Тринадцать сыновей

В древ­ние-древ­ние вре­мена бы­ло у од­но­го че­лове­ка, го­ворят, трид­цать сы­новей. Са­мого млад­ше­го из трид­ца­ти сы­новей зва­ли, го­ворят, Ба­тыр. Он вы­рос. Они все трид­цать до­гово­рились же­нить­ся в один день и свадь­бу иг­рать то­же в один день. По­гово­рили меж­ду со­бой и, поп­ро­сив раз­ре­шения у от­ца, от­пра­вились ис­кать че­лове­ка, у ко­торо­го бы­ло бы трид­цать до­черей.

Ког­да они уш­ли до­воль­но да­леко, отец их дог­нал, ос­та­новил и отоз­вал Ба­тыра.

Ба­тыр под­хо­дит к от­цу и спра­шива­ет:

— В чём де­ло, отец?

— Улым, — го­ворит отец, — у те­бя есть и ум, и си­ла, вот дам я те­бе один со­вет. Ког­да вы прой­дё­те от­сю­да дней де­сять, дой­дё­те до од­но­го кус­тарни­ка. Вы ос­та­нови­тесь или, не до­ходя до не­го, или прой­дя от не­го чуть даль­ше.

Ска­зал отец это и ушёл. Ба­тыр идёт к сво­им брать­ям.

— Что го­ворил отец? — спра­шива­ют они.

Ба­тыр от­ве­тил:

— Ска­зал так: «Ког­да бу­дете ид­ти по этой до­роге, дой­дё­те до од­но­го кус­тарни­ка. Око­ло не­го не ос­та­нав­ли­вай­тесь но­чевать, ос­та­нови­тесь или, не до­ходя до кус­тарни­ка, или прой­дя его».

— Хи, нас же трид­цать че­ловек, ка­кой же про­тив­ник ос­ме­лит­ся выс­ту­пить про­тив нас, — го­ворят те.

Еха­ли они, еха­ли и, на­конец, до­еха­ли до кус­тов. Стар­шие братья го­ворят:

— Да­вай­те пе­рено­чу­ем вот в этом мес­те.

— Отец ве­лел здесь не но­чевать, — го­ворит Ба­тыр.

Стар­шие братья не при­няли в счёт слов Ба­тыра, ос­та­нови­лись как раз там. Заш­ли они в не­кий дом, что­бы пе­рено­чевать. Ког­да они ус­тро­ились и соб­ра­лись лечь спать, Ба­тыр го­ворит им:

— Да­вай­те мы здесь у две­ри пос­та­вим сто­рожа.

Стар­шие братья от­ве­ча­ют:

— Хи, у ко­го хва­тит сме­лос­ти на­пасть на нас, ес­ли хо­чешь сто­ять на ка­ра­уле, стой сам.

Ска­зали так и лег­ли спать.

А Ба­тыр сто­ит у две­ри и сто­рожит их. Ког­да нас­ту­пила пол­ночь, внут­ри до­ма вдруг ста­ло очень свет­ло. Че­рез не­кото­рое вре­мя, ози­ра­ясь на­лево и нап­ра­во, сту­пая твёр­до и раз­ма­шис­то, идёт не­кий ста­рик. И идёт пря­мо к две­ри. При ви­де это­го ста­рика у Ба­тыра дрог­ну­ло сер­дце, «Кто же это?»— ду­ма­ет он. Взял он по­удоб­нее саб­лю, по­дож­дал, а ког­да ста­рик по­дошёл и во­шёл в дверь, снёс ему го­лову. Он сбро­сил те­ло ста­рика в под­пол, а сам по­шёл по до­роге, от­ку­да при­шёл ста­рик.

Идёт он, идёт и до­шагал до кус­тарни­ка. Ког­да он про­ходил че­рез кус­тарник, уви­дел два до­ма. Под­хо­дит он к од­но­му из этих до­мов, по­тихонь­ку слу­ша­ет, как до­ма раз­го­вари­ва­ют, но слов ра­зоб­рать не мо­жет. На­чина­ет гром­ко сту­чать в дверь. На стук кто-то вы­бежал. Как толь­ко он слег­ка при­от­крыл во­рота и вы­сунул го­лову, что­бы пос­мотреть, Ба­тыр мгно­вен­но вых­ва­тил саб­лю и от­ру­бил ему го­лову. Вто­рой вы­шел, и ему от­ру­бил го­лову Ба­тыр сво­ей саб­лей. Друг за дру­гом выш­ли трид­цать че­ловек, а Ба­тыр по од­но­му всем снёс го­ловы.

