Правдивый Ты Ван

В хю­ене Ан-Зунг, в ок­ру­ге Фу-Ланг-Ты­онг жил не­ког­да один че­ловек по име­ни Нго Со­ан, но бо­лее из­вестен он был как Ты Ван. Пря­мой и прав­ди­вый, ом пре­зирал вся­кую ложь, и лю­ди за это его очень ува­жали и лю­били.

Не­пода­леку от де­рев­ни, в ко­торой жил Ты Ван, на­ходи­лась буд­дий­ская па­года. Го­вари­вали, что в этой па­годе жи­вет сам бог.

В кон­це прав­ле­ния ди­нас­тии Хо мань­чжур­ские зах­ватчи­ки на­пали на стра­ну и под­вер­гли ее го­рода и се­ла страш­но­му раз­ру­шению. В хю­ене Ан-Зунг раз­верну­лись жес­то­кие бои. Ко­ман­до­вал мань­чжур­ски­ми вой­ска­ми ге­нерал Мок Тхань, а его по­мощ­ни­ком был Тхой Бать Хо. В од­ном из бо­ев этот Тхой Бать Хо по­гиб. Зах­ватчи­ки зас­тавля­ли жи­телей по­корен­ных сел и го­родов мо­лить­ся ду­ху по­гиб­ше­го по­мощ­ни­ка ге­нера­ла. Лю­ди дол­жны бы­ли при­носить в буд­дий­скую па­году пос­ледние свои сбе­реже­ния, но дух был ал­чным, и ни­чем его не­воз­можно бы­ло за­доб­рить.

Ду­ша Ты Ва­на го­рела воз­му­щени­ем. Он мо­лил бо­га, что­бы буд­дий­ская па­года сго­рела. Но его мо­лит­вы, ви­димо, не до­ходи­ли до бо­га. Тог­да Ты Ван сам под­жег па­году.

Вско­ре пос­ле то­го, как па­года сго­рела, Ты Ван по­чувс­тво­вал се­бя пло­хо. Тя­желая бо­лезнь вош­ла в его те­ло. Од­нажды, ког­да он ме­тал­ся в го­рячеч­ном бре­ду, к не­му явил­ся не­из­вес­тный. Су­дя по одеж­де и вы­соко­му рос­ту, это был мань­чжур. Не­из­вес­тный наз­вал се­бя Кы Сы и пот­ре­бовал от Ты Ва­на, что­бы па­года бы­ла не­мед­ленно вос­ста­нов­ле­на. Ес­ли он это­го не сде­ла­ет, приг­ро­зил Кы Сы, то с ним слу­чит­ся нес­частье.

Ты Ван мол­чал.

— Имей в ви­ду, — про­дол­жал Кы Сы, — что ад сов­сем близ­ко. Не вос­ста­новишь па­году — я сра­зу те­бя уп­ря­чу к чер­тям!

И с эти­ми сло­вами мань­чжур ис­чез.

Ве­чером, при­дя в се­бя, Ты Ван уви­дел у се­бя в ком­на­те по­жило­го че­лове­ка в прос­той одеж­де. Из-под ко­рич­не­вой шля­пы на не­го смот­ре­ли спо­кой­ные гла­за.

— Я — Кы Сы, — при­ветс­тво­вал он Ты Ва­на. — Я слы­шал о вас и при­шел вас поз­дра­вить.

Ты Ван уди­вил­ся.

— Толь­ко что у ме­ня был один не­из­вес­тный, ко­торый наз­вал се­бя та­ким же име­нем. Я ни­чего не по­нимаю. Мо­жет быть, это был дух?

Ста­рик от­ве­чал:

— К те­бе яв­лялся дух по­мощ­ни­ка ге­нера­ла, ко­торый по­тер­пел по­раже­ние и был убит. Его злой дух ви­та­ет над на­шей стра­ной. Он зах­ва­тил мою па­году и, на­зывая се­бя мо­им име­нем, тво­рит зло­де­яния. Все нес­частья, ко­торые со­вер­ша­ют­ся сей­час, это де­ло его рук, а не мо­их. Во вре­мя прав­ле­ния им­пе­рато­ра Ли я был на­мес­тни­ком это­го хю­ена. Я умер, слу­жа на­роду. Толь­ко по­тому, что мы бы­ли сла­бы, вра­гу уда­лось зах­ва­тить на­ши зем­ли и па­году. Вот уже нес­коль­ко лет, как я ушел в па­году Тан-Вь­ена.

