Гороховое войско

Жи­ли-бы­ли ста­руха с доч­кой. Бы­ла у них Кош­ка. Од­нажды де­воч­ка жа­рила в печ­ке го­рох. Кош­ка же си­дела на сту­ле пе­ред печ­кой и гре­лась. На­чал го­рох пры­гать в ско­воро­де и стре­лять. Кош­ка ис­пу­галась и шмыг­ну­ла на ули­цу. Бе­жала по ули­це и встре­тила Пе­туха.

— Ку­да это ты, Кош­ка, так спе­шишь? — спра­шива­ет Пе­тух.

— Идёт го­рохо­вое вой­ско, вот я и убе­гаю.

— Возь­ми, по­жалуй­ста, ме­ня с со­бой.

— Пош­ли быс­трее, — то­ропит Кош­ка.

Идут они вдво­ём. Встре­тил­ся Ин­дюк:

— Ку­да это вы идё­те?

— Идёт го­рохо­вое вой­ско, вот мы и убе­га­ем.

— Не ос­тавляй­те ме­ня, — го­ворит Ин­дюк.

Пош­ли они даль­ше втро­ём. Встре­тили Жу­рав­ля.

— Да­леко ли соб­ра­лись, друзья? — спра­шива­ет Жу­равль.

— Идёт го­рохо­вое вой­ско, мы скры­ва­ем­ся.

— И я с ва­ми, — го­ворит Жу­равль.

Пош­ли они вчет­ве­ром, дош­ли так до озе­ра. Уви­дела Ут­ка бе­гущих дру­зей и спро­сила:

— Эй, Кош­ка, ку­да путь дер­жи­те?

Ут­ке объ­яс­ни­ли, в чём де­ло, и она то­же прим­кну­ла к ним. Выс­тро­ились они в один ряд и идут: сна­чала Кош­ка, за ней Пе­тух, за­тем Ин­дюк, по­том Жу­равль и Ут­ка в са­мом хвос­те. Вся­кий, кто их уви­дит, удив­ля­ет­ся: «Что за чу­деса?!»

Приш­ли они к од­ной вы­сокой го­ре, заб­ра­лись на вер­ши­ну. Кош­ка ска­зала:

— Вот здесь мы бу­дем жить. Го­рохо­вое вой­ско не най­дёт нас.

На том и по­реши­ли. Ут­ка сра­зу уш­ла на озе­ро. Ин­дюк то­же ку­да-то ис­чез. Жу­равль усел­ся на де­реве. Кош­ка ста­ла мы­шей ло­вить. Пе­тух зем­лю ца­рапа­ет, что-то клю­ёт. Так они жи­ли без за­бот всё ле­то.

Про­ходи­ло вре­мя, листья по­жел­те­ли, ста­нови­лось всё хо­лод­нее. Кош­ка го­ворит:

— Ну, друзья, что бу­дем де­лать? Я уже мёр­знуть ста­ла. Да­вай­те дом пос­тро­им.

А тем и го­ря ма­ло:

— Нет, нам не ну­жен дом, — го­ворят.

Жу­равль ска­зал:

— Я на де­реве хо­рошо ус­тро­юсь.

Ин­дюк ска­зал:

— А я под де­ревом прис­тро­юсь.

Ут­ка то­же не бес­по­ко­ит­ся.

— Я ду­маю на озе­ре зи­мовать. Боль­ше мне ни­чего не на­до.

А Пе­тух го­ворит:

— Мне и на свал­ке неп­ло­хо бу­дет.

Кош­ка всех выс­лу­шала и ска­зала:

— Вы как хо­тите, но я не мо­гу без теп­ла. Я бу­ду стро­ить дом.

Из об­ломков кир­пи­чей сте­ны и печ­ку вык­ла­дыва­ет, ок­на ста­вит, вмес­то две­ри ве­ша­ет ро­гожу и за­бира­ет­ся на печ­ку.

Ско­ро зи­ма нас­ту­пила, бу­раны за­мели. Од­нажды к Кош­ке пос­ту­чались в дверь.

— Кош­ка, под­ружка, пус­ти к се­бе, на ули­це очень хо­лод­но, — го­ворит Жу­равль.