Лад­но, джи­гит не стал за­ходить в этот дом. По­шёл к до­му, ко­торый сто­ял чуть даль­ше. По­дошёл он к до­му и прис­лу­шал­ся. Там слыш­ны го­лоса де­вушек. По­дошёл к во­ротам и пос­ту­чал­ся, выш­ла од­на де­вуш­ка, от­кры­ла во­рота, а са­ма быс­тро убе­жала. И Ба­тыр за­шёл за ней. Уви­дев его, де­вуш­ки очень уди­вились.

— Как ты сю­да доб­рался, как те­бя не при­кон­чил див? — спра­шива­ют.

— Сна­чала я убил од­но­го ста­рого ди­ва, а ког­да при­шёл сю­да, вон в том до­ме убил ещё трид­цать ди­вов, — от­ве­тил Ба­тыр.

Те, уди­вив­шись, ска­зали:

— Ты, ока­зыва­ет­ся, убил поч­ти всех ди­вов, но есть ещё один, его нет до­ма. Ког­да он вер­нётся, те­бе нес­добро­вать.

Джи­гит спра­шива­ет у них:

— Кто же вы та­кие, как вы сю­да по­пали?

— Все мы до­чери од­но­го па­диша­ха, нас все­го двад­цать де­вять де­вушек. Нас по­хитил див, вот мы и про­пада­ем здесь, ни­как не мо­жем из­ба­вить­ся от ди­ва, — от­ве­ча­ют де­вуш­ки.

Пла­чут они, ль­ют горь­кие слё­зы. Ба­тыр ус­по­ка­ива­ет их:

— Ес­ли я не ос­во­божу вас от ди­ва, не на­зывать­ся мне Ба­тыром! — го­ворит.

По­том он прос­тился с де­вуш­ка­ми и ушёл к сво­им стар­шим брать­ям. За­шёл в дом, а его стар­шие братья спят как ни в чём не бы­вало. И он лёг спать. И ус­нул очень креп­ко.

Стар­шие братья прос­ну­лись и сме­ют­ся над Ба­тыром, мол, че­ловек, ко­торый хо­тел нас ох­ра­нять, сам спит без зад­них ног. От гром­ко­го сме­ха Ба­тыр прос­нулся. Ве­дёт он стар­ших брать­ев в под­пол и по­казы­ва­ет го­лову ди­ва, ко­торо­го убил.

По­ели они, по­пили, се­ли на ло­шадей и по­еха­ли по до­роге, ко­торую им по­казал Ба­тыр. Про­ехав че­рез кус­тарник, подъ­еха­ли к двум до­мам. Сна­чала вош­ли в пер­вый дом. Ба­тыр по­казал им трид­цать ди­вов, ко­торых убил ночью.

— Вот, это моя ра­бота, — ска­зал он брать­ям, — я её сде­лал за од­ну ночь.

Стар­шие братья бы­ли по­раже­ны си­лой Ба­тыра. Те­перь они на­чали его бо­ять­ся. «Ес­ли мы не пос­лу­ша­ем­ся его, он и нас мо­жет так же убить», — ду­ма­ют они.

Ми­нуя ещё один ле­сок, они до­еха­ли до вто­рого до­ма. Ба­тыр за­вёл их в этот дом и поз­на­комил с де­вуш­ка­ми. Ска­зал, что это его братья, их трид­цать джи­гитов, спро­сил, сог­ласны ли они вый­ти за них за­муж. Де­вуш­ки очень об­ра­дова­лись. Са­ми выб­ра­ли джи­гитов, ко­торые им пон­ра­вились и сош­лись па­рами.

На вто­рой день Ба­тыр ска­зал сво­им стар­шим брать­ям, что­бы они взя­ли де­вушек и ухо­дили от­сю­да.