Ты Ван спро­сил:

— Ес­ли это все так, то по­чему вы не жа­лу­етесь бо­гу, по­чему по­кину­ли свою па­году и пе­реб­ра­лись в Тан-Вь­ен?

Ста­рик от­ве­тил:

— На сто­роне мань­чжур ог­ромная си­ла. Они под­ку­па­ют всех на зем­ле и на не­бе. По­это­му я ни­чего не мо­гу по­делать.

Ты Ван опять спро­сил:

— Ес­ли мань­чжур, наз­вавший се­бя Кы Сы, та­кой все­силь­ный и ко­вар­ный, то он убь­ет ме­ня?

Ста­рик от­ве­тил:

— Он не­нави­дит вас. Он за­тева­ет про­тив вас тем­ное де­ло, на­вер­ное суд. Как толь­ко я уз­наю, что он за­думал, я со­об­щу вам. Ес­ли вас вы­зовут в ад на доп­рос, то вы рас­ска­жите все, что я вам ска­зал, и нас­та­ивай­те, что­бы выз­ва­ли ме­ня в сви­дете­ли.

Ты Ван кив­нул ему го­ловой в знак сог­ла­сия и опять за­был­ся в тя­желом сне. Ночью он по­чувс­тво­вал се­бя еще ху­же.

Ему ка­залось, что кто-то его схва­тил и с си­лой та­щит. Он раз­ли­чил двух чер­тей, ко­торые его креп­ко дер­жа­ли, во­лоча к ог­ромно­му до­му. Вок­руг это­го до­ма воз­вы­шалась вы­сокая же­лез­ная сте­на. Чер­ти бро­сили его у сте­ны и вош­ли внутрь, а за­тем вер­ну­лись и ска­зали:

— Твоя ви­на очень ве­лика. Те­бя ве­лено по­садить за ре­шет­ку.

И чер­ти за­маха­ли на Ты Ва­на ру­ками, при­казы­вая ид­ти на се­вер.

Обог­нув с се­вера вы­сокую же­лез­ную сте­ну, Ты Ван уви­дел длин­ный мост в ты­сячу про­летов, пе­реки­нутый че­рез ши­рокую чер­ную ре­ку. Над Мут­ной во­дой клу­бил­ся пар, от­равляя все вок­руг зло­вони­ем. Бы­ло очень хо­лод­но, Ты Ван прод­рог до са­мых кос­тей. На кон­цах мос­та тол­пи­лось по двад­цать ты­сяч чер­тей. Шерсть их бы­ла крас­ной, а гла­за го­рели злым зе­леным ог­нем.

Чер­ти, ко­торые ве­ли Ты Ва­на, свя­зали креп­кой ве­рев­кой его ру­ки и по­тащи­ли к мос­ту.

На­пуган­ный до смер­ти, Ты Ван зак­ри­чал:

— Я ни­чего не сде­лал пло­хого. От­пусти­те ме­ня!

Но в от­вет из ог­ромно­го до­ма до­нес­лось:

— Не слу­шай­те его! Он раз­бой­ник! Та­щите его сю­да!

Два чер­та вта­щили Ты Ва­на во двор ог­ромно­го до­ма, и он уви­дел че­лове­ка, рост и одеж­да ко­торо­го вы­дава­ли в нем мань­чжу­ра.

— Ты зна­ешь, кто та­кой Кы Сы? — зак­ри­чал царь Под­земно­го царс­тва на Ты Ва­на. — Это вер­ный слу­га ко­роля! У не­го боль­шие зас­лу­ги пе­ред ро­диной. Бог наг­ра­дил его: он жи­вет в па­годе. А ты — прос­то­людин! Как ты пос­мел, не­год­ный, под­жечь его па­году да еще не приз­нать сво­ей ви­ны?!

Ты Ван хо­тя и дро­жал от стра­ха, но все же на­чал рас­ска­зывать все, что ему го­ворил ста­рик в ко­рич­не­вой шля­пе и прос­той одеж­де.

