История одной любви (Легенда народности тхай)

Эта ис­то­рия слу­чилась в те да­лекие вре­мена, ког­да прос­тым лю­дям не при­над­ле­жало ни­чего на их зем­ле: ни зе­леные де­ревья в ле­сах, ни гус­тая тра­ва по бе­регам рек, ни ре­ки с прох­ладной, проз­рачной во­дой, ни вы­сокие го­ры, ни до­лины.

Жи­ли в од­ной де­рев­не юно­ша и де­вуш­ка. Они вмес­те рос­ли, а ког­да ста­ли взрос­лы­ми, по­люби­ли друг дру­га. Юные влюб­ленные ни­ког­да не рас­ста­вались, всег­да бы­ли они вмес­те — и в по­ле на ра­боте, и до­ма на от­ды­хе, и на гу­лянье. Ра­дость друг от дру­га и боль­шое чувс­тво, ко­торое нав­сегда, ка­залось, скре­пило их сер­дца, на­пол­ня­ли жизнь влюб­ленных. Но их люб­ви пред­сто­яло пе­ренес­ти боль­шие ис­пы­тания.

Юно­ша, пыл­ко лю­бив­ший свою не­вес­ту, был сов­сем бед­ным. Ро­дите­ли де­вуш­ки зап­ре­тили мо­лодым лю­дям встре­чать­ся, а по­том наш­ли для сво­ей до­чери бо­гато­го же­ниха из со­сед­ней де­рев­ни. Весть эта, как гром, по­рази­ла влюб­ленных. Юно­ша заг­рустил, и нес­час­тная де­вуш­ка опе­чали­лась не мень­ше его.

— Я веч­но бу­ду пом­нить те­бя, ми­лая! — го­ворил юно­ша, уте­шая ее. — Я го­рячо ве­рю, что ни­какая си­ла не смо­жет раз­лу­чить нас. Я дол­жен сей­час от­пра­вить­ся в путь, что­бы до­быть бо­гатс­тво. Ког­да я вер­нусь, я вы­куп­лю те­бя. Я про­ща­юсь с то­бой на не­дол­гий срок, ми­лая, а на па­мять ос­тавляю вот эти сти­хи.

И юно­ша про­пел де­вуш­ке та­кие сти­хи:

Ты бу­дешь ждать ме­ня, я ве­рю, о как ве­рю!
Ког­да цве­ты рас­пустят­ся в са­ду,
Ты, о лю­бимая, не вспо­минай бе­ду!
Ты сох­ра­ни цве­тов тех кра­соту:
Нар­ви пуч­ки боль­шие роз и ор­хи­дей,
Ро­сою ут­реннею, све­жею по­лей
И не да­вай им быс­тро увя­дать…
Ты бу­дешь ждать ме­ня, я ве­рю, бу­дешь ждать!
Но ес­ли неж­ные цве­ты за­вянут вдруг,
Ты не по­думай, что по­гиб твой вер­ный друг!
Цве­ты умер­шие в пла­ток ты за­вер­ни
И для лю­бимо­го их бе­реж­но хра­ни…
Те­бя пок­лялся я во­век не раз­лю­бить!
Что бы я мог на па­мять по­дарить?
Ку­сок ма­терии?
Но ткань — что вет­хий лист!
Двухс­трун­ный дан? [54]
Звук да­на зво­нок, чист!
Да­рю те­бе его!
Как вспом­нишь обо мне,
Сме­лее сер­дце до­веряй его ту­гой стру­не,
И грусть не­яс­ную, пе­чаль и опа­сенья,
Тень мрач­ных дум, за­боты и сом­ненья
Раз­ве­ет дан вол­шебный в тот же миг
Дож­дем ме­лодий вос­хи­титель­но прос­тых!..