— Абыи мои стар­шие,— го­ворит,— вы воз­вра­щай­тесь, а я ос­та­нусь здесь, мне на­до встре­тить­ся с гла­варём ди­вов и по­мерить­ся с ним си­лой.

Стар­шие братья по­еха­ли до­мой. До­ма они об­ра­дова­ли сво­их ро­дите­лей, на­вес­ти­ли ро­дите­лей де­вушек, справ­ля­ют трид­цать дней иг­рищ, со­рок дней сва­деб­но­го пи­ра. Но ро­дите­ли джи­гитов бес­по­ко­ят­ся, го­рю­ют, что их млад­ший сын ос­тался один на чуж­би­не.

Лад­но, Ба­тыр жил один день, два дня в этом до­ме. А ког­да на тре­тий день вы­шел во двор, под­ня­лась бу­ря, за­дул ве­тер, и во дво­ре по­тем­не­ло. Ве­тер вы­рывал де­ревья с кор­нем. Че­рез не­кото­рое вре­мя с гро­мом и мол­ни­ей явил­ся див и го­ворит:

— Убил ты ста­рых и мо­лодых ди­вов, раз­да­рил до­черей па­диша­ха, а те­перь ре­шил со мной си­лой по­мерить­ся? — кри­чит гро­мовым го­лосом. — Я те­бя унич­то­жу!

— Ес­ли хва­тит сил, да­вай, унич­тожь, — от­ве­ча­ет Ба­тыр. — Да­вай по­мерим­ся си­лами, бу­дем бить­ся или бо­роть­ся?

— Борь­ба ни­куда не де­нет­ся, ес­ли ты нас­то­ящий джи­гит, при­веди мне дочь та­кого-то па­диша­ха, её зо­вут Са­хип­джа­мал, — го­ворит див.

— Лад­но, — го­ворит Ба­тыр, — ес­ли при­веду Са­хип­джа­мал, то я от­рублю те­бе го­лову, а ес­ли не смо­гу её при­вес­ти, то ты от­ру­бишь мне го­лову.

До­гово­рив­шись та­ким об­ра­зом, Ба­тыр вы­ехал в путь. Там, где бы­ла до­рога, ехал по до­роге, там, где не бы­ло до­роги, ехал по по­лю, всё ехал сво­им пу­тём. Ехал он ночь, ехал день, и ,на­конец, до­ехал до боль­шо­го го­рода. Въ­ехал в го­род, поп­ро­сил­ся на пос­той к ста­рикам.

— Ба­бай, — го­ворит, — вы как сле­ду­ет кор­ми­те и по­ите мо­его ко­ня, я за це­ной не пос­тою.

Джи­гит по­ел-по­пил, поп­ра­вил одеж­ду и по­шёл в го­род. Хо­дит по го­роду, зна­комит­ся с людь­ми, спра­шива­ет о па­диша­хе: есть ли у не­го сын, дочь, ка­кого воз­раста. Ему от­ве­тили: «Сы­на нет у не­го, а единс­твен­ную дочь зо­вут Са­хип­джа­мал». Идёт он ко двор­цу па­диша­ха, вы­шел к са­ду, что око­ло двор­ца. Хо­дил он там, хо­дил и уви­дел, что дочь па­диша­ха выш­ла в сад. За­шёл бы он в сад, но где там, его да­же близ­ко не под­пусти­ли. Тог­да он на­чал ко­пать под­земный ход в сад. Ког­да за­кон­чил, в кон­це по­зем­но­го хо­да сде­лал яму, а над ямой по­тай­ную дверь, ко­торую ник­то бы не мог за­метить.

Лад­но. Как-то раз дочь па­диша­ха со сво­ими под­ружка­ми выш­ла в сад. Их ока­залось со­рок де­вушек и все со­рок бы­ли оде­ты оди­нако­во. Все не от­хо­дят от до­чери па­диша­ха. Тог­да Ба­тыр на­дева­ет жен­скую одеж­ду, по­тихонь­ку от­кры­ва­ет дверь под­земно­го хо­да и вы­ходит в сад. Вхо­дит в круг де­вушек и вмес­те с ни­ми хо­дит око­ло до­чери па­диша­ха. Де­вуш­ки по­ют, пля­шут, ве­селят­ся и он вмес­те с ни­ми. Де­вуш­ки рас­ска­зыва­ют сказ­ки и он то­же рас­ска­зыва­ет. Пос­ле это­го де­вуш­ки рас­се­лись вок­руг Са­хип­джа­мал и на­чали рас­ска­зывать вся­кие но­вос­ти.