— Иди, си­ди на сво­ём де­реве, — го­ворит Кош­ка.

— Ес­ли так, то я всю кры­шу раз­не­су, — гро­зит­ся Жу­равль.

Что Кош­ке де­лать, пус­ти­ла его.

Нем­но­го по­годя Ин­дюк про­сит­ся:

— Под­ружка, Кош­ка, пус­ти к се­бе в дом.

— Иди под де­рево.

— А не пус­тишь, так я всю ро­гожу вы­щипаю.

Кош­ка Ин­дю­ка то­же пус­ти­ла в дом. При­ходит Пе­тух.

— Под­ру­жень­ка, Кош­ка, пус­ти ме­ня, а то на ули­це бу­ран.

— Те­бе же и на свал­ке хо­рошо. Вот и иди ту­да.

А Пе­тух гро­зит­ся:

— Ах, так! Тог­да я все твои стёк­ла побью.

Его то­же пус­ти­ла Кош­ка.

В эту же ночь озе­ро, где Ут­ка жи­ла, пол­ностью пок­ры­лось ль­дом. Приш­ла Ут­ка и сту­чит­ся:

— Под­ру­га, Кош­ка, пус­ти зи­мовать! А Кош­ка ей:

— Иди к се­бе на озе­ро.

Ут­ка ра­зоз­ли­лась и го­ворит:

— Ес­ли не пус­тишь, так я всю зем­лю из-под тво­его до­ма рас­ко­выряю, и дом сва­лит­ся.

Ис­пу­галась Кош­ка, что дом сва­лит­ся, пус­ти­ла Ут­ку.

Так они ста­ли жить в од­ном до­ме все вмес­те: Кош­ка, Жу­равль, Ин­дюк, Пе­тух и Ут­ка. Кош­ка на печ­ке гре­ет­ся и мур­лы­чет. А ос­таль­ные то­же ус­тро­ились неп­ло­хо. Жи­ли они очень ве­село и друж­но.

Од­нажды ми­мо это­го до­ма про­ходи­ли два ди­ва.

— Кто-кто здесь есть, — го­ворят они друг дру­гу. — Слыш­ны го­лоса.

Один го­ворит:

— Зай­ди в дом, пос­мотри, кто там. А дру­гой не хо­чет.

— Нет, — го­ворит, — ты зай­ди пер­вым.

Так они дол­го сто­яли и спо­рили. На­конец, один сог­ла­сил­ся и за­шёл в дверь. Что тут на­чалось! Ут­ка и Ин­дюк на­чали щи­пать его силь­но-силь­но. А Жу­равль свер­ху дол­бит сво­им длин­ным клю­вом пря­мо в го­лову. Кош­ка ца­рапа­ет мор­ду. А Пе­тух гор­ла­нит своё.

Див еле-еле выр­вался от них. Рас­ска­зал он сво­ему то­вари­щу, что он ви­дел в до­ме.

— Двое, — го­ворит, — ста­ли ме­ня щи­пать. Один в го­лову хо­тел гвоздь за­бить. Дру­гой ца­рапа­ет мор­ду. Чуть не пой­ма­ли.

Всю зи­му зве­ри так и про­жили в этом до­ме. А ле­том Кош­ка ска­зала:

—Го­рохо­вое вой­ско, на­вер­ное, уш­ло, пой­дём об­ратно в де­рев­ню.

Вот они выс­тро­ились один за дру­гим и идут по де­рев­не: впе­реди Кош­ка, за ней Пе­тух, Ин­дюк, Жу­равль и Ут­ка. Все встреч­ные лю­ди удив­ля­ют­ся:

— Что за чу­деса! И где они толь­ко бы­ли це­лый год?

Кто-то уз­нал сво­его Пе­туха, кто-то Ин­дю­ка сво­его приз­нал, кто-то — Ут­ку, вер­ну­лась к сво­ей хо­зяй­ке и Кош­ка. Ста­руха очень об­ра­дова­лась, при­лас­ка­ла её. А Кош­ка, го­ворят, всё в печ­ку пос­матри­ва­ет: не идёт ли го­рохо­вое вой­ско?