Юно­ша за­молк, а по­том до­бавил грус­тно, но ре­шитель­но:

— Ес­ли нам не суж­де­но со­еди­нить­ся мо­лоды­ми, то в ста­рос­ти мы бу­дем не­раз­лучны, или же судь­ба ока­жет­ся та­кой уж жес­то­кой… — и он про­пел про­щаль­ные сло­ва:

Нас раз­лу­чили, но по­верь —
Ник­то лю­бовь от­нять у нас не в си­ле!
Я бу­ду драть­ся, слов­но зверь —
Мо­ей ты бу­дешь да­же и в мо­гиле!

И в пос­ледний раз креп­ко об­няв лю­бимую, он ушел.

Юно­ша по­кинул воз­люблен­ную, что­бы вер­нуть­ся к ней с бо­гатс­твом. Дол­го он бро­дил до бе­лому све­ту, пе­ресе­кая го­ры и ре­ки, сра­жа­ясь с ди­кими зве­рями и и злы­ми ду­хами. Ког­да си­лы его ис­то­щались и им ов­ла­дева­ло уны­ние, пе­ред гла­зами его вста­вал об­раз лю­бимой, и сно­ва бод­рость вли­валась в жи­лы. Од­на­ко уда­ча не спо­собс­тво­вала бед­но­му юно­ше. Тог­да, уби­тый го­рем и ус­та­лый, он поб­рел об­ратно в род­ную де­рев­ню.

А в до­ме не­вес­ты го­тови­лись к свадь­бе. Бо­гатый же­них на­мере­вал­ся от­праздно­вать свадь­бу в ян­ва­ре, но нес­час­тная де­вуш­ка, что­бы про­тянуть вре­мя, про­сила от­ло­жить ее на сле­ду­ющий ме­сяц, по­тому что ян­варь, го­вори­ла она, нес­час­тли­вый ме­сяц для сва­деб. Нас­тал фев­раль, и она вновь про­сила от­сроч­ки, го­воря, что пе­чаль­ные дож­ди не су­лят счастья. По­дошел март.

— Кто же ус­тра­ива­ет свадь­бу, ког­да на­чина­ют­ся ра­боты в по­ле! — вос­клик­ну­ла хит­рая де­вуш­ка.

Так бо­гатый же­них вы­нуж­ден был пе­рено­сить день свадь­бы с ме­сяца на ме­сяц, по­ка не нас­ту­пил пос­ледний ме­сяц — де­кабрь. Каж­дый день вы­бега­ла де­вуш­ка за де­рев­ню и всмат­ри­валась вдаль, с не­тер­пе­ни­ем ожи­дая лю­бимо­го. А он все не воз­вра­щал­ся.

Тог­да она, от­ча­яв­шись, объ­яви­ла, что сог­ласна на свадь­бу. И день тор­жес­тва был наз­на­чен. Же­них и гос­ти ве­сели­лись нес­коль­ко дней, а не­вес­та бы­ла грус­тна и бе­зучас­тна ко все­му, слов­но про­ис­хо­дящее ее не ка­салось.

И в са­мый раз­гар тор­жес­тва явил­ся, на­конец, ее лю­бимый. Он при­шел в свой дом, и мать ска­зала ему, что он опоз­дал. Юно­ша бро­сил­ся в дом не­вес­ты отом­стить за оби­ду, но мать его удер­жа­ла:

— Не де­лай это­го, мой сын! Ты пос­со­ришь­ся со все­ми на­шими ро­дича­ми. Они убь­ют те­бя, и я ос­та­нусь на всю жизнь нес­час­тной.

— Я ни­кого не бо­юсь! — го­рячо воз­ра­зил юно­ша — Их саб­ли ста­ры и ту­пы, а мою ко­вал сто­лич­ный куз­нец. Я пой­ду и пот­ре­бую, что­бы от­да­ли мне не­вес­ту. Ес­ли они не сог­ла­сят­ся, я под­ни­му на­род!

Но мать креп­ко вце­пилась в ру­баху сы­на, умо­ляя не со­вер­шать та­кого без­рассудс­тва. За свою дол­гую жизнь она мно­гое пре­тер­пе­ла, ее гла­за не вы­сыха­ли от слез, и сын, гля­дя на ее нес­час­тное ли­цо, вдруг смяг­чился и по­обе­щал не при­чинять ей го­ря. Он схва­тил свой ме­шок и ушел из де­рев­ни так же пос­пешно, как и при­шел.