Од­на го­ворит:

— У од­но­го че­лове­ка бы­ло, ока­зыва­ет­ся, трид­цать сы­новей. И млад­ше­го сы­на зва­ли Ба­тыр.

Дочь па­диша­ха Са­хип­джа­мал го­ворит:

— Ба­тыр, ока­зыва­ет­ся, до­был двад­цать де­вять не­вест сво­им брать­ям, а сам по­пал в ру­ки ди­ва и про­пала его го­ловуш­ка.

Ба­тыр си­дит и слу­ша­ет всё это. Опять на­чина­ют иг­рать. Ба­тыр на­чина­ет петь хва­леб­ные пес­ни в ад­рес Са­хип­джа­мал. Дочь па­диша­ха бы­ла очень тро­нута этим. И рас­по­ряди­лась, что впредь эта де­вуш­ка-гостья всег­да бу­дет ря­дом с нею. Приг­ла­ша­ет Ба­тыра в свою ком­на­ту. За­ходят они в ком­на­ту и бе­седу­ют. Пос­ле это­го Ба­тыр го­ворит до­чери па­диша­ха:

— Я не де­вуш­ка-гостья, я тот са­мый Ба­тыр, о ко­тором вы го­вори­ли.

Де­вуш­ка бы­ла пот­ря­сена. Так они по­люби­ли друг дру­га.

— Я не сын па­диша­ха, — го­ворит Ба­тыр, — я трид­ца­тый сын та­кого-то че­лове­ка, в та­ком-то го­роде. Ес­ли сог­ла­сишь­ся, я те­бя уве­зу с со­бой.

Де­вуш­ка сог­ла­силась, и они на­чали стро­ить пла­ны, как от­сю­да убе­жать.

— Ес­ли мы не убе­жим, отец не сог­ла­сит­ся вы­дать ме­ня за­муж за те­бя, — го­ворит Са­хип­джа­мал.

Ба­тыр вы­ходит в сад, че­рез под­земный ход вы­ходит в го­род, воз­вра­ща­ет­ся к ста­рикам и пла­тит им за то, что они смот­ре­ли за его ко­нём. Пос­ле это­го Ба­тыр по­шёл на ба­зар и на те день­ги, ко­торые да­ла Са­хип­джа­мал, ку­пил хо­роше­го ко­ня. За­тем они до­гова­рива­ют­ся и в наз­на­чен­ное вре­мя Са­хип­джа­мал вы­ходит че­рез под­земный ход, и они са­дят­ся на ко­ней и у­ез­жа­ют.

Про­еха­ли они че­рез мно­го зе­мель, еха­ли то по до­роге, то без до­роги, до­еха­ли до ле­са, где див ждал. Са­хип­джа­мал встре­вожи­лась:

— Ку­да ты ме­ня ве­дёшь? — спра­шива­ет.

— Я ве­ду те­бя к ди­ву, — от­ве­ча­ет Ба­тыр, — мы так-то и так-то до­гово­рились. Ес­ли я одо­лею ди­ва, бу­дешь мо­ею, ес­ли же нет, дос­та­нешь­ся ди­ву. А див очень силь­ная и хит­рая тварь.

Са­хип­джа­мал очень встре­вожи­лась.

— По­чему же ты сра­зу не ска­зал мне об этом? — уп­ре­ка­ет она Ба­тыра.

— Не го­рюй, — го­ворит Ба­тыр, — я те­бя не бро­шу.

Еха­ли они, еха­ли и до­еха­ли до мес­та, где оби­та­ет див. Вош­ли они в дом. Че­рез не­кото­рое вре­мя с гро­мом и мол­ни­ей, под­ни­мая ве­тер, явил­ся див.

— Явил­ся? — спра­шива­ет Ба­тыра.

— При­был, — от­ве­ча­ет джи­гит.

