дави­лась и по­мер­ла. Оп­ры­шек зак­рыл сун­дук, под­мор­гнул бед­ня­ку:
— Те­перь мо­жешь го­ворить, что хо­чешь, ник­то не ус­лы­шит.
А бо­гач, ког­да гос­ти ра­зош­лись, при­шел за ста­рым сун­ду­ком. При­вез его до­мой, от­крыл, смот­рит: мать по­мер­ла.
Ни­чего не по­дела­ешь. По­мер­ла ста­руха и ко­нец, свое от­жи­ла.
Бо­гач поз­вал по­па, от­слу­жил па­нихи­ду и по­хоро­нил мать. А оп­ры­шек взял ло­пату, кир­ку, по­шел на клад­би­ще и вы­копал ба­бу. Взва­лил на пле­чи, от­нес к бо­гачу во двор. За­шел в са­рай и за­колол са­мую боль­шую свинью. Ба­бу по­садил на свинью, вло­жил ей в ру­ку нож, а сам вер­нулся к бед­ня­ку. Вста­ли ут­ром слу­жан­ки кор­мить сви­ней и ви­дят: мер­твая ба­ба си­дит на за­резан­ной свинье. Зак­ри­чали не сво­им го­лосом и убе­жали. Зо­вут хо­зя­ина:
— Вста­вай, пан, ма­туш­ка свинью за­коло­ла.
Встал бо­гач и страш­но ис­пу­гал­ся, ког­да уви­дел свою мать на свинье. По­бежал к по­пу за со­ветом, что де­лать. Ис­пу­гал­ся и поп: как это мог­ла ба­ба встать из гро­ба и свинью за­резать?
И ска­зал он, что на­до поз­вать де­сять по­пов и сно­ва по­хоро­нить ба­бу, да так, что­бы уже не вста­ла. Сог­ла­сил­ся бо­гач:
— Пусть бу­дет хоть сколь­ко по­пов, всем зап­ла­чу, толь­ко бы мать не приш­ла опять.
Во вто­рой раз по­хоро­нили ба­бу, уже с де­сятью по­пами. А оп­ры­шек опять рас­ко­пал мо­гилу и при­нес мер­твую ста­руху бо­гато­му в хлев. За­резал ко­сой во­ла, по­садил на не­го ба­бу. Вло­жил ей ко­су в ру­ки, а сам ушел.
Ут­ром слу­ги вста­ли, приш­ли в хлев скот кор­мить. Как уви­дели мер­твую ба­бу, пе­репу­гались так, что не бы­ло зад­не­го! Зо­вут хо­зя­ина:
— Твоя мать опять тут!
Сно­ва по­бежал бо­гач к по­пу за со­ветом. Поп го­ворит:
— От­слу­жи еще од­ну па­нихи­ду с двад­цатью по­пами и от­ве­зем ба­бу на клад­би­ще с боль­ши­ми по­чес­тя­ми.
Так и сде­лали. А оп­ры­шек в тре­тий раз вы­копал мер­твую ста­руху и от­вез ее те­перь уже к по­пу; по­ложил у до­ма, а сам по­шел, ку­пил вод­ки и ду­ма­ет, как бы это на­по­ить слуг по­повых. Вы­лез на кры­шу ко­нюш­ни, прод­рал со­лому и ка­па­ет из бу­тыл­ки на то мес­то, где спа­ли слу­ги. До тех пор ка­пал, по­ка не ус­лы­шали. По­нюха­ли и го­ворят:
— Где-то под кры­шей поп вод­ку спря­тал.
А оп­ры­шек бу­тыл­ки бро­сил и по­тихонь­ку пе­реб­рался в дру­гое мес­то. Слу­ги вы­лез­ли на ко­нюш­ню, наш­ли вод­ку, на­пились и зас­ну­ли. Тог­да оп­ры­шек взял ба­бу, за­нес в ко­нюш­ню, по­садил на ко­ня, ко­торо­го ос­та­вил бо­гач у по­па по­сА оп­ры­шек бу­тыл­ки бро­сил и по­тихонь­ку пе­реб­рался в дру­гое мес­то. Слу­ги вы­лез­ли на ко­нюш­ню, наш­ли вод­ку, на­пились и зас­ну­ли. Тог­да оп­ры­шек взял ба­бу, за­нес в ко­нюш­ню, по­садил на ко­ня, ко­торо­го ос­та­вил бо­гач у по­па пос­ле по­хорон. Креп­ко при­вязал хло­пец мер­твую ста­руху к спи­не ко­ня, вло­жил ей в ру­ку кнут, а сам ушел до­мой.
Ут­ром слу­ги по­повы сле­за­ют с се­нова­ла в ко­нюш­ню. Смот­рят — ба­ба си­дит на ко­не. Нас­мерть пе­репу­гались слу­ги и по­бежа­ли к по­пу. Тот кри­чит:
— Вы­пус­ти­те ко­ня со дво­ра!
От­кры­ва­ет ут­ром бо­гач ок­но, смот­рит — его конь сто­ит под во­рота­ми, а вер­хом на нем си­дит мер­твая ста­руха. Под­нялся в до­ме страш­ный пе­репо­лох. А же­на го­ворит бо­гачу:
— Бе­ги ско­рей за сво­им бед­ным бра­том и по­дели с ним на­ше доб­ро! А не то, твоя мать по­губит всех нас. По­шел бо­гач и ска­зал бед­ня­ку:
— Ре­шил я, брат, от­дать те­бе по­лови­ну от­цов­ско­го доб­ра.
Поз­ва­ли судью, ста­рос­ту и по за­кону раз­де­лили хо­зяй­ство. Тут при­шел оп­ры­шек и го­ворит бо­гачу:
— Слы­хал я, что вы ни­как не мо­жете по­хоро­нить мер­твую ба­бу? А я ее так по­хоро­ню, что уж не вста­нет.
И по­хоро­нил.
Так оп­ры­шек от­бла­года­рил бед­ня­ка, ко­торый спас его от ви­сели­цы.