Не­из­вес­тный в мань­чжур­ской одеж­де, мол­чавший вна­чале, вдруг крик­нул:

— Ви­дите! И здесь пе­ред вла­дыкой Под­земно­го царс­тва этот раз­бой­ник пы­та­ет­ся го­ворить дер­зкие сло­ва. Не уди­витель­но, что он ос­ме­лил­ся под­жечь мою па­году!

Но Ты Ван пе­ребил его:

— Ес­ли царь не ве­рит мо­ему прав­ди­вому рас­ска­зу, то я про­шу выз­вать в сви­дете­ли ста­рика, ко­торый жи­вет в па­годе Тан-Вь­ен. Вы убе­дитесь тог­да, что каж­дое мое сло­во — прав­да.

Ус­лы­хав о сви­дете­ле, мань­чжур стру­сил и, по­дой­дя к ца­рю Под­земно­го царс­тва, опус­тился на ко­лени и ска­зал:

— Этот че­ловек глуп, все ви­дят это. То, что он ви­новен, то­же яс­но каж­до­му. Но я ду­маю, для не­го дос­та­точ­но и то­го, как вы его здесь от­ру­гали. По­жалуй, его на­до от­пустить, что с не­го взять?

Царь Под­земно­го царс­тва с удив­ле­ни­ем слу­шал мань­чжу­ра, а за­тем гнев­но вос­клик­нул:

— Так вот оно что! Те­перь я по­нимаю, кто ви­новен, а кто нет,

И он пос­лал гон­цов в па­году Тан-Вь­ен, что­бы те доп­ро­сили ста­рика. Че­рез не­кото­рое вре­мя гон­цы вер­ну­лись и до­ложи­ли, что рас­сказ ста­рика во всем сов­па­да­ет с тем, что го­ворил Ты Ван.

Царь не мог сми­рить свой гнев. Соз­вав ман­да­ринов, он ска­зал им:

— Каж­дый из вас за­нима­ет­ся оп­ре­делен­ным де­лом. Ва­ша обя­зан­ность про­из­во­дить рас­сле­дова­ния, на­казы­вать, ви­нов­ных, наг­раждать от­ли­чив­шихся. Но вы пло­хо вы­пол­ня­ете свои обя­зан­ности. По­чему ложь, воз­ве­ден­ную на без­винно­го, ник­то вов­ре­мя не рас­крыл? Хо­рошо, что все вы­яс­ни­лось сей­час. Пом­ни­те, как во вре­мена прав­ле­ний ки­тай­ских ди­нас­тий Тан и Сун тор­го­вали пос­та­ми ман­да­ринов? Это бы­ло по­зор­ное вре­мя. Ни­чего по­доб­но­го ни­ког­да не дол­жно пов­то­рить­ся!

И царь Под­земно­го царс­тва по­велел при­нес­ти же­лез­ную ро­гати­ну и де­ревян­ный кляп. Слу­ги на­дели ро­гати­ну на шею об­манщи­ка-мань­чжу­ра, а де­ревян­ный кляп за­суну­ли ему в рот. Ему свя­зали ру­ки и от­ве­ли в тем­ни­цу Кыу У. Ты Ва­на же ос­во­боди­ли.

По­том царь об­ра­тил­ся к ста­рику Кы Сы, ко­торый явил­ся по его вы­зову:

— Ты Ван — прав­ди­вый че­ловек. Он по­мог вы­явить нас­то­ящих об­манщи­ков. По­веле­ваю по­лови­ну по­жер­тво­ваний, ко­торые на­род при­носит в па­году, вер­нуть им, а дру­гую по­лови­ну от­дать Ты Ва­ну.

Ра­дос­тный, вер­нулся Ты Ван до­мой. Он рас­ска­зывал од­но­сель­ча­нам о чу­дес­ной ис­то­рии, ко­торая с ним прик­лю­чилась. Жи­тели вос­ста­нови­ли сож­же­ную па­году, а мо­гила мань­чжу­ра про­вали­лась, об­на­жились его кос­ти, на ко­торые все, про­ходя ми­мо, с през­ре­ни­ем пле­вали.

С тех пор прош­ло уже мно­го вре­мени. Ты Ван дав­но умер, но жи­вы его по­том­ки, ко­торые поч­ти­тель­но хра­нят па­мять о сво­ем чес­тном и прав­ди­вом ро­диче.