— При­вёз? — до­пыты­ва­ет­ся див.

— Что, не ви­дишь что ли, при­вёз, — Го­ворит Ба­тыр.

Див очень ра­зоз­лился, взбе­сил­ся. Де­лал то, де­лал дру­гое, но ни­как не смог на­пугать Ба­тыра. Ра­зоз­лившись ещё боль­ше, он вы­шел. Как толь­ко он вы­шел, Ба­тыр го­ворит Са­хип­джа­мал:

— Ес­ли мне удас­тся в бою от­ру­бить ему го­лову, ни на ми­нуту не ос­та­нем­ся здесь, сра­зу у­едем.

Са­хип­джа­мал го­ворит:

— Он очень хит­рый дь­явол, его хит­рость на­до по­бедить хит­ростью и так одо­леть его.

Тем вре­менем вер­нулся див. Как толь­ко он во­шёл, Ба­тыр встал и вы­шел.

Са­хип­джа­мал го­ворит ди­ву:

— Ты мне очень пон­ра­вил­ся. Ес­ли бы ты был сог­ла­сен, я бы ос­та­лась с то­бой. Толь­ко я бо­юсь ос­та­вать­ся од­на, ты час­то ухо­дишь и про­пада­ешь не­из­вес­тно где.

— Че­го же ты хо­чешь? — спра­шива­ет див.

— Я бы ос­та­лась с тво­ей ду­шой, ес­ли бы ты ска­зал, где она, — го­ворит Са­хип­джа­мал.

— Моя ду­ша вон в том ве­нике, ко­торым ме­тут пол, — го­ворит див.

Ког­да див ска­зал это, Са­хип­джа­мал идёт к ве­нику, бе­рёт его в ру­ки, об­ни­ма­ет и ло­жит­ся. Див ви­дит это и сме­ёт­ся:

— Эх, ду­ра, — го­ворит, — как это моя ду­ша мо­жет быть в ве­нике. Я это прос­то так ска­зал. Моя ду­ша вон в той ко­чер­ге.

Са­хип­джа­мал и с ко­чер­гой про­дела­ла то же са­мое.

— Раз твоя ду­ша со мной, — го­ворит она, — мне боль­ше ни­чего не на­до.

Див уди­вил­ся это­му и по­думал, что она дей­стви­тель­но его очень лю­бит.

— Эх, ду­ра ты, — го­ворит див ей, — моя ду­ша не в ве­нике и не в ко­чер­ге, а сов­сем в дру­гом мес­те.

— Вот в том-то и де­ло, — го­ворит Са­хип­джа­мал, — ты всё вре­мя ухо­дишь, ес­ли бы ты со мной ос­тавлял свою ду­шу, я бы ни­чего не бо­ялась.

— А-а-а, так те­бе нуж­на моя ду­ша, — злит­ся див и на­чина­ет бить де­вуш­ку, — я те­бя унич­то­жу! Ты ме­ня об­ма­ныва­ешь! — кри­чит.

— Не об­ма­нываю и не хо­чу об­ма­нывать, — го­ворит де­вуш­ка.

— Ес­ли не хо­чешь ос­тавлять ду­шу, вон по­борись с Ба­тыром, ис­пы­тай         свою си­лу, а там вид­но бу­дет.

Див всё-та­ки по­верил Са­хип­джа­мал и рас­ска­зал:

— Моя ду­ша ведь на­ходит­ся очень да­леко. Ког­да пе­рей­дёшь мо­ре, там бу­дет очень боль­шое де­рево с тре­мя вет­вя­ми. На этом де­реве си­дит трёх­гла­вый чёр­ный змей. А под этим зме­ем си­дит чёр­ная кош­ка. Вот эта чёр­ная кош­ка и есть моя ду­ша.

Са­хип­джа­мал по­гово­рила, по­гово­рила и ска­зала ди­ву:

— Нас­та­ло вре­мя те­бе ухо­дить, — и вып­ро­води­ла его.

Див ушёл ска­зав, что вер­нётся че­рез двад­цать семь дней.

Как толь­ко див ушёл, за­ходит Ба­тыр.

— К че­му бы­ло так мно­го раз­го­вари­вать с этим ди­вом. Отец с ма­терью уже по­теря­ли ме­ня, — го­ворит он ей.

Ба­тыр хо­чет как мож­но ско­рее по­кон­чить с ди­вом.

— Не то­ропись, — го­ворит Са­хип­джа­мал, — я пош­ла как буд­то у не­го на по­воду и вы­веда­ла его тай­ну. Он ска­зал мне, где на­ходит­ся его ду­ша.

— Где же его ду­ша? — спра­шива­ет джи­гит.

— Его ду­ша, ока­зыва­ет­ся, за мо­рем. — го­ворит Са­хип­джа­мал. — Ког­да пе­рей­дёшь мо­ре, бу­дет боль­шое де­рево с тре­мя вет­вя­ми. На этом де­реве бу­дет чёр­ный змей с тре­мя го­лова­ми, а под этим зме­ем чёр­ная кош­ка. Вот эта чёр­ная кош­ка и есть ду­ша ди­ва. Те­бе на­до эту чёр­ную кош­ку убить.

— Лад­но, — го­ворит Ба­тыр, — тог­да я най­ду эту кош­ку и убью.

Ба­тыр про­ща­ет­ся с Са­хип­джа­мал, са­дит­ся на ко­ня и едет ис­кать ду­шу ди­ва. Едет он, едет и до­ез­жа­ет до мо­ря. Мо­ре, ока­зыва­ет­ся, та­кое ши­рокое, что нет ни­какой воз­можнос­ти пе­рей­ти на ту сто­рону. Хо­дил он, бро­дил по бе­регу мо­ря, не зная, что де­лать. Хо­тел бы­ло уже вер­нуть­ся до­мой, как пе­ред ним пред­стал ка­кой-то ста­рик. Спра­шива­ет о житье-бытье. Джи­гит рас­ска­зыва­ет ему о сво­ём го­ре, спра­шива­ет, не зна­ет ли ба­бай, как пе­рей­ти мо­ре.

— Лад­но, джи­гит, — го­ворит ба­бай, — очень уж ус­тал ты, ка­жись. Ло­жись вот здесь и пос­пи. Ког­да ут­ром прос­нёшь­ся, там, где бы­ла твоя го­лова, вы­копа­ешь на один метр и спус­тишь­ся, там бу­дет уз­дечка с зо­лоты­ми уди­лами. Возь­мёшь эту уз­дечку, встрях­нёшь и по­явит­ся пе­ред то­бой Ак­бу­зат. Как толь­ко на­денешь эту уз­дечку на го­лову ко­ня, на мо­ре от­кро­ет­ся до­рога. Ты са­дись на ко­ня и зак­рой гла­за, а от­кро­ешь их, ког­да бу­дешь на дру­гой сто­роне мо­ря.

— Что же я бу­ду де­лать, ба­бай, ког­да вый­ду на ту сто­рону мо­ря? — спра­шива­ет джи­гит.

— Ког­да вый­дешь на ту сто­рону мо­ря, будь очень ос­то­рожен, — го­ворит ста­рик. — Там на каж­дом ша­гу то змеи, то аж­да­хи. Как толь­ко пе­рей­дёшь на ту сто­рону, сни­ми зо­лотую уз­дечку с зо­лоты­ми уди­лами с Ак­бу­зата и при­вяжи её к по­ясу. Ес­ли не при­вяжешь её к по­ясу, то до­мой не вер­нёшь­ся, а ос­та­нешь­ся на той сто­роне мо­ря. Пос­ле это­го Ак­бу­зат уй­дёт. Но ты не бой­ся, он да­леко не уй­дёт, ког­да нуж­но бу­дет, взмах­ни зо­лотой уз­дечкой и Ак­бу­зат тут же сно­ва по­явит­ся пе­ред то­бой. На той сто­роне мо­ря най­дёшь то са­мое де­рево с тре­мя вет­вя­ми. К это­му де­реву под­хо­ди очень ос­то­рож­но, вы­копай глу­бокую яму, возь­ми с со­бой лук и стре­лы и спрячь­ся в яме. Стре­ляй точ­но в го­лову трёх­гла­вого змея, си­дяще­го на вер­ши­не де­рева. Змей под­ни­мет го­лову и нач­нёт ис­кать те­бя. И как толь­ко су­нет прос­тре­лен­ную го­лову в ту яму, где ты си­дишь, саб­лей от­ру­би ему го­лову. По­том стре­ляй во вто­рую го­лову и от­се­ки её. А вот труд­нее все­го бу­дет те­бе прос­тре­лить и от­ру­бить ему третью го­лову. Но ты не трусь. Лад­но, сы­нок, — го­ворит ста­рик, — пой­ду я. Но ты не за­будь то, что я ска­зал. Ког­да от­ру­бишь все три го­ловы змея, он упа­дёт с вер­ши­ны де­рева. В это вре­мя не зе­вай, ло­ви чёр­ную кош­ку, ко­торая вып­рыгнет из-под чёр­но­го змея и кла­ди её в ме­шок. Не упус­ти её, это та са­мая чёр­ная кош­ка, ко­торая при­да­ёт си­лы ди­ву и на­уща­ет его про­тив лю­дей. Ког­да чёр­ная кош­ка ока­жет­ся у те­бя в ру­ках, див уж боль­ше ни­куда не смо­жет деть­ся.

