Сто братьев

Жи­ли в на­ших го­рах муж и же­на, а де­тей у них не бы­ло, и все они ссо­рились из-за это­го. Так до­жили до ста­рос­ти. И опять муж го­ворит:
— Эх, же­на, нет у те­бя де­тей!
В ту ночь прис­ни­лось же­не, что в ее ого­роде рас­цве­ла прек­расная ро­за. И ес­ли ту ро­зу сор­вать, съ­есть ее се­мена, то обя­затель­но бу­дут де­ти.
Же­на взя­ла и рас­ска­зала му­жу свой сон, а тот рас­сердил­ся.
— Э-эх, ста­руха! Кто бы это по­садил в тво­ем ого­родиш­ке та­кую ро­зу?!
На сле­ду­ющую ночь опять прис­нился же­не тот же сон, и опять муж нак­ри­чал на нее.
И в третью ночь прис­ни­лось то же са­мое. И ска­зала она се­бе: «Эх, ба­бонь­ка, все ты не ве­ришь, что в тво­ем ого­роде — ро­за!»
Вста­ла ра­нехонь­ко и рас­ска­зыва­ет му­жу. А тот го­ворит:
— Ну, ко­ли те­бе все ро­за снит­ся, пой­ди пог­ля­ди.
При­ходит ба­ба в ого­род, а там — ро­за, да та­кая, что гля­дишь на нее — не наг­ля­дишь­ся. Сор­ва­ла она ро­зу, при­нес­ла в ха­ту:
— Ну, ви­дишь, сни­лась мне прав­да.
Ра­зор­ва­ла ба­ба цве­ток, а из не­го зер­нышки на ла­донь по­сыпа­лись.
Она ки­нула их в рот и съ­ела.
Че­рез год у ба­бы ро­дил­ся маль­чик. А по­том на­чала она ро­жать каж­дый год по хлоп­цу. И ро­дила их две­над­цать.
Ис­пу­гал­ся дед: как столь­ко де­тей про­кор­мить: И сбе­жал в дру­гую дер­жа­ву.
Де­да нет, а ба­ба все хлоп­цев ро­жа­ет. Ро­дила уже де­вянос­то де­вять! Лю­ди в те вре­мена жи­ли дол­го — по трис­та лет!
Че­рез год ро­дил­ся и со­тый сы­нок. Спра­шива­ют лю­ди:
— Чье ж это ди­тя?
А од­на древ­няя ста­руш­ка и го­ворит:
— Да то­го де­да, что сбе­жал в дру­гую дер­жа­ву:
— Как же то мо­жет быть, ко­ли му­жа до­ма нет?
Древ­няя ста­руш­ка рас­ска­зала, что де­дова же­на сто лет на­зад съ­ела се­мена ро­зы и с тех пор каж­дый год ро­жа­ет сы­на.
И наз­ва­ли со­того хлоп­чи­ка — Ру­жа*.
Как про­шел год, Ру­жа и го­ворит:
— Братья! Есть у нас сто крес­тных, и зав­тра дол­жны они при­нес­ти нам по­дар­ки.
Поз­ва­ли братья крес­тных в гос­ти. Сто крес­тных и сто крес­тни­ков — мно­го на­роду!
А тут как раз воз­вра­ща­ет­ся до­мой отец, ко­торый ос­та­вил их дав­ным-дав­но, ког­да бы­ло брать­ев толь­ко две­над­цать.
Же­на сра­зу уз­на­ла сво­его му­жа. Отоз­ва­ла его в сто­рону и да­вай уко­рять:
— Ты ушел от ме­ня, ду­мал — про­паду. А я вы­рас­ти­ла сто сы­новей. Да это же сто ле­гиней!
И го­ворит она хлоп­цам:
— Сы­ны мои до­рогие, вот ваш отец. Тог­да са­мый млад­ший, Ру­жа, на­рядил ста­рика в чис­тую одеж­ду, на­кор­мил, на­по­ил и уло­жил на мяг­кую пос­тель.
А ког­да дед от­дохнул, Ру­жа по­дал ему же­лез­ный по­сох, же­лез­ные баш­ма­ки и го­ворит:
— Ба­тюш­ка, бе­рите эту пал­ку, обу­вай­те баш­ма­ки: По­том Ру­жа по­дал ста­рику ко­жаные бе­саги с день­га­ми и по­казал на дверь:
— Ну, ба­тюш­ка, по­ра вам сно­ва в путь-до­рогу. Иди­те в ту сто­рону, где сол­нце за­ходит. Бу­дете хо­дить до тех пор, по­ка не ис­топче­те по­лови­ну баш­ма­ков, не сот­ре­те по­сох и по­лови­ну де­нег не ис­тра­тите. А уж тог­да воз­вра­щай­тесь до­мой.
Ушел дед. Ис­хо­дил мно­го зе­мель, ис­топтал по­лови­ну же­лез­ных баш­ма­ков да стер по­лови­ну же­лез­но­го по­соха. Вер­нулся до­мой. И спра­шива­ет его Ру­жа:
— Наш­ли вы, ба­тюш­ка, что-ни­будь?
— Ни­чего не на­шел, сы­нок.
— Что ж, ло­житесь от­дохни­те.
А ког­да от­дохнул дед, при­нес ему Ру­жа но­вый же­лез­ный по­сох, но­вые же­лез­ные баш­ма­ки и но­вые ко­жаные бе­саги с день­га­ми.
— Ба­тюш­ка, те­перь сту­пай­те в тот край, где сол­нце вос­хо­дит. А ког­да ис­топче­те же­лез­ные баш­ма­ки на­поло­вину, воз­вра­щай­тесь.
Опять ушел дед. Идет че­рез го­ры, ле­са и по­ля. При­ходит в дру­гую дер­жа­ву. И ви­дит: че­ловек па­шет по­ле че­тырь­мя во­лами, а де­вуш­ка по­гоня­ет. А бы­ло это как раз в свет­лое вос­кре­сенье. Под­хо­дит дед поб­ли­же, кла­ня­ет­ся:
— Че­лове­че, что же это ты ра­бота­ешь в та­кой праз­дник?
— А сам-то что де­ла­ешь? Свет­лый праз­дник, а ты — в до­роге.
— Да я по­тому в до­роге, что у ме­ня, сто сы­нов и дол­жен я им жиз­ни ис­кать:
— А я по­тому па­шу в свет­лое вос­кре­сенье, что у ме­ня сто до­черей. И при­ходит­ся мне мно­го ра­ботать.
Уда­рили они по ру­кам:
— Так бу­дем же сва­тами! По­женим на­ших де­тей.
По­пиро­вали, чем бог пос­лал, и ра­зош­лись. Дед, у ко­торо­го бы­ло сто сы­новей, вер­нулся до­мой. Ру­жа спра­шива­ет:
— Наш­ли вы, ба­тюш­ка, что-ни­будь?
— На­шел: Встре­тил я в том краю, где сол­нце вос­хо­дит, че­лове­ка, у ко­торо­го есть сто до­черей. Уда­рили мы с ним по ру­кам, что по­женим на­ших де­тей.
И рас­ска­зал отец сы­ну о па­харе, ко­торо­го встре­тил в пу­ти.
Ру­жа выс­лу­шал и го­ворит:
— Ну, ба­тюш­ка, от­ды­хай­те до­ма до са­мой смер­ти. Боль­ше уже ни­куда не хо­дите: вы сво­их де­тей ус­тро­или.