Пос­ле свадь­бы с не­люби­мым де­вуш­ка ни ра­зу не улыб­ну­лась, она хо­дила опус­тив го­лову. Боль­ше она не вы­бега­ла за де­рев­ню, что­бы взгля­нуть на до­рогу, и не бра­ла в ру­ки дан. Тос­ка, как червь, то­чила ее сер­дце. По ут­рам она не рас­че­сыва­ла свои гус­тые во­лосы, не на­ряжа­лась, ра­бота ва­лилась у нее из рук.

Све­кор и свек­ровь нев­злю­били не­вес­тку и выг­на­ли ее из до­ма.

Пер­вой мыслью де­вуш­ки бы­ло то, что те­перь, ос­во­бодив­шись от не­люби­мого му­жа, она смо­жет хоть всю жизнь спо­кой­но ждать сво­его воз­люблен­но­го.

Но злая судь­ба и на этот раз не по­щади­ла ее. Ро­дите­ли вто­рич­но от­да­ли ее за­муж за бо­гато­го че­лове­ка. Сла­бая на­деж­да вновь угас­ла. Вновь тос­ка ов­ла­дела ею, и горь­кие сле­зы не про­сыха­ли на гла­зах. В до­ме но­вого му­жа она не пе­рес­та­вала меч­тать о лю­бимом.

Но­вым родс­твен­ни­кам она то­же не пон­ра­вилась, так как не мог­ла быть при­леж­ной ра­бот­ни­цей и лю­бящей же­ной. И они ре­шили об­ме­нять мо­лодую жен­щи­ну на ба­заре на рис и соль. И хо­тя де­вуш­ка еще сох­ра­нила гиб­кий кра­сивый стан и неж­ный цвет ко­жи, по­купа­теля ей не на­ходи­лось.

В это вре­мя по ба­зару бро­дил нес­час­тный юно­ша.

Он был в изор­ванной ру­бахе, в за­пылен­ных шта­нах, го­лод­ный и от­ча­яв­ший­ся най­ти счастье и бо­гатс­тво. В ру­ках он дер­жал бу­кетик цве­тов и пу­чок листь­ев зонг, ко­торые кла­дут в пи­роги. Вдруг он уви­дел свою воз­люблен­ную. Он бро­сил­ся к ней и пред­ло­жил хо­зя­евам в ка­чес­тве вы­купа цве­ты и листья зонг. Гла­за его так го­рели, что жад­ные бо­гачи пос­та­рались пос­ко­рей скрыть­ся, сог­ла­сив­шись на та­кой об­мен. Мо­лодые лю­ди взя­лись за ру­ки и дол­го смот­ре­ли друг дру­гу в гла­за, пол­ные счас­тли­вых слез. Столь­ко лет раз­лу­ки, и вот они вмес­те! Они бре­ли по до­роге и без кон­ца расс­пра­шива­ли друг дру­га о жиз­ни в дни раз­лу­ки, вспо­мина­ли прош­лое, свои юные меч­ты. Об­няв лю­бимую, юно­ша про­гово­рил с жа­ром:

— Все вре­мя я ду­мал толь­ко о те­бе. Те­перь мы слов­но па­ра лас­то­чек, ле­та­ющих в не­бе. Я обе­щаю те­бе, что ни­ког­да я не ска­жу те­бе ху­дого сло­ва, не оби­жу те­бя, моя ми­лая! Ес­ли у нас не бу­дет по­мидо­ров у или ви­на на обед — в этом моя ви­на, а не твоя. Пок­ля­нем­ся же, что до кон­ца дней мы бу­дем вер­ны друг дру­гу!

И они от­праздно­вали скром­ную свадь­бу, а по­том жи­ли дол­го-дол­го в люб­ви и счастье, усер­дно тру­дясь. Го­ворят, вре­мя бы­ло не влас­тно над ни­ми, они так и умер­ли мо­лоды­ми.