— Спа­сибо, ба­бай, — го­ворит Ба­тыр, — очень мно­гому ты на­учил ме­ня, толь­ко вот ку­да я де­ну Ак­бу­зата?

— Ког­да убь­ёшь зло­веще­го за­мор­ско­го змея, — го­ворит ста­рик, — возь­мешь в ру­ки чёр­ную кош­ку, возь­ми в ру­ки уз­дечку с зо­лоты­ми уди­лами и пот­ря­си. Ак­бу­зат тут же по­явит­ся. Ся­дешь на не­го и пе­ребе­рёшь­ся че­рез мо­ре об­ратно, в эту сто­рону. Ког­да вый­дешь на эту сто­рону мо­ря, уз­дечку с зо­лоты­ми уди­лами за­копа­ешь ту­да же, от­ку­да взял.

Ска­зал это ста­рик и ушёл.

Лад­но. Ба­тыр лёг и ус­нул там, где ука­зал ста­рик. Ут­ром встал, вы­копал яму под го­ловой и дос­тал ту уз­дечку с зо­лоты­ми уди­лами. Как толь­ко он взял уз­дечку в ру­ки и встрях­нул её, тут же по­явил­ся пе­ред ним очень кра­сивый Ак­бу­зат. На­дел он уз­дечку с зо­лоты­ми уди­лами на ко­ня и пос­ка­кал на ту сто­рону мо­ря. Ког­да вы­шел на ту сто­рону мо­ря, на­шёл де­рево с тре­мя вет­вя­ми, всё сде­лал точ­но так, как го­ворил тот ста­рик. Меж­ду ним и зме­ем бы­ла жес­то­кая борь­ба, но он по­бедил змея. Ког­да по­бедил змея, пой­мал чёр­ную кош­ку, по­ложил её в ме­шок и по­ехал к де­вуш­ке.

Са­хип­джа­мал встре­тила Ба­тыра на ули­це. Как толь­ко Ба­тыр во­шёл к ди­ву, див на­чал умо­лять его:

— Убил трид­цать ди­вов, убил мо­его от­ца, хоть ме­ня не тро­гай, от­пусти чёр­ную кош­ку,— го­ворит.

— Я дос­тал её с та­кими му­чени­ями не для то­го, что­бы от­пустить, — го­ворит Ба­тыр.

Тем вре­менем Са­хип­джа­мал дос­та­ла из меш­ка чёр­ную кош­ку и отор­ва­ла ей го­лову. Как толь­ко отор­ва­лась го­лова чёр­ной кош­ки, отор­ва­лась и го­лова ди­ва. Пос­ле это­го те­ло ди­ва бро­сили в глу­бокую яму.

Ба­тыр и Са­хип­джа­мал се­ли на ко­ней и по­еха­ли к от­цу и ма­тери Ба­тыра. Они спра­вили пыш­ную свадь­бу и до сих пор очень ве­село жи­вут, го­ворят. Вче­ра ту­да по­шёл, се­год­ня вер